Доступ запрещен (СИ) - Серебрянская Виктория

Повисла какая-то оглушающе-торжествующая пауза. Миншенг победно смотрел на Ирреро, как будто свысока. А кэп… Плечи килла напряглись до предела, так что, казалось, китель на них затрещал. И он медленно обернулся в нашу сторону. Темные глаза капитана с убийственным выражением впились в Айминя. Но тот встретил недовольство килла твердым взглядом.

— Братишка здесь? — мгновенно сориентировался Миншенг. — Пусть подойдет!

Айминь нехотя сделал несколько шагов вперед, не дожидаясь реакции капитана и сдержанно поклонился. Я впервые воочию наблюдала приветствие альдебаранцев, о котором до этого только читала. В справочнике было указано, что таким типом поклонов приветствуют только главу рода либо старейшего и уважаемого члена сообщества. Вопросов стало еще больше. Неужели Миншенг глава рода?

— Брат. — Айминь был сама сдержанность. И тем удивительнее было наблюдать искреннее беспокойство на одутловатом лице Миншенга.

— Ай, ты цел? У тебя все хорошо?

Айминь склонил в ответ голову:

— Все хорошо. Если не считать нападения на караван.

По лицу Миншенга промелькнула злая тень:

— Он за это заплатит! В любом случае! Не дай космос, с твоей головы упадет хоть волосок!

Я бы умилилась заботе брата о брате. Но слова Миншенга сопровождала такая безумная гримаса ярости, что я содрогнулась. Страшно иметь дело с безумцем. Так и захотелось крикнуть, чтобы замолчал и не гневил космос, пока не накликал. Но накликала, кажется, я.

В воздухе еще звенело предупреждение Миншенга, а отключенное звуковое оповещение заорало вновь. Я дернулась в руках Энрика. Кто-то из операторов, позабыв про открытый канал связи, в ужасе крикнул:

— Нас атакуют импульсным оружием в лобовую! Щиты вывожу на максимум!

С другого конца мостика послышался еще чей-то голос, докладывающий капитану:

— Кэп, нас глушат какой-то гадостью! Энергия утекает будто в пустоту! Через тридцать секунд от щитов не останется даже воспоминания, и мы не можем ничем ответить! Мы слепы, глухи и немы!

Я еще успела увидеть ужас и бесконтрольную, бескрайнюю ярость на лице псионика, густо замешенные на безумии и бешенстве, а потом раздался страшный треск, корабль тряхнуло, будто кто-то зажал его в кулаке как погремушку и потряс, прислушиваясь к идущим изнутри звукам. А затем иссякла энергия, питающая системы крейсера и мир вокруг будто погас…

Глава 18

Страх смерти, наверное, самый сильный человеческий страх. Я мечтала летать среди звезд и связывать между собой миры и планеты. Но оказалась совершенно не готова к катастрофе в открытом космосе. На несколько секунд накатили ужас и паника. От жуткого, непередаваемого, животного страха закружилась голова и подогнулись колени. Я чуть не взвыла от навалившегося отчаяния. Но в этот момент Энрик, который по-прежнему прижимал меня к себе, стиснул меня еще сильнее, почти до хруста в костях. И, как ни странно, именно возникшая в теле легкая боль от железных объятий килла прочистила мне мозги и заставила панику отступить. И в этот же миг вспыхнул тусклый, красноватый аварийный свет.

Это случилось так внезапно, что никто из присутствующих не успел скрыть, спрятать свои истинные эмоции. Чуть повернув голову, я могла наблюдать потрясение, настороженность и шок на лицах команды. Все знали, что рейс этот опасен. Но атаку ожидали со стороны неведомого псионика, а никак не от обычных пиратов, насмелившихся не просто атаковать крейсер, а нащупавших уязвимости на теле корабля.

Первым, как и положено, пришел в себя капитан. Отвернувшись от серого, схлопнувшегося канала связи, он скомандовал:

— Экипажу занять свои места! — Я не заметила, когда Ирреро активировал интерком, но сейчас его уверенный голос раздавался во всех уголках крейсера. — Минута на сканирование повреждений и доклад. Канонирам подготовить к бою аннигилятор. — Капитан на пару мгновений умолк, а потом добавил совсем другим, чуть дрогнувшим голосом: — Помоги нам всем космический покровитель…

Капитан отключил интерком, и я заметила, как дрогнули его пальцы. В этот момент глаза Ирреро наткнулись на нашу скульптурную группу и кэп нахмурился:

— Вам троим здесь не место! Немедленно покиньте мостик и будьте готовы в любую секунду проследовать к спасательным капсулам!

