Марисса Майер - Рапунцель

Кресс позволяла уводить себя все дальше и дальше, словно заколдованная ее словами, пораженная тем, насколько логично все выглядело в ее изложении. Все земные медиаисточники убеждали ее, что местные жители питают к пришельцам с Луны неутолимую ненависть и никогда не примут ее как свою. Но что, если это неправда?

- Надеюсь, тебя не оскорбит мой вопрос, - продолжала Джина. - Но ты ведь... не одарена?

Кресс растерянно кивнула и удивилась, когда на лице Джины мелькнула хитрая улыбка, словно она давно обо всем догадывалась.

- А вот и Нильс!

У Кресс закружилась голова от спутанных мыслей. Стоило только представить себе, что они с Торном могли рассказать всю правду с самого начала... но нет, Торн по-прежнему преступник и по-прежнему в розыске. Придется выдумать новую историю о том, как они с Торном оказались вместе. Они считали, что он тоже сбежал с Луны?

Нильс и Квенде стояли рядом с огромной запыленной машиной, ощерившейся огромными колесами с протекторами. В раскрытый капот уходил толстый кабель, подключенный к генератору около дома, а через заднюю дверь в машину перегружали те тюки, которые Кресс, кажется, видела на верблюдах.

- Освобождаете место для нового груза? - спросила Джина, подойдя к мужчинам.

Если Нильс и удивился, увидев Кресс одну, без сопровождения мужа, то внешне ничем не выдал себя.

- Почти уже закончили, - сказал он и отряхнул ладони. - Двигатель вот-вот зарядится. Она без проблем должна домчать нас до Фарафры и обратно, даже не придется на заправках останавливаться.

- Фара... - Кресс удивленно посмотрела на Джину. - Вы что, не останетесь здесь?

Джина поцокала языком.

- Нет, Джамал и несколько человек с ним останутся, а у нас новый заказ, так что придется сделать еще одну вылазку. Дел всегда намного больше, чем вначале кажется.

- Но вы ведь только приехали. А как же верблюды?

Нильс засмеялся.

- Они останутся в городских стойлах и будут радоваться заслуженному отдыху. Иногда они соответствуют нашим нуждам, а иногда требуется кое-что побыстрее. - Он похлопал ладонью по борту грузовика. - Ты что, плакала?

- Все в порядке, - сказала она, понуро опустив голову.

- Джина?

Джина крепче схватила ее за руку и ответила что-то на незаданный вопрос Нильса на их родном языке. Кресс залилась краской, жалея, что не понимает, о чем говорит Джина.

Нильс таинственно улыбнулся и кивнул. Неожиданно кто-то схватил Кресс сзади. Чья-то ладонь зажала ей рот, заглушая вопль. Ее пропихнули вперед мимо Джины и Нильса и затолкали в фургон. Кресс больно стукнулась голенями о бампер машины. Дверца за ней с треском захлопнулась, и она оказалась в кромешной темноте.

Нильс пролаял что-то, чего она не поняла, и взревел мотор. Затем захлопнулись обе передние двери.

- Нет! - Кресс всем телом бросилась на дверь и принялась молотить кулаками по железу. Она кричала до тех пор, пока совсем не охрипла, пока рокот мотора не усилился и корпус машины не закачался так, что ее отбросило на кучу тряпья в углу.

У нее в голове все плясало и кружилось, даже когда спустя короткое время она ощутила, как качка изменилась. Они съехали с мощеных улиц Куфры.

Книга

ТРЕТЬЯ

Кошка поймала птичку, а теперь

выцарапает тебе глаза.

Больше не видать тебе твоей Рапунцель!

Глава 31

Девушка вернулась из своей вылазки в бар и поставила бокал около запястья Торна.

Тот склонил ней голову и поднял вверх карты.

- Что скажешь?

Она коснулась косичками его плеча.

- Я думаю... - Она ткнула пальцем карты в его руке. - Вот эти две.

- В точности так же, как я и думал, - произнес он и взял две карты. - Наша фортуна переменится... прямо сейчас.

- Две для слепца, - сказал крупье, и Торн услышал, как две карты шлепнулись на стол. Он взял их в руки.

Девушка зацокала языком.

- Это совсем не то, что мы хотели, - сказала она с явным недовольством в голосе.

- Ну что ж, - сказал Торн. - Мы ведь не можем обыграть всех. Точнее, никого пока не можем. - Он дождался, пока все сделают ставки. Девушка придвинулась ближе и слегка пощекотала его шею.

- В следующий раз повезет больше.

Торн ухмыльнулся.

- Я и так чувствую себя везунчиком.

За столом дважды повысили ставки, и победитель сорвал куш на джокере и семерках. Торн представил себе обладателя хриплого грубого голоса мужчиной с растрепанной бородой и внушительным животом. Он уже успел вообразить портреты всех игроков, сидевших за столом. Крупье казался ему худощавым, высоким типом с холеными усиками. Дама по соседству с ним была уже в годах и периодически чем-то позвякивала, делая ход, так что Торну представилось, что она вся обвешана украшениями. Мужчина справа от него звучал, как неприятный костлявый субъект, покрытый прыщами, может быть, потому, что все время у него выигрывал.

И совершенно очевидно, что прильнувшая к нему девушка была до безумия горячей. И, как оказалось, не приносящей ни капли удачи.

Крупье раздал новую партию, и Торн взял свои карты. Девушка грустно присвистнула у него над ухом.

- Мне так жаль, дорогой, - шепнула она.

Торн надул губы.

- Совсем безнадежно? Какая жалость.

Игроки за столом начали делать ставки. Еще одна раздача. Ставки. Повышение.

Торн побарабанил пальцами по своим картам и тяжело вздохнул. Они были совершенно бесполезны, судя по поведению девушки.

Естественным, непринужденным движением он положил руку на фишки и подвинул всю стопку к центру стола, прислушиваясь к веселому щелканью. Не то чтобы их у него было очень много, но все-таки.

- На все, - объявил он.

Девушка рядом с ним молчала. Даже ладонь на его плече не дрогнула. Она никак не выдала себя и не возмутилась, что он пошел против ее совета.

Вот уж кто умеет держать лицо.

- Да ты болван, - прокаркал костлявый тип, но сбросил карты.

Затем бородач фыркнул таким тоном, от которого у Торна пошли мурашки по спине - не от беспокойства, а от предвкушения.

- Я бы поднял ставку, если бы тебе осталось что еще ставить, - проворчал он, и последовало щелканье фишек.

Два других игрока сбросили карты. Крупье раздал карты взамен сброса - еще две противнику Торна.

Торн оставил все свои карты. Если девушка его и не поддерживала, то никак себя не выдавала - ее рука замерла, как у статуи.

Они не стали делать ставок по второму кругу, ведь у Торна больше ничего не оставалось. Он просто выложил свои карты веером на стол. Крупье стал называть их вслух, постукивая пальцем по руке оппонента.