Лора Андерсен - Тина ван Лигалон

Марсель болезненно морщился, когда Строггорн объяснял ему возникшую ситуацию.

— С каждым разом будет все тяжелее снять возбуждение, что-то у тебя есть в институте, Марсель?

— Сейчас закажу оборудование, только хочу поговорить с Тиной.

Строггорн кивнул, и Марсель прошел под купол.

— Тиночка, зачем тебе все это? Так себя терзать? Послушай, — он взял ее руку, — мы и так неплохо жили? Неужели это так для тебя важно, Слияние?

— Тебе не понять, Марсель, прости. Ты можешь помочь?

— Сейчас закажу оборудование.

Марсель налаживал оборудование, представлявшее собой имитатор полового акта с мужчиной. Пульт управления был маленькой коробочкой, легко умещавшейся в ладони, и позволяющей менять как угодно угол воздействия. Несколько минут Марсель объяснял Тине, как управлять конструкцией.

Строггорн начал зондаж, Марсель несколько секунд наблюдал и пошатнулся, с трудом удержавшись от падения. Вызвали врача и увели Марселя разбираться с психотравмой, на этот раз не слушая его возражений.

Управлять аппаратом сама Тина не смогла, и Креилу пришлось забрать у нее пульт управления. Приноравливаясь к ее желаниям, невольно, он стал в мельчайших деталях вспоминать, какой бывала она в минуты близости. Все было до боли знакомо в том, как она стонала, вскрикивала, и, совершенно забываясь в минуты наслаждения, звала, бесконечно звала его.

Когда Строггорн закончил зондаж, Тина лежала, тяжело дыша и почти не понимая, что с ней происходит. Креил обтирал ее тело влажным полотенцем, она не сопротивлялась, молча, позволяя ему делать то, что он считал нужным.

— Креил, я почти не чувствую ног. — Тина попыталась пошевелить ими и не смогла.

— Это бывает. Пройдет, ты не волнуйся. Сейчас Строггорн попробует дать наркоз, ты уснешь, даст Бог, не будешь ничего чувствовать, пока они шьют.

— Все болит. Не знаю, после такого лечения, зачем мне вообще мужчины, кажется, до самой смерти ни на кого не посмотрю!

— Вряд ли тебе удастся столько выдержать. — Он мягко глядел на нее.

— Ты прав, — она вздохнула, — триста-четыреста лет — тоже чертовски много, чтобы прожить их без мужчины. Только говорят, после очередного омоложения этого уже никому не хочется.

— Тебе еще очень далеко даже до первого омоложения, а чтобы перестало хотеться — еще дольше. Удивительно сексуальная ты женщина все-таки, Тина, сколько тебя знаю — не перестаю удивляться этому.

— Креил, я даю наркоз, — предупредил Строггорн.

— Спи, Тиночка, спи, — Креил освобождал ее тело от аппаратуры. — Когда ты проснешься, все будет хорошо, — добавил он, но Тина его больше не слышала.

Креил расстроено сидел в кресле, наблюдая, как Елена собирает вещи в большой чемодан. Придя домой, он уже застал ее за этим занятием, а теперь просто не знал, что нужно говорить в такой ситуации. Все слова были бы слишком фальшивыми, и он молчал.

— Не терзайся так, Креил.- Елена складывала платье. — Я сразу, как только Тина не пришла вовремя за Лионом, а ты стал нервничать, все поняла. Ты всегда ее любил, здесь невозможно что-либо изменить.

— Посмотри на меня.

— Не могу. — Она смахнула с лица слезу. — Прости.

— За что? За что я должен тебя прощать?

— Не знаю.

— Только не нужно снова благодарить меня за ребенка! — в его словах сквозило раздражение, и это заставило Елену вздрогнуть. — Хорошо, где ты будешь жить? У тебя же нет денег? Возьмешь у меня?

— Нет. Ты же знаешь, что не возьму. Я не могу чувствовать себя содержанкой.

— Елена! Опять твоя глупая гордость! Тебе нужно думать о ребенке!

— Я и думаю. Мы и так тебе слишком многим обязаны.

— Хорошо. Пусть так. Тогда я хочу предложить пожить в одной из наших квартир. Так получилось, что одна квартира осталась, мы так и не собрались ее продать. Там всего две комнаты, потом попробую подыскать что-нибудь получше.

— Это квартира твоей жены?

— Уже нет. У нее другая квартира.

— Я не знаю, Креил, — Елена тяжело опустилась на кровать.

— Соглашайся, это лучше, чем гостиница.

— Сколько нужно платить?

— Если я скажу — живи так, согласишься?

— Ни за что.

— Давай, потом об этом договоримся, у меня тоже голова кругом.

Стайн тихо постучался в дверь.

— Лиде Креил, мне кажется, Лиде Тина сейчас придет в себя, изменилось дыхание.

— Хорошо, сейчас подойду, — Креил поднялся. — Тебя проводит Стайн, я постараюсь навестить вас, как только выдастся время.

Креил вышел, а Елена буквально рухнула на кровать. С того момента, как Креил ушел в клинику, она не спала, с замиранием сердца прислушиваясь к тишине его огромной квартиры. А потом, когда уже утром он вернулся, рванулась ему навстречу и замерла от картины, причинившей невероятную боль. Он нес на руках женщину, закутанную в одеяло, и так бесконечно нежно смотрел на нее, что даже не заметил застывшую Елену. Она сразу поняла, что он вернулся с женой и случилось что-то такое, после чего они снова вместе. Возвратившись к себе, Елена стала собирать вещи, механически, словно робот, стараясь ни о чем не думать. Все было кончено, в ее жизни лишь на доли секунды сверкнул свет и снова все погружалось в беспросветный мрак одиночества.

Она с трудом заставила себя встать и продолжила собирать вещи.

Тина тяжело дышала во сне. Давно наступил вечер, Лион спал в своей кроватке, и Креил успел проводить Елену, а Тина все не приходила в себя. Наконец она открыла глаза, пытаясь понять, где находится, и застонала. Креил сидел в кресле, рядом с кроватью, и это напомнило ей их очень далекое прошлое. Тина попыталась пошевелить ногами, казалось, они стали чужими и почти не подчинялись ей.

— Почему я у тебя? — она попыталась приподняться, преодолеть неподвижность тела, но обессилено откинулась на подушку.

— Давай-ка я тебя осмотрю, — Креил подошел и откинул одеяло.

— Вызови другого врача, Креил.- Тина попыталась отстраниться от его рук, говоря как можно жестче.

— Я тоже хороший врач. — Он невозмутимо приступил к гинекологическому осмотру, используя ее неподвижность. — На вид — все нормально. Так и не чувствуешь ничего?