Отступившая было паника снова принялась вязать внутри меня свои черные узлы. Неужели наше положение настолько катастрофично? Да, бой с применением аннигилятора опасен даже для того, кто использует его. Аннигилятор, если неправильно рассчитать силу заряда или промазать мимо цели, способен даже создать черную дыру, в которую и засосет участников арт-дуэли. Это была самая главная опасность, о которой, впрочем, до сих пор говорилось лишь в теории. Просто доказательств не было. Даже если кто-то и умудрился создать черную дыру, рассказать об этом было некому. Но ведь на «Цереросе» опытная команда? И можно не опасаться некорректных расчетов или выстрела мимо цели?

— Вы еще здесь? — грозно рявкнул кэп, вырывая меня из нерадостных размышлений. Предлагать свои услуги я даже не пыталась, все равно уровень знаний и умений по сравнению с ситуацией нулевой. — Брысь отсюда немедленно! Это приказ!

Энрик осторожно отстранил меня и тут же крепко ухватил за руку, поворачиваясь к входной двери. Однако Айминь не торопился следовать за нами. Я споткнулась, когда услышала за спиной его спокойный и уверенный голос:

— Капитан Ирреро! Я знаю, что вы считаете меня предателем, знаю, как вы ко мне относитесь. — Не веря своим ушам, я выдернула у Энрика руку и обернулась к альдебаранцу. — Однако, я вам не враг. И никогда им не был. Позвольте, я прослежу за курсантами, а затем вернусь и постараюсь прикрыть команду от воздействия Миншенга. Он сейчас зол, особо разбираться и осторожничать не будет. Мое прикрытие позволит команде сохранить жизнь и разум.

Айминь не заискивал и не пытался диктовать условия. Это чувствовалось по его интонациям. Он просто предлагал свою помощь. Но просто ли? Об этом же подумал и капитан:

— Что ты хочешь взамен? — отрывисто поинтересовался Ирреро.

Айминь качнул головой:

— Лично мне ничего не нужно. Вообще. Я только хочу безопасности для курсанта Гейден. — Айминь помолчал пару секунд и тихо добавил: — Она мне очень дорога. Если это возможно – прошу отослать Маргариту с корабля на десантном когге. Заодно могу передать Альянсу всю имеющуюся информацию по Миншенгу, его планам и уязвимым местам.

Айминь предлагал скрытую взятку, собирался выкупить мою жизнь за свою помощь и информацию. Взгляд кэпа стал колючим до болезненности. И это несмотря на то что его глаза впились не в меня.

— Сдашь брата? Или псионик соврал по поводу ваших родственных связей?

— Не соврал, — Айминь вздохнул. — Он действительно мой старший брат. Потому и не прошу ничего для себя лично. Я собираюсь совершить самое страшное на Альдебаране преступление – предать главу рода. Но повторюсь: Маргарита мне очень дорога. Я не желаю ей той судьбы, что уготовил для нее Миншенг. И сделаю все, чтобы она вырвалась из этого ада. — И резко прищурился: — Капитан, я понимаю ваше недоверие, но вам придется что-то решить. Времени практически не осталось. И аннигилятор вас не спасет. Я знаю брата: он не позволит использовать установку в секторе, который уже привык считать своим.

Я будто бы разделилась надвое: одна часть меня затаив дыхание ждала решения капитана, отчаянно трусила и надеялась, что все это страшный сон. От которого просто нужно проснуться, и тогда он растает вместе с призраками уходящей ночи. А вторая часть с холодным любопытством наблюдала, с какими лицами команда выполняет поставленные задания. Как почти до крови закусил губу один из штурманов, производя расчеты и прокладывая курс. Как оба пилота напряженно проводят какой-то маневр. Виннеалсон судорожно вцепился в штурвал, а напарник страховал его, сверяясь то с курсом, то поглядывая на обзорный экран. И меня осенило: они же выходят на удобную для работы аннигилятора позицию! Тогда Айминь прав: времени уже ни на что нет.