Бекка Фитцпатрик - Тишина

— Чтобы все сработало, ты должна принять эту идею. У нас многообещающее начало.

Я ждала, что он скажет еще что-то и сведет свои слова в шутку, но вскоре меня осенило, что он был более чем серьезен.

— Как это работает? — спросила я скептически.

— Ты видишь сон, а я вхожу в него. Не пытайся заблокировать меня, и у нас все получится.

Я подумывала, не признаться ли ему, что у меня уже солидный опыт за плечами, когда дело касается снов и его участия в них.

— И кое-что напоследок, — сказал он. — Я узнал из надежного источника: Хэнк в курсе того, что Скотт в городе. Я бы не стал горевать о том, что его поймали, но знаю, что тебе он не безразличен. Скажи ему, чтоб не высовывался. Хэнк не очень высокого мнения о дезертирах.

Еще одно подтверждение тому, что было бы неплохо, имей я возможность связаться со Скоттом.

Я услышала, как за ширмой Марси спорила с продавщицей. Наверняка о чем-то банальном, вроде пятнышка на большом зеркале.

— Знает ли Марси, кто на самом деле ее отец?

— Марси живет в пузыре, но Хэнк грозится лопнуть его, — он опустил голову и окинул взглядом мое платье. — По какому случаю?

— Бал выпускников, — ответила я, покрутившись. — Нравится?

— Когда я в последний раз слышал о выпускном бале, люди говорили, что для него требуется пара.

— Кстати, об этом, — увильнула я от прямого ответа. — Я вроде как… иду со Скоттом. Мы оба считаем школьные танцы последним местом, за которым Хэнк будет следить.

Патч натянуто улыбнулся. — Беру свои слова назад. Если Хэнк хочет пристрелить Скотта, у него есть мое благословение.

— Мы просто друзья!

Он ухватил пальцами мой подбородок и поцеловал меня. — Придерживайся этой версии, — сняв свои очки-авиаторы с выреза футболки, он нацепил их на глаза. — Не говори Скотту, что я не предупреждал его. Я должен ехать, но я буду на связи.

С этими словами он вынырнул из примерочной.

И ушел.

Глава 24

После ухода Патча я решила, что пора прекратить играть в принцессу и переодеться в свою обычную одежду. Едва я просунула голову в ворот рубашки, как поняла, что что-то было не так. А потом меня осенило — моя сумочка исчезла.

Я заглянула под плюшевый пуфик, но там ее не было. Хотя я была почти уверена, что не надевала ее на крючок, все же заглянула за красное платье. Сунув ноги в ботинки, выскочила из-за ширмы и помчалась к центральной части магазина. Я нашла Марси у стойки с лифчиками, увеличивающими грудь.

— Ты видела мою сумочку?

Она надолго замолчала, после чего сказала: — Ты взяла ее с собой в примерочную.

Продавщица поторопилась вмешаться. — Такая сумочка из коричневой кожи? — спросила она меня.

— Да!

— Просто я видела мужчину, вышедшего с ней из магазина. Он молча вошел, и я решила, что это ваш отец, — она коснулась своей головы и нахмурилась. — На самом деле, я могла бы поклясться, что он сказал это… но, возможно, мне привиделось. Все это выглядело как-то так странно. У меня как будто провал в памяти. Я не могу это объяснить.

"Внушение", подумала я.

Она добавила: — У него седые волосы и он был одет в свитер с разноцветными ромбами…

— Куда он пошел? — прервала я ее.

— Вышел через главный вход и направился к стоянке.

Я выбежала на улицу и слышала, что Марси следует за мной по пятам.

— Считаешь, это хорошая идея? — спросила она, задыхаясь. — Я хочу сказать, а вдруг он вооружен? Что если он психически неуравновешенный?

— Что за люди тащат сумочки из-под двери примерочной? — вслух вопрошала я.

— Может, он был в отчаянии. Может, ему нужны деньги.

— Тогда ему стоило бы взять твою сумку!

— Всем известно, что Шелковый сад — элитный магазин, — втолковывала мне Марси. — Наверное, он решил, что неплохо поживится, стащив сумочку у любого.

Чего я не могла сказать Марси, так это что воришкой, скорее всего, был либо нефилим, либо падший ангел. И чутье подсказывало мне, что им двигало нечто большее, чем желание заполучить немного наличных.

Мы добежали до парковки, и в ту же секунду от нее отъехал черный седан. Свет его фар отражался от лобового стекла и не позволил нам увидеть, кто был за рулем. Машина набрала ход и рванула прямо на нас.

Марси дернула меня за рукав. — Шевелись, идиотка!

Шины скрежетнули по асфальту, и автомобиль пронесся мимо нас. Не остановившись на стоп-линии, водитель выключил фары и исчез во тьме ночи.

— Ты разглядела марку машины? — спросила Марси.

— Ауди A6. Я запомнила часть цифр на номерном знаке.

Марси окинула меня с ног до головы оценивающим взглядом. — Неплохо, Тигр.

Я ответила ей раздраженным тоном. — Неплохо? Он удрал с моей сумочкой! Не кажется ли тебе немного странным, что парень, который ездит на пафосной Ауди, вынужден воровать сумочки? А именно мою? — И сразу напрашивается другой вопрос: что бессмертный надеялся найти в моей сумке?

— Это была дизайнерская сумка?

— Это был Таргет.

Марси пожала плечами. — Просто было любопытно. Что теперь? Забьем на все и вернемся в магазин?

— Я звоню в полицию.

Патрульная машина прибыла спустя полчаса, вкатилась на тротуар перед Шелковым садом, и из нее вылез детектив Бассо. Я тут же пожалела, что не вняла совету Марси и не забила на все это. Только что вечер из неудачного превратился в ужасный.

Мы с Марси находились внутри, шагали туда-сюда вдоль окон, и детектив Бассо увидел нас, как только вошел. При взгляде на меня в его глазах промелькнуло удивление, а когда он провел рукой по губам, я почти не сомневалась в том, что он сделал это, чтобы скрыть улыбку.

— Кто-то украл мою сумку, — сообщила я ему.

— Расскажи поподробней, — попросил он.

— Я вошла в примерочную, чтобы померить платья для бала выпускников. А когда закончила, обнаружила, что моей сумочки нет на полу, куда я ее положила. Я вышла, и продавщица сказала мне, что видела человека, уходящего вместе с ней из магазина.

— У него были седые волосы и свитер с разноцветными ромбами, — услужливо вставила продавщица.

— В кошельке были кредитные карточки? — спросил Детектив Бассо.

— Нет.

— Наличные?

— Нет.

— Суммарная стоимость пропавших вещей?

— Семьдесят пять долларов.

Сумочка стоила всего двадцать, но те два часа, что мне придется простоять в очереди, чтобы получить новое водительское удостоверение, стоят не меньше пятидесяти долларов.

— Я приму заявление, но мы мало что сможем сделать. В лучшем случае, парень бросит сумку в ближайшую канаву, и кто-нибудь ее найдет. В худшем — ты купишь себе новую.