Юлия Магарцева - Ламии. Во тьме

- Аня… Нина поймёт и примет. Пусть позже, пусть пройдёт время. Ты просто пойми…

- Я понимаю. – отрешённая, я всё же расправила плечи – Мне нужно в душ, прости. Ложись в постель и постарайся заснуть.

Я вошла в ванную и включила воду… повернула оба крана до предела и прямо в одежде шагнула под тяжёлые струи.

Мне было так плохо, мои лёгкие в груди превратились в камень… я не могла дышать. Из глаз, не переставая, текли слёзы, я вздрагивала в немом рыдании, боясь издать хоть одного звука.

Нина…

Красивое имя, красивая девушка. Она любила его.

Что же я наделала?

Я сожалела… сейчас я это точно понимала, я сожалела о том, что снова появилась в его жизни. Возможно, отобрала у Антона шанс на семью и на детей с Ниной. Лишила жизни, о которой сама так мечтала. Я эгоистично забрала его у неё для себя… Разве я имела право? Разве имела я право лишать его всего этого и ничего не дать взамен, лишь страх?!

Осев на пол душевой кабины, я уткнулась лицом в руки на коленях. Я не знала, что теперь делать…

Вдруг рывком распахнулась дверь, и я подняла голову… в дверях стоял Денис, взирая на меня ошарашенным золотым взглядом. В моей груди защипало гнетущее разочарование.

- Аня, ты чего? – появился удивлённый Антон за его спиной. Денис, стиснув зубы, развернулся к нему…

- Это из-за тебя. – процедил он. Антон молчал.

Я поднялась на ноги, упираясь руками в стеклянные стены. Слёз больше не было… мне было стыдно.

Денис ещё раз посмотрел на меня, а затем ушёл.

- Аня… - позвал меня Антон, но я отвернулась.

Я не могла прочесть его мыслей, и не знала, о чём он думал на самом деле. Он мог сам жалеть обо мне… мог скучать по Нине. И это не было ревностью… я чувствовала опустошение.

Он вошёл в кабину и обнял меня сзