Защитник Драконьего гнезда. Том второй (СИ) - Субботина Айя

Глаза — в глаза. До последнего. Пока мир вокруг не начинает утопать в густом непробиваемом гуле, пока не начинает расплываться.

Жжение в груди настолько сильное, что меня аж потряхивает. Это будто судороги. Тело из последних сил пытается сделать хоть что-нибудь, чтобы спастись, но я до последнего гашу в себе эти попытки. Тяжело, Больно. Страшно. И очень обидно.

— Что с тобой не так, женщина? — слышу сквозь гул в ушах. — Ты безумна.

Головой не сразу понимаю, что горло больше ничего не обхватывает, а я валяюсь на земле и корчусь, захлебываясь жестоким кашлем.

Дышать. Много-много и глубоко дышать,

— Возможно, лишь в безумии я и могла предложить вам союз.

Опираюсь на дерево, но все же поднимаюсь на подгибающихся ногах. В голове все еще шумит, а горло ужасно саднит. Со стороны наверняка выгляжу, как какая-нибудь подзаборная забулдыжка. Ну да фанфар я вроде и не ожидала.

— Предупредить о чем? – спрашивает ллисканец.

— О людях, что собираются пройти по вашим землям. Не нужно верить мне на слово, вышлите разведку, - кручу головой, пытаясь сориентироваться на местности, но это вообще дохлый номер. – Северо-запад, возле большого озера.

— Зачем? Кто в Артании в здравом уме сунется в болота?

— Тот, кто хочет взять Драконье гнездо в клещи.

— Вы грызете друг другу глотки? – усмехается он. – Это очень хорошо. Не вижу причин вмешиваться.

— Ты прав, один из вариантов нашей грызни – полное ослабление Артании. Тогда вы сможете забрать себе не только равнину, но и подняться в горы. При желании. Но есть и другой вариант. Когда победившая сторона начнет восстанавливать порядок внутри Артании и на ее границах. И если я попытаюсь сделать это, прежде всего, на основе договоренностей и новых союзов. То те, кто сейчас собирается на северо-западе, придут сюда с огнем и сталью. И магами. Их не будут стеснять ни время, ни ресурсы, как сейчас. Они придут, чтобы раз и навсегда обезопасить свой тыл.

— Ты попытаешься? – он снова усмехается. – Для начала тебе нужно покинуть этот лес, королева Артании. И пока я не вижу, как ты это делаешь. И почему твоя победа станет для нас лучшим исходом? Почему твои враги не могут быть друзьями для ллисканцев? Возможно, если им выдать тебя… - он многословно замолкает.

И это очень хороший вопрос. Потому что на него нет однозначного и стопроцентно верного ответа. У меня нету. Я не в силах вложить в головы болотных обитателей свои знания относительно Магистра и его методов. И даже если бы смогла, как могу поручиться, что в варианте выдать бунтовщикам меня нет рациональной выгоды? Она есть, это очевидно. Но если я совершенно точно уверена, что после узурпации трона Магистр в ноль зачистит все пограничье, то как донести эту уверенность до потенциальных союзников?

И снова проклятая дилемма, когда у каждой стороны конфликта своя правда. В особенности для стороны третьей. Ведь если подумать, то для ллисканцев я – вполне реальный враг, потому что Лаэрт, будучи королем Артании, уже принес сюда ощутимую беду. Для ллисканцев бунт, поднятый Магистром, вполне может видеться избавлением от бремени королей-драконов.

— Я останусь здесь. Если ошиблась – и нападения на вас не случится… что ж, как ты верно сказал – я тоже не вижу, как смогу покинуть болота.

— Твои люди, там, в деревне, что тебе их жизнь?

— Я буду драться за них. За каждого из них. Так же, как и за каждого ллисканца, если придется.

— Ты или действительно сумасшедшая, или лжешь, королева Артании.

— Или говорю правду и действительно хочу примирить наши народы.

Воин какое-то время пристально меня рассматривает, а потом отступает, поворачивается и что-то говорит людям вокруг него. Те молча кивают и исчезают в зарослях.

— Не знаю, что ты сделала, чтобы заслужить доверие горного племени, - снова мне. — Но знай, если ты лжешь, твоя смерть будет долгой и мучительной. Такой, что в Артании ей станут пугать детей.

