На пороге неба Часть Первая - Елена Федоровна Янук

Немного подумав, я взяла его руку и, чувствуя, как он вздрогнул и напрягся. Странный захватчик боится щекотки? И принялась писать пальцем на его ладони.

«ЕСЛИ ОНИ ТАКИЕ СИЛЬНЫЕ, ЗАЧЕМ ИМ Я?»

Он взял мою руку, раскрыл ладонь и, мягко касаясь поверхности, своим пальцем написал:

«ОТ ДРАКОННИЦЫ ИМ НУЖНО ВСЕ: ногти, волосы, кожа, сердце, каждая косточка»

Меня передернуло от отвращения. Они что, съесть меня задумали?

Хотелось выругаться и ударить по протянутой руке незнакомца, но я взяла его ладонь и, игнорируя явную нервозность — он все также задерживал дыхание и чуть не дрожал, я почти вжатая в него все великолепно чувствовала, — написала:

«КТО ТЫ? Ты с ними? И зачем искал меня здесь?»

Он ответил не сразу, словно приводя себя в чувство или обдумывая ответ. Незнакомец взял мою руку и написал:

«ЭТО НЕВАЖНО, ХОЧЕШЬ СПАСТИСЬ — СЛУШАЙ МЕНЯ!»

Несмотря на то, что он только пугал, пока не пытаясь мне навредить, и даже предупреждал об опасности, я ему не доверяла. А после последних слов еще и злилась. Упал на мою голову и требует послушания. На основе чего? Вдруг это новый замысел врагов?

Так что я еще раз повторила:

«ЭТО ВОЗМОЖНО, ЕСЛИ Я УЗНАЮ, КТО ТЫ»

Он, не раздумывая, ответил:

«ТОГДА ПОГИБАЙ, ДЛЯ ДРАКОННИЦЫ ТЫ И ТАК ПРОЖИЛА СЛИШКОМ ДОЛГО»

Я беззвучно фыркнула:

«УГОВОРИЛ, ПОГИБНУ. А ТЕПЕРЬ ОТПУСТИ МЕНЯ!»

Он покачал головой, но, также мягко дотрагиваясь до моей ладони, написал:

«ОТПУЩУ, ТОЛЬКО ТЫ БЕЗ ГЛУПОСТЕЙ!»

Сначала он медленно убрал ногу, затем неторопливо разжал локоть, которым прижимал меня к себе.

Когда он отпустил меня, от чувства облегчения задрожали ноги и руки, и теперь место страха заняло смущение. Наверно, ему не впервой вот так хватать девушек, а мне было до ужаса неприятно, и я бы добавила неловко, почти что стыдно.

Я медленно вздохнула, отодвигаясь еще дальше, пока не уперлась плечом в стену. Незнакомец не пытался меня удержать, чему я даже радоваться боялась. Когда отодвинулась, он поднялся, стянул с себя плащ и кинул его мне. Потом сел рядом. Подтянув колени, свесил с них руки.

Проигнорировав плащ, я робко взяла его ладонь, чтобы написать вопрос. Незнакомец вздрогнул, но руку не отобрал.

«КАК ТЫ НАШЕЛ МЕНЯ ЗДЕСЬ?»

«ПОТОМ УЗНАЕШЬ. Мы в Гномьих горах. Это горный лабиринт древнего замка, я знаю, где выход…»

От изобилия слов я потеряла способность понимать буквы, так что, покачав головой, остановила его руку, накрыв свою ладонь.

Он требовательно протянул руку и схватил мою другую ладонь, явно желая что-то договорить.

«СЕЙЧАС НОЧЬ. Ты в темноте не видишь…» — констатировал незнакомец. Я кивнула.

«Значит, тихо идешь за мной. Когда до выхода из лабиринта останется совсем немного, я помогу тебе убраться отсюда…»

Я вырвала свою ладонь и на руке незнакомца раздраженно написала:

«Как я могу верить, если вас не знаю?»

