Бастарды его величества - Альма Либрем

- Я так устала, - пожаловалась она. - Мне надоело бояться. И Юрген...

- Он тебе больше не помешает, - пообещал Кэрант, тоже присев на краешек кровати и взяв Лорейн за руку. - Клянусь, ни он, ни мой драгоценный отец больше не причинят вред ни одной женщине на свете.

Ван Бэйрст сжалась.

- А Диана правда считает тебя бастардом Эдмунда? Не боишься, что она сожжёт тебя, когда узнает, кто ты на самом деле?

- Она знает, - Кэрант шумно втянул носом воздух. - Довольно давно знает.

- Ещё до...

- Разумеется.

- О, - Лорейн отвернулась. - Я зря ей это всё сказала, да?

- Она в чём-то и вправду похожа на Эдмунда, - Кэрант протянул руку и осторожно погладил Лорейн по щеке. - Но не настолько, как ты сказала. Диана импульсивна, её никто не учил владеть собственным даром, а с меня такой себе наставник, магия-то другая.

- Тем не менее, она уже свободна. Она, а не я.

- Послушай, Лорейн, - мужчина обнял её одной рукой за плечо, привлёк к себе и нежно поцеловал в висок. - Леди Хлоя, конечно, рассчитывала на что-то, когда принимала меня в семью, может быть, пыталась обеспечить тебе безопасное будущее... Но я люблю тебя, как сестру. Хотя у нас и были разногласия, мы - родные друг другу люди. И, как любой нормальный брат, испытывать к тебе чувства, как к женщине, я не могу.

- От тебя никто не просил любви! - девушка зло ударила его кулаком в грудь. - Я просто хочу быть свободной!

- Ты будешь свободной с тем, с кем захочешь разделить не только одну ночь, а и всю жизнь, - мягко возразил Кэрант. - И это буду не я, Лорейн. Ты прекрасно знаешь, что осталась бы несчастной.

- Счастливее, - она отвернулась, - чем после свадьбы с Юргеном. Странно, что он до сих пор не нашёл меня. Ведь хотел! Его Величество заявил, что его драгоценный сыночек плохо себя чувствует, он нуждается в магической поддержке... У меня только на тебя была надежда. А ты меня предал!

Кэрант так и не выпустил её из объятий, и Лорейн уткнулась носом ему в плечо, с силой уцепившись пальцами в воротник рубашки. Плакала, наверное; по крайней мере, едва ощутимо вздрагивала каждые несколько секунд, но не двигалась, боясь спугнуть хотя бы то смутное ощущение безопасности, которое сейчас у неё было.

- Поверь мне, - вновь заговорил Кэрант. - Я сделал всё, что мог, чтобы Юрген никогда не получил твой дар. И он был здесь на балу.

Лорейн застыла. Теперь уже она превратилась в камень или в ледяную глыбу, не способную двигаться. Напряженные мышцы, казалось, грозились вот-вот лопнуть от каждого случайного движения. Кэрант знал, насколько плохо сейчас было девушке. В душе её кипела обида, а сама Лорейн чувствовала себя преданной - и им, и родной матерью, всеми, кому могла умирать.

- Как - был? - спросила она. - Но как такое возможно? Мне казалось, я видела его, даже сказала об этом Диане, но потом подумала, что ошиблась...

- И он, и наш отец.

Лорейн подняла на Кэранта испуганный взгляд. Её кожа стала ещё бледнее, почти белая.

- Но...

- Юрген решил, что магия Дианы куда привлекательнее твоей, - Кэрант не стал скрывать от девушки правду. - Но я успел вовремя. Теперь Юрген не имеет даже тех жалких крох волшебства, что были у него прежде. Всё закончилось. Он - бездарность, которой был всегда.

- Но как он будет править? Король Даррел теперь нуждается в одарённом сыне...

- Король Даррел нуждается исключительно в хорошей усыпальнице.

- Что ты с ним сделал? - Лорейн отпрянула. - Ты...

Ещё мгновение назад Кэранту казалось, что стать ещё бледнее невозможно, но Лорейн теперь и вовсе сливалась с белым воротником её платья.

- То же, что ты пыталась сделать с Дианой.

Лорейн ахнула.

- Да ведь это могло убить его!

- Надеюсь, убьёт вскоре.

Шокированная, она отпрянула от Кэранта.

- Отцеубийца... И лжец.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- У меня не было выбора. Диана значит куда больше, чем желание Юргена заполучить чужую магию. Возможно, ни она, ни все остальные пока этого не понимают, но править Алиройей будет королева. Кого б она ни выбрала.

- И это будешь не ты, - отрезала Лорейн. – Она воспользовалась тобой, Кэрант. Именно так. Она заполучила свою свободу, забрала у тебя последний козырь, а теперь может выйти замуж за кого угодно и ещё ставить этому человеку условия. Может быть, ты считаешь, что у тебя есть преимущество? Это не так. Ты дурак! Дурак, Кэрант! Наверное, она избавится от Даркена и этого… Адриана. Выйдет за Вилфрайда, потому что им проще всего управлять. И будет его руками ломать чужие жизни.

- Ты ревнуешь?

Лорейн вывернулась из его объятий.

- Не прикасайся ко мне. Никогда больше!

- Ещё несколько дней назад ты умоляла меня об этом, - усмехнулся Кэрант. – Но ты права. Я не стану нарушать твоё личное пространство. Это слишком жестоко по отношению к тебе, Лорейн… А Вилфрайд, - он поднялся, расправил камзол и улыбнулся, - хороший. Я б на твоём месте больше не пытался его убить. Очень сомневаюсь, что у него есть желание занять престол, к слову. Но ведь тебе не нужен король, правда?

Лорейн не сумела возразить. Ей хотелось, наверное, но девушка просто молча смотрела на Кэранта и будто бы ждала, что ещё он скажет о Вилфрайде.

- И, поверь, он не настолько глуп, чтобы пытаться отобрать твой дар, - продолжил Кэрант. – Вилфрайд вообще очень чистый человек. Возможно, если ты позволишь ему быть к тебе чуть ближе, чем на расстоянии одной странной пьесы, то всё наладится быстрее.

Девушка втянула голову в плечи, кажется, пытаясь притвориться, будто ничего не слышит или не понимает ни слова из того, о чём толковал Кэрант.

- Спрятаться всегда легко, - произнёс мужчина. – Ты можешь сделать вид, что не понимаешь, о чём я говорю. Я притворюсь, что поверю. Это нормально, Лорейн.

- Ты убил короля.

- Он ещё жив, полагаю, - легко ответил Кэрант. – Но я желал ему смерти. И сейчас желаю. Я мечтал, чтобы он заплатил за свои грехи. Хотел увидеть, как он отречётся от трона. Или раскается. Сначала мне казалось, что стоит показать свою истинную силу, и он меня полюбит. Даже пусть не так, как леди Хлоя. Не сильно. Чуть-чуть. Потом я понял, что этого никогда не произойдёт. Даже если я стану самым могущественным магом в мире, он всё равно найдёт за что меня ненавидеть.