— Я это понимаю.

— Они будут тебя искать. Скажи, чтобы не делали этого. Пусть остаются в деревне. А ты пойдешь со мной. Все, что рассказала мне, расскажешь на сборище кланов. Никаких гарантий, никаких обещаний.

Я даже не спрашиваю, что будет, если я откажусь. Ничего хорошего не будет — это очевидно. К тому же этот человек зовет меня именно туда, куда я и стремилась — на разговор с вождями. Понятное дело, что сам он никакой не вождь, но и не безголовый дикарь, недалеко ушедший от зверя. Кажется, его я если и не убедила, то заставила сомневаться в необходимости прямо здесь и сейчас убить и меня, и моих спутников. Получится ли провернут тоже самое с кучей вождей? Ох, даже думать пока об этом не могу. Слишком колотит от нервов, слишком бешено бьется в груди сердце, почти до боли ломясь сквозь клетку из ребер, слишком суматошно вьются в голове мысли.

И глупо надеяться, что человек, никогда в жизни не игравший в политику, сможет на раз-два в чем-то убедить тех, кто с удовольствием поигрывает ножом, глядя на твою шею. Возможно, я самый бесполезный и скучный попаданец из всех, кого превратности судьбы заносили в параллельные или любые другие миры. Но, как говорится, что имеем — на том играем.

Только успокоиться и немного прийти в себя.

А еще было бы неплохо привести себя в порядок. Я не лесной разведчик, чтобы приходить на переговоры с вождями с физиономией, перепачканной грязью. А я точно в ней перепачкалась.

Глава пятидесятая: Изабелла

Глава пятидесятая: Изабелла

Прежде, чем мне удаётся убедить своих спутников остаться, проходит немало времени - и на улице становится совсем темно. Но теперь темнота для нас не приговор. Да, в лесу вокруг полно людей, которые все еще настроены к нам, мягко говоря, недружелюбно. Но хотя бы оттуда не прилетят стрелы.

Разумеется, это всего лишь обещание, но словам воина из болот я почему-то верю. В противном случае ему вообще не было смысла отпускать меня. Прибил бы на месте или утащил бы в неизвестном направлении. Да, мои защитники наверняка бы попытались отыскать меня, если бы не вернулась в ближайшее время. Получилось бы у них? Вообще без вариантов – нет. И причина к тому простая – их бы просто перебили, не дав даже толком обнажить топоры.

Ты можешь быть отличным рукопашником, можешь преодолевать горные кручи и легко переносить холод, но в совершенно незнакомых и непривычных условиях все равно окажешься гораздо слабее тех, кто к этим условиям приспособлен гораздо лучше тебя.

Ночь я проведу со своими, а рано утром отправлюсь на встречу с вождями. И эта небольшая передышка мне очень нужна. Просто посидеть у костра с ощущением безопасности и, даже не подумать, просто повспоминать. Амелию, Анвиля… как они там? Все ли хорошо? А как продвигаются дела с заготовками для пушек? А как строительство убежища? А что с припасами, с оловом? Что с предполагаемыми вылетами Анвиля с целью притормозить продвижение войск Магистра? Не ввязался ли мой дракон в серьезную схватку? Как свою новую сущность переносит Амелия? У меня до сих пор не укладывается в голове, как в одном теле могут сосуществовать маленькая девочка и огнедышащий дракон.

Вопросы-вопросы, многого вопросов. Но‚ как ни странно, даже они меня немного успокаивают. Потому что возвращают в уже привычный мир, к любимым людям.

Не замечаю, как проваливаюсь в сон.

Но поспать спокойно мне не приходится.

— Война чужими руками - это так приятно...

Пожиратель снов сиди напротив меня, за потрескивающим костром, и очень по-человечески ворошит уголья кривой палкой.

Озираюсь по сторонам, но рядом никого и ни единого звука, кроме потрескивания костра. Хотя всего мгновение назад болото жило богатым разнообразием криков, стрекота, свиста и прочих свидетельств бурной местной жизни.

— Я останусь с ними.

— И это как-то им поможет? - не скрывает пренебрежения. – Ты великий воин, маленькая королева? Великий маг? Ты научилась поднимать мертвых к жизни?

— Нет. Но я помогу им всем, что знаю.