Дарья Кузнецова - Симфония для пяти струн (СИ)

— Молодой совсем, бестолковый…

— А что такое у вас в подвале? — полюбопытствовала я со своего места, продолжая придерживать Карта. Кажется, мужчина потерял сознание, но вроде бы сердце стучало ровно, и повода для паники не было.

— Поверьте, саена, лучше вам этого не знать, — слегка качнул головой тар Айк, перегородивший собой дверной проём, прислонившись плечом к стене. — Как себя чувствует тар Аль? — участливо поинтересовался он, видя.

— Я не очень понимаю в этих вопросах, — осторожно проговорила я. — Но мне кажется, всё не слишком плохо.

— Интересное определение…

Кажется, он хотел сказать что-то ещё, но появились вызванные ранее люди. Двое крепких мужчин в такой же светло-серой форме, как и у того молодого, с носилками в руках, и женщина средних лет в тёмном платье. Её худое лицо с тонкими губами и тонким острым носом имело очень строгое и недовольное выражение.

— Саена Карал? — растерянно хмыкнул белобрысый, пропуская пришельцев внутрь. — Вы отложили дела?

— Тар Айк, я прекрасно знаю головорезов, которые по некоему недоразумению являются сотрудниками Руки Возмездия, и коих вы гордо именуете «группой захвата», — недовольно поджала губы женщина. — Поэтому предпочла прийти лично сразу, чем договариваться с Хаосом о возвращении души несчастного уже после, — и она решительно прошествовала к нам. Бросила оценивающий взгляд на меня, и выражение лица несколько смягчилось. — Благодарите Ветер, тар Айк, что эти сумасшедшие не обидели бедное дитя, иначе я бы точно настаивала на принятии мер к мерзавцам, — она перевела взгляд на Карта и приподняла двумя пальцами лицо за подбородок. — Отвратительно, — скривилась она, осторожно поворачивая голову пациента из стороны в сторону. — Боюсь, мою жалобу вы всё же получите. Это отвратительно! Эти безумцы заслужили наказание.

— Саена Карал, — с укоризной протянул он. — С ними я сам разберусь!

— Вы обещаете это уже не первый год, тар! — недовольно огрызнулась она. — В лазарет этого бедолагу!

— Но мне нужно с ним поговорить, — попытался возразить белобрысый. Даже мне было понятно, что это жест отчаянья; кажется, в местной иерархии тар Айк стоял выше, но этой суровой женщине явно не было никакого дела до чинов.

— Только после полного осмотра, оказания помощи и в палате лазарета, — отрезала саена Карал.

— Но он же нормально себя чувствовал, — упрямо попытался настоять на своём тар Айк. — Мы разговаривали…

— У него сломано, по меньшей мере, четыре ребра! — возмутилась женщина, взглядом метнув несколько молний. — Это только навскидку и не считая сотрясения мозга.

— Слушаю и повинуюсь, саена Карал, — вздохнул, отчаявшись, тар Айк. — Саена Ау, составите мне компанию? Тем более, вам наверняка захочется узнать результаты осмотра тара Аля.

— Если вы пообещаете ответить на мои вопросы, — рискнула я. Мужчина усмехнулся, но согласно кивнул. — Ну, в таком случае, пойдёмте, — я вздохнула, не отрывая глаз от Карта, погружаемого на носилки. — Надеюсь, с ним всё будет хорошо…

— Не тревожьтесь, дитя, — ответила за него доктор. — Угрозы его жизни нет.

Последний раз метнув сердитый взгляд на белобрысого, она вышла вслед за носилками. Тар Айк окинул помещение ищущим взглядом, будто пытаясь понять, не забыл ли он что-нибудь, и пропустил меня за дверь.

Буквально через несколько шагов узкий коридор привёл в более широкий. Точнее, это скорее был зал вытянутой прямоугольной формы, стены которого были испещрены проходами. Запрокинув голову, я обнаружила, что зал имеет несколько ярусов, и в галереи их тоже выходит множество коридоров, а высокий потолок представляет собой огромный витраж изумительной красоты. Многочисленные цветные стёкла складывались в изображение парящей птицы, чьё оперение казалось сотканным из пламени — столь ярко горели под солнечными лучами перья всех оттенков красного.

— Как красиво! — восхищённо выдохнула я, замирая на выходе. — Это же солнечный сокол, да?

— Да, — ответил тар Айк, и в голосе его звучал смех. — Ау, пойдёмте, эдак вы до конца года тут простоите, — и он легонько подтолкнул меня в спину между лопаток. — Нам туда.

— А, ага, — очнулась я, с трудом отрывая взгляд от потолка и оглядываясь. Посреди зала располагался внушительных размеров стол в форме разомкнутого кольца, внутри которого помещалось аж трое человек, и один из них — тот самый, которого отправляли за лекарем. А в остальном было довольно пустынно, лишь по галерее третьего яруса шла о чём-то оживлённо переговаривающаяся компания из нескольких человек. Слов из-за эха разобрать не получалось, но сложилось впечатление, что обсуждают они нечто далёкое от рабочих вопросов. Вдруг где-то прямо над нами рассыпалась звонкая дробь, выбиваемая женскими каблуками. Я даже вздрогнула от неожиданности — было ощущение, что стучат непосредственно мне по голове. — Бр-р, ну у вас тут и акустика.

— Ну, так получилось, — неопределённо хмыкнул мой спутник. — Прошу!

Мы пересекли зал и вошли в небольшую комнатку без окон. Двери за нами бесшумно закрылись, и пол, вздрогнув, поехал.

— Ой! — не удержалась я, на всякий случай вцепившись в локоть мужчины. Потом сообразила, что ничто никуда не рушится. — Ничего себе, у вас тут и подъёмники есть!

— Здание небольшое по габаритам, но довольно высокое, — отозвался Айк. — Замучаешься по этажам бегать. Вот и приехали, — и мы вышли на галерею верхнего яруса, под самым витражом. Я дёрнулась, было, к ограждению — полюбоваться на чудесное произведение искусства вблизи, — но мужчина, весело фыркнув, аккуратно поймал меня за предплечье и потянул в ближайший коридор. — Ау, ну, в самом деле!

— Извините, — смущённо улыбнулась я, послушно выдвигаясь в нужном направлении. — Он просто такой красивый, что я тут же про всё забываю.

— Я разве спорю? — пожал плечами провожатый. — Красивый, да. Но, право, не стоит стоять посреди коридора и нервировать охрану.

— Нервировать? — растерянно уточнила я.

— Когда незнакомый человек долго стоит на одном месте, его легко заподозрить в чём-то нехорошем. Прошу!

Толкнув дверь, Айк пропустил меня вперёд, и я вновь ахнула, застыв на пороге. Кабинет был малопримечательный; помимо рабочего стола и нескольких тяжёлых шкафов с массивными дверцами, в углу приютился мягкий полукруглый диван с кофейным столиком, а центр комнаты занимал внушительный овальный стол, похожий на обеденный. Вряд ли, конечно, они тут застолья устраивают… может, обсуждают что-то? Где-то я слышала, что иногда так делают.