Сердце Севера - Натали Палей

резерв. Обнаружила, что его слишком мало, и, если мужчина нападет на меня, возможно, отпор я дать не смогу.

— Тем, что ты темная. Как я и те, кого освободили из темницы. Благодаря тебе, насколько я знаю.

Незваный гость поднялся, сел на кровати и теперь казалось, что его неприятные глаза впиваются в меня, словно когти хищника в жертву. Невольно повела плечами, сбрасывая с себя неприятное ощущение.

— В общем, мы бежать решили. Вот я и зашел уточнить: ты с нами или как? Ты бы нам пригодилась.

— Бежать? — Я опешила. Такого поворота в разговоре я совсем не ожидала и растерялась.

— Спасать местных нам надоело, — лениво процедил мужчина, а я вдруг, наконец, вспомнила, как его звали: Аластер Скотт. — Надеяться на то, что князь Дэв Суровый потом будет благодарен нам и отпустит на все четыре стороны, мы не можем. Не наивные идиоты и знаем, что этого никогда не будет. Поэтому нужно бежать. В Свободные Земли. И именно сейчас, пока у нас относительная свобода и пока нас снова по какой-нибудь надуманной причине не закрыли и не отправили на костер.

— Ваша помощь очень нужна здесь. Разве вы не понимаете этого?

— Да нам плевать! Неужели тебе нет?

Мужчина скривился и сплюнул на пол.

— Я целительница.

— Темная.

— Не только. И светлая тоже. Но дело не в этом. В любом случае, я целительница.

Мужчина осмотрел меня непонятным взглядом, кивнул каким-то своим мыслям, и странная улыбка исказила его острые черты. На миг почудилось, что он почему-то доволен моим ответом, но, видимо, это была моя галлюцинация. Он резко поднялся, оказавшись выше меня на целую голову. Худой, нескладный, в одежде с чужого плеча, он все равно выглядел внушительно и опасно, как любой темный маг, обладающий большим резервом и не скрывающий свою силу. А Аластер Скотт обладал внушительным магическим резервом, благодаря которому долгое время поддерживал жизнь у смертельно больных пациентов, которых я после успевала спасать.

— В общем, ждем подходящего момента и валим. Долго не думай, а то без тебя уйдем. — Жестко проронил Скотт и направился к двери. У выхода остановился и обернулся, сощурился и оскалился:

— Не вздумай сдать нас. Иначе последнее, что я успею сделать, это остановить твое гнусное сердце.

Мужчина ушел, я без сил оперлась спиной о стену, брезгливо уставившись на грязь, которую оставили сапоги темного. Я понимала, что, если все темные маги уйдут из Северного замка, Черный Мор очень быстро сожрет всех его жителей. И что мне теперь делать?

О том, чтобы уйти вместе со всеми темными, не могло быть и речи. Прежде всего я целительница, а в этом госпитале я самая сильная, поэтому я не могла обречь всех, кого могла спасти, на верную смерть. Сдать темных северным волкам или князю тоже не могла. Тогда их отправят обратно в темницу и уже точно сожгут. В то, что после попытки побега их оставят в госпитале, ни на минуту не поверила.

— Что же делать? — шепнула в пустоту. — Промолчать и позволить темным сбежать?

Голова шла кругом, мысли грузно ворочались в уставшей голове, не подсказывая решения неожиданной дилеммы. Я поменяла грязное белье на чистое, кое-как искупалась в небольшом корыте, надела чистую рубаху и без сил свалилась в кровать.

Заснула с тяжелым сердцем, всю ночь мне снились кошмары. В них темных магов сжигали на костре, причем факелы к подмосткам с приговоренными подносили именно Ройдан Семур и Корт Тур. У мужчин были такие жестокие лица, а в глазах столько удовлетворения, что сомнений не оставалось, — они уверены в справедливости того, что совершали.  Кошмар сменялся следующим, в котором темные сбегали из Северного замка, а черная мгла с диким издевательским хохотом тяжело опускалась на Северный замок, из которого отвратительные щупальца Черной Гостьи расползались на оставшийся Север, поглощая всю Берингию, оставляя за собой пустынные города, деревни, крепости…

 

***

 

Теперь целыми днями меня мучили две навязчивые мысли: одна, связанная с готовящимся побегом темных магов, вторая — о том, что я — «Сердце Севера» и что с этим делать.

Эти мысли не отпускали меня, когда я делала обход больных во время дежурства; когда лечила зараженных; когда   разговаривала с главным целителем госпиталя, когда отдыхала и спала. Раз за разом они заставляли меня прокручивать их в сознании, и я совершенно не понимала, как правильнее поступить в отношении темных, и почему именно я стала «Сердцем Севера». Что во мне было особенного? Только сочетание светлой и темной магии? Или то, что когда-то давно я дала клятву Пресветлой стать ее Зеленым лучом?

 

***

 

Через четыре дня после вечернего посещения Скотта, меня пригласили в кабинет главного целителя госпиталя Расела Ноу, с которым мы понимали друг друга часто с полуслова. Наверное, этого человека я даже могла назвать своим другом.

Когда зашла в кабинет, выражение бледного мужского лица испугало меня. Черты лица заострились, в запавших глазах застыло горе и отчаяние.

— Расел, что случилось?

— Сегодня в город вернулись люди князя с очередного рейда, — медленно проговорил Ноу, а я почувствовала, как мое сердце радостно встрепенулось — Ройдан вернулся!— Они проезжали мимо крепости, из которой я приехал.  Где я, собственно, родился и вырос. Где оставил свою матушку и друзей. Большая часть обитателей крепости погибла от черной гадости. И мне сообщили, что... в крепости среди живых не осталось ни одной женщины.

Мужчина закрыл глаза, он совсем не мог говорить, а я с ужасом уставилась на Ноу, всем сердцем сочувствуя его горю. Слова здесь были лишними, мой друг все прочитал в моих глазах, в которые заглянул с тайной надеждой, словно я могла опровергнуть страшные известия о тех, кто был ему дорог.

— Юна, проверьте тех, кто вернулся. Наверняка, они заражены.

— Хорошо.

— И ещё... У ворот замка северные волки наткнулись на телегу, которую стража не пропустила. В ней бредил больной мужчина. Они бы проехали мимо, но он вдруг забесновался и закричал: «Госпожа Юна, где вы?! Госпожа Юна, я найду вас! Я буду защищать вас!»

Я нахмурилась, не понимая, почему волки решили, что мужчина в