«Не перебивай! Слушай меня! Я открою ворота, о которых никто не знает. И прикрою твою отправку. Пока они кинутся, у тебя будет шанс убраться отсюда. Идем!»

Он поднялся, схватил мою руку и потянул за собой в какой-то лаз.

Туннель, куда мы попали, был одним из целого лабиринта проходов, узкий, с низким потолком, весь затянутый паутиной. Будь я одна, никогда бы не свернула в эту нору, но незнакомец явно знал, куда идти.

Шагая за ним, я обнаружила еще один проход в зал, дивно отделанный резьбой и камнями, на которые откуда-то сверху через щели падал лунный свет. Древние строители короля-дракона вырубили его в толще скалы и украсили причудливыми узорами. Я бы с удовольствием осмотрела стены, но внезапно рука незнакомца схватила меня и прижала к стене, заставляя бесшумно замереть на месте.

Где-то рядом, судя по звонкому эху, за стеной прошли люди. Видимо, я все же поверила в силу Темных драконов, опасаясь, что их прислужники свернут сюда.

Боясь, что они нас найдут, сжалась от страха и затаила дыхание, лоб покрылся крупными каплями пота. В тот же миг порыв неизвестно откуда взявшегося ветра пронесся по туннелю, высвистывая что-то жуткое и заставив затрепетать меня от ужаса.

Темные.

Кожа покрылась мурашками, дыхание перехватило. Как я поняла, легко, как незнакомцем предполагалось изначально, нам улизнуть теперь не удастся.

Незнакомец за моей спиной подозрительно принюхался, но, видимо, никаких особенных запахов не уловил, так как взял меня за руку и повел дальше. Наконец мы оказались в каком-то тупичке, в который в любой момент могли свернуть прислужники драконов.

— Готова? — выдохнул на ухо он. Я немного растерянно кивнула.

Неизвестный на миг прижал меня к груди:

— Ты должна идти вперед. Сейчас же!..

В этот момент под давлением его магии тяжелая створка ворот, которая до этого момента сливалась со стенами, скрипнула и медленно поехала в сторону, открывая взору ночное небо и гору с обрезанной макушкой. Незнакомец резко толкнул вперед и прорычал мне в спину:

— Не оборачивайся!

Я шагнула наружу и тут же обернулась, чтоб при свете звезд рассмотреть того, кто мне помогал. И чуть не умерла от ужаса.

За мной стоял Игнир!

Едва живая от страха, чувствуя, как по спине заструился холодный пот, я собрала оставшиеся силы, повернулась спиной к своему кошмару, намереваясь удариться в бегство...

— Не паникуй! — Игнир схватил меня за руку, вмиг сделал сферу и втолкнул меня в нее. Сам остался стоять снаружи, удерживая свой магией рвущихся ко мне молодцов в черных плащах.

Под ногами что-то задрожало. Еще несколько мгновений замешательства… и я оказалась возле высоких часов, в коридоре дома владыки эльфов.

Там, где мы остановились с родителями.

Прижавшись лбом к стене, покрытой бледно-серым шелком, я в шоке замерла, переводя сбившее от ужаса дыхание.

Увидев Игнира, я была уверена, что он отправил меня в худшее место… Но нет, вот он дом Таниеля, и мои любимые часы.

Я вчера как раз рассказывала учителю, что в детстве млела, когда, отсчитывая час, из них вылетает изящно выделанная деревянная сова и, сделав круг, тут же прячется в инкрустированной серебром верхушке, чтобы ровно через час повторить маневр.

— Госпожа… — Я поспешно обернулась…

И тут же вспомнила, что мое платье, еще утром напоминавшее полураспустившийся белый бутон с капельками росы, сделанное из тонкого паучьего шелка и украшенное по краям крошечными бусинками, сейчас превратилось в грязную ветошь. Пришлось восстановить образ платья по памяти*. А с растрепанной прической я ничего сделать не могла. Только нервно пригладила выбившиеся