Цветок для короля (СИ) - Моран Маша

В тот момент, когда она уже готова была поддаться отчаянию и истерике, за ширмой раздался тихий болезненный стон.

Целитель!

Командующий медленно повернул голову, расширившимися глазами глядя на ширму.

Гневно он просипел:

— Кто-о-о та-ам?

Катарина метнулась к ширме.

— Мой пациент! Не смейте ему вредить!

— Кто это? Ваш любовник?

Катарина не успела ответить. Принц не спеша вышел из-за старых ширм в другом конце лазарета. Он двигался неторопливо и спокойно, будто ничего особенного не происходило.

Указательным и средним пальцем он быстро нажал на неведомые Катарине точки, и командующий упал на пол. Его глаза были закрыты, а на лице застыла отстраненная маска.

— Что с ним? – Катарина присела рядом с Фао Реном и сжала его запястье, проверяя пульс.

Сунлинь схватил ее за локоть и с омерзением отбросил руку командующего.

— Пока что жив. Только из-за тебя. – Его глаза снова сверкнули. – Я уберу его отсюда, а ты пока никому не показывайся. Сиди тихо и не выходи, даже если снаружи начнется война. – Он небрежно поднял командующего, будто тот был не тяжелее ребенка.

— А вы куда? – Она обхватила ладонями сильное плечо.

— Надо разобраться с генералом. Узнаю, что он задумал.

— Вы не должны так рисковать!

— Думаешь, я могу проиграть ему? – Она не видела, но слышала презрение в голосе Сунлиня. Он легонько щелкнул ее по носу: – Веди себя хорошо и не выходи наружу. Я скоро вернусь.

Катарина судорожно вдохнула пахнущий травами воздух:

— Что с Дайске?

— Лежит на пороге Павильона Бурь и ждет, когда вернется Ясуо. – Сунлинь усмехнулся. – Я положил наши вещи за ширмами. – И уже выходя принц снова повторил: – Никуда не ходи.

Он исчез, оставив лишь густой аромат влажной зелени и… цветов. Возле ширм каменные стены лазареты покрывал… мох. Катарина осторожно приблизилась к ширмам и заглянула за них.

Из мешка с вещами принца выкатился потрясающей красоты флакон, в котором мерцали голубые цветы-звезды. Темно-зеленый мягкий мох выбрался наружу, удивительным образом прорастая прямо на досках пола. Перебрался на стену, покрыв ее влажной бархатистой тканью. Кое-где блестели голубоватые цветы.

Боги, это невероятно… Чудесно… И опасно. Если кто-то увидит. Ох, да ладно, кто из крестьян может знать о мхе Мертвой Алхимии?

— Помощи я, видимо, не дождусь.

Катарина испуганно выглянула из-за ширм.

Зажимая рукой рану на шее и опираясь о стену, напротив Катарины стоял целитель. Баи.

Она поднялась на ноги, как никогда ощущая свою невзрачность. Баи хоть и не был так же высок, как принц, все-таки отличался внушительным ростом и статью. Даже бледный и измученный, он был хорош собой. Тренированное тело могло стать предметом зависти многих мужчин. Прямые черные волосы доставали почти до поясницы.

Он был весьма мускулист и в то же время, изящен.

Демонов красавчик!

Катарина пожала плечами:

— Вы были бы мертвы, если бы не дождались помощи. А так как сейчас стоите и выказываете мне свое недовольство, то помощь вы получили. И весьма недурную, смею сказать.

— А скромности вы начисто лишены, как я посмотрю. – Целитель обвел лазарет ленивым взглядом.

Катарине подобное поведение уже было знакомо. Многие пытались за точно такой же ленивой пренебрежительностью скрыть любопытство.

— Скромность – не то качество, за которое я нравлюсь людям.

Баи криво ухмыльнулся:

— Еще бы… У вас такой горячий воздыхатель. Уж точно не скромностью вы его привлекли.

Катарина приблизилась к целителю и толкнула его обратно к низкому лежаку:

— Да, во мне много прекрасных качеств. И теперь, когда вы стали этому свидетелем, позвольте я проверю вашу рану.

Баи отстранился, презрительно кривя губы:

— Оставьте свои провинциальные таланты для лечения свиней и куриц. Я в состоянии сам о себе позаботиться.

Катарина представила, как заезжает этому индюку кулаком в нос, но сдержалась.

Если она не поддалась истерике, когда принц буквально отрезал руки ее обидчику, то сейчас и подавно не лишится самообладания. К тому же, этот мерзавец претендует на ее мужа. Бой с ним она обязана выиграть.

— Конечно-конечно, господин Баи. – Она подняла руки, показывая, что сдается и больше не собирается прикоснуться к нему. – Какая жалость, что вы были не в состоянии показать нам свои умения и провинциальному лекарю пришлось лечить вас. Кстати, говоря нам, я имею ввиду господина Сунлиня. Он очень просил спасти вам жизнь и не дать умереть.

С лица Баи схлынули все краски.

— Что ж… я сразу понял, что это вы.

Сам не ведая того, он подтверждал слова Сунлиня о том, что они говорили о ней. И если принц ее не обманул, а она была уверена, что нет, безоговорочно ему доверяя, то все оружие было именно в ее руках.

— А я вот вас не сразу признал.

Баи не успел скрыть удивление, и Катарина охотно пояснила, пользуясь его замешательством.

— Перед тем как господин Сунлинь ушел, я попросил его найти для меня настоящие Ночные Цветы. Не ожидал, что ими окажутся люди. Так что, вы – мой подарок от Сунлиня. Знак его чувств.

Баи скрипнул зубами. Он весь напрягся, будто собирался напасть на нее, но застыл, сжав ладонями колени.

— Это кто же приводит в подарок своему возлюбленному другого мужчину?

Катарина улыбнулась:

— Тот, кого об этом попросили.

Целитель громко рассмеялся. Более раздражающего смеха Катарина еще не слышала.

— Знаете, он пару раз говорил о вас… Что-то про то, что вы ужасно посредственный лекарь. И что-то еще… – Он притворно нахмурился, делая вид, что вспоминает: – Ах, да! Что вы настолько заносчивый, что не пожелали с ним дружить. Он тогда даже посмеялся над этим. Мол, деревенский лекарь настолько самовлюбленный, что воротит нос от насле…

Катарина резко его перебила:

— Не стоит упоминать его титул в этих стенах. Или вы так долго жили в своей укромной крепости, что позабыли о том, насколько суровым и жестоким может быть внешний мир? – Она вздернула брови, холодно глядя на мерзавца.