На пороге неба Часть Первая - Елена Федоровна Янук

Слуги, появившиеся в коридоре, тотчас же любезно сообщили, что меня давно ищут родители и братья.

— Сообщите им, что со мной все в порядке, — прохрипела я и собралась идти к себе. Две эльфийки поклонились и ушли выполнять приказ.

Итак, что это было?!

— Наконец я встретил свою самую любимую гостью… — раздался позади веселый голос Таниеля. — И, конечно, возле ее любимых часов. Помню, как ты умоляла вынуть сову из часов и отдать ее тебе. Позже я очень сожалел, что тогда переубедил тебя этого не делать.

Заставляя себя улыбаться, я повернулась к владыке, которого помнила еще простым мечником под руководством дяди Лорма.

— Таниель… — радостно прошептала я. — Ты, наконец, освободился?

— Для тебя, моя девочка, я свободен всегда… — улыбнулся он.

Я смотрела на него с улыбкой. Он за эти годы совсем не изменился. Молодой темноволосый эльф с блестящими радостными глазами. Длинные волосы, заплетенные в косу, не могли скрыть многочисленные шрамы — украшения опытного мечника.

Взяв меня за руки и покрутив перед собой, Таниель пораженно вздохнул:

— Как ты стала похожа на… папу.

— Угу, так все говорят… — кивнула я, помня версию о внебрачной дочери дракона.

Но Таниель пришел к другому выводу.

— Я всегда знал, что дети вырастают похожими на тех, кого любят.

С Таниелем всегда было очень легко. Я засмеялась.

— Получается, я совсем не люблю маму?

— Ну вот, такую умную мысль испортила! — покачав головой, «расстроился» владыка древних. — Еще племянница называется.

Когда я слушала подобные «укоры», мне оставалось только тихо хихикать. Таниель, как лучший друг моего дяди, всегда мне казался еще одним членом моей большой семьи, именно дядей я его и воспринимала.

— Помнишь те ягоды у моего дома, что ты всегда обрывала, едва они начинали менять цвет? Так они созрели! Может, изменишь свой обычай и попробуешь их спелыми?

— Прямо с куста? — смеялась я, вспомнив свои детские слова на этот счет.

— Ну конечно! «Помытые, на тарелке, — это уже совсем невкусно!» — процитировал он меня.

— Тогда пошли скорее…

Только я обернулась, за мной оказался папа, всем своим видом выражавший крайнее недовольство.

— О, Райдер, пошли с нами… — радостно поприветствовал его Таниель.

Я же смутилась.

— Где ты была? — сурово спросил папа.

— Гуляла… — Я многозначительно посмотрела на него, не давая продолжать тему.

Таниель тактично отвернулся к прислуге, о чем-то ту расспрашивая.

Папа еще сильнее нахмурился и тихо добавил:

— Я нашел на площади несколько ловушек… которых еще днем не было.

— В одну из них я и попала. Только маме не говори.

— Но… — гневно выдохнул папа, стиснув кулаки и уставившись на меня в изумлении. Я испугалась, что сейчас он подпалит шелк на стенах дома, и торопливо добавила:

— Да, я знаю. Разумеется, это опасно, — ответила я, раздраженно закатывая глаза, — но не настолько, как ты думаешь. К тому же я здесь, и это главное! Я им не по зубам.

Папа сразу расслабился и улыбнулся.

Я улыбнулась в ответ, ужасно сожалея о том, что у меня нет и грамма уверенности в той силе, о которой только что заявила папе.

Игнир

Ведь так и знал, что темные рядом. Дурное предчувствие не оставляло меня весь вечер. Да, они ждали, не являя себя, пока я уйду, и только тогда активировали ловушку.

Я поджал губы, чувствуя еще один приступ тревоги.

И все мои опасения оправдались! Пока я спокойно заканчивал с этапом плана под названием «Учитель», отправляя личину в плаванье на теле моего ученика, они ее похитили! МОЮ драконницу утащили к себе!

Настроив на метку крови поисковик, который привел меня во владения короля-дракона, я проскользнул через охрану к черному ходу и прислушался. Вокруг стояла мертвая тишина. Нарушая ее, тяжело хлопая крыльями, похожее на крокодила животное вдруг поднялось над горами с хриплыми взвизгами и улетело прочь.

Разведчик темных!

Все гораздо хуже, чем я мог представить! Значит, это не просто одинокие проделки бесноватого Биполома, а самая натуральная диверсия объединенных темных.

Испуганную девушку я нашел в одном из ответвлений гигантского королевского лабиринта. Будь это простые похитители, возник бы вопрос, почему при ее возможностях она еще здесь, но, так как игру затеяли темные, ничего удивительного в ее страхе не было.

Имея физическое тело и фактически всеобъемлющие знания о боевой и вообще магии, даже я не посмел бы кинуть им вызов здесь или на Драконьем острове. Эти два места полностью принадлежали тьме.

Что говорить о неопытной девчонке.

Рассказывая о владениях короля-дракона, я не поведал Айонель еще одну причину, почему замки эльфов стоят на границе его владений. Они охраняют вход во владения Темных, оставаясь на страже с начала времен, сдерживая Тьму, которой посвятил свою жизнь мой отец.

Очертания гор становились расплывчатыми, сумерки сгущались — зажглись особенно яркие в этих горах звезды.

Торопясь, я быстро переместился на зов маячка ее крови. Здесь никто, кроме темных и наследников короля-дракона, пользоваться магией не мог. Я был очень рад, что ей хватило ума не пользоваться здесь своей силой. Единственное, чего драконница бы добилась, это вызвала к себе все темные сущности, водившиеся в этом лабиринте, а их здесь море.

Прижав к ее губам палец, успокоил и быстро провел драконницу через погребальный зал к выходу. В самый последний момент она обернулась, и застыла в шоке. Увидела меня без личины.

Ну да, я же враг.

Но тут по лабиринту прокатился гул и треск, и земля задрожала. Нас окружали слуги темных, которые, пользуясь силой древних драконов, пытались остановить перенос драконницы.

— Скорее! — приказал я, про себя усмехнувшись, толкнул ее в сотворенную сферу и отправил к отцу. Одновременно блокируя магию темных всевозможными щитами.

Но невозможно, имея темные истоки как у меня, противостоять Темным.

Я знал, что рано или поздно они пробьются сквозь мою защиту и вопьются в меня когтями и клювами, но это потом. Пока темные беспомощно кружили рядом, не в состоянии преодолеть выставленный мною барьер.

— Каменные тупицы, вы посягнули на МОЕ!.. Тупой дым былого, да как вы посмели!.. — Я громко издевался над ними, словно забыв, что у них будет возможность за все мне отомстить.

Когда они поняли, что драконницы им не видать как своих ушей, голоса слуг в черных плащах