Гарем, в котором меня не будет - Эмили Карр

Ши Мэй, надеясь вызвать в нём благоразумие, но по глаза тут же поняла, что вызвала лишь злость.

— Дочь моя, тебе пора взрослеть. Ты пропустила многое в жизни, но должна же понимать о важности замужества. — бросил мужчина, вставая с места.

— Я понимаю важность замужества, отце! Это должно быть желание двух человек, а не одного! Ты меня предашь, если насильно выдашь замуж! — бросила девушке, не желая мириться с решением родителя.

— Глупый цветочек… — покачал головой Ши Мун-Чу, пойдя прочь из комнаты, — Свадьба через две недели. Я уверен, что с Айго ты обретешь счастья, хоть сама этого ещё не знаешь. — почти уже закрыл двери мужчина, как слышал крик дочери.

— Я не выйду за него!

— Выйдешь. — грубо бросил тот, кто всегда сыпал свою дочь лишь плюшками, но после стольких лет страданий, начал быть груб, — У тебя нет иного выбора.

Дверь комнаты закрылось, оставляя девушку одну. Руки Ши Мэй дрожали и ей хотелось кричать, но на кого? Отца, который принимает решения за взрослую дочь, не учитываясь с её мнением? На Айго, которому плевать на чувства девушки, и он руководствуется только своими? На себя, за то, что она такая слабая и не может ничего поделать с решением родителя и с чувствами братца?

Тяжело вздохнув, Ши Мэй с трудом сдерживала слёзы разочарования. Вот именно поэтому девушка так боялась потерять силы. Сейчас обычная дама не может сбежать, покуда даже через охрану не пройдёт, не говоря уже об одиночном путешествии в некуда.

Повернув голову, Ши Мэй увидела медальон. Подойдя к тумбочке, девушка потянулась к украшение, но тут же отстранилась. «И что я собираюсь делать? Покинуть дом? Выйти за Юн Джинга? Придать родных?!» — дама ещё не была до конца уверена в том, что она готова бросить всё ради героя. Смерившись с тем, что сегодня уже ничего не исправить, девушка легла спасть, но уснуть ей так и не удалось.

* * *

Получив отказ, Ю Вэй был возмущён, а узнав за кого выходит девушка он и вовсе ушёл не попрощавшись. Но на обижинку Ши Мэй было плевать, покуда сейчас её больше волновало её собственное положение, а не чужие чувства.

Хань Юйлань не покинула Царства Ши даже узнав о помолвке Айго, что слегка удивило Ши Мэй, но видя Богиню столь печальной, казалось, невыносимой мукой.

Сян Айго три дня не подходил к девушке, будто давая ей время успокоиться. На четвертый день, юноша нашёл девушку в саду, смотрящую в даль и мечтающую улететь, но также знающую, что крыльев у неё нет.

— Ши Мэй… — отозвал даму молодой человек, смотря на её спину. Девушка не отреагировала на своё имя, потому Айго продолжил, — Ну хватит уже. Я честно буду делать для тебя всё и никогда не стану препятствовать твоей воли, — встал возле дамы мужчина, но та продолжала смотреть в даль.

— Ты уже делаешь кое-что против моей воли. — заметил Ши Мэй, даже и не думая смотреть на красавца.

— Это ради тебя. Император так спешит с помолвкой только потому, что понимает, что Юн Джингу не хватит наглости лезть к чужой жене. Это поможет тебе спастись от него и…

— Спасать меня надо лишь от вас! — возмутилась дама, наконец, одарив мужчину взглядом, но совсем не добрым, — Юн Джинг ведь позволял вам встречи со мной, а ты соврал мне. Ты поливал его грязью, дабы мне стало противно. Ты наговорил на него, признай это! — крикнула Ши Мэй, ощущая, как её кулаки сжались.

— Не все мои слова были ложью. Юн Джинг действительно плохой человек, и с ним ты никогда не будешь счастлива, — проговорил Айго, опустив голову, осознав, что и правда приврал сестрице.

— Почему ты так решил? — бровь дамы приподнялась.

— Против него сейчас почти весь мир. Скоро терпения людей лопнет и начнётся бунт. Юн Джинг ходит по лезвию ножа и скоро он сорвётся. — выдал причину обмана мужчина, но для девушки она оказалась неуважительной.

Когда-то Ши Мэй говорила Юн Джингу почти тоже самое. Что рядом с ней он будет в вечно опасности. Что она ему не подходит. Что они не смогут быть счастливы из-за неё. Сейчас всё обернулось так, что дама всё ещё уверена в своих словах, но в тоже время и Юн Джинг теперь стал таким же, как и она. Это сходства вновь потянуло Ши Мэй к герою, а не оттолкнуло, как думал Сян Айго.

— Я… — ощутив, как сердце оплакивает теплом, признала свои истинные чувства девушка, — Хочу быть с Юн Джингом.

Глаза Сян Айго широко раскрылись, не веря он в решение девушки, считая её сумасшедшей! Не в здравом уме! Больной! Как можно по собственной воле желать быть с монстром? Нормальный человек такого не желает…

— Я этого не позволю. — мужчина помрачнел, а его голос стал злым. Ши Мэй впервые слышала такой тон от братца.

Думая проигнорировать слова мужчины и двинуться к отцу, сообщив о своём решении, Ши Мэй резко замерла на месте, увидев охрану, не пускающую её вперёд.

— Что это значит? — не поворачиваясь к Айго, сразу же поняла чьих это рук дела девушка. Командиру подчиняется вся стража Царства Ши, так кто же ещё мог преградить ей дорогу к Императору?

— Так будет лучше. — голос мужчины звучал хмуро, — Отведите госпожу Мэй в её покои и закройте двери. — приказал Айго, от чего получил злой взгляд девушки, но это всё, что она могла с ним сделать.

Оказавшись в комнате, Ши Мэй не верила в то, что столь светлый человек может быть таким… Девушка не могла говорить плохо о братце, потому не в её силах было оскорблять его, хотя и очень хотелось это сделать. Всё же, идеальных людей не существует и у каждого есть свои минусы, которые когда-нибудь раскрываются. Рано или поздно.

Не успев отойти от двери и на три шага, девушка услышала стук, а затем и звук открывающегося замка. Думая, что Айго одумался, Ши Мэй обернулась, но на пороге стоял не мужчина, а Богиня.

— Извините за вторжение, госпожа Мэй. Я лишь хотела поздравить вас со скорой помолвкой и сообщить, что я не смогу присутствовать на ней. — проговорила Хань Юйлань, не поднимая взгляда на девушку.

— Помолвки не будет. — твёрдо бросила Ши Мэй, сжав кулаки.

— Что? Но как же? Уже пошли вести и…

— И это не моя воля. Я не стану выходить замуж за мужчину, которого не люблю! — чуть было не кричала девушка, находясь на взводе.

— Не любите? Но, мне казалось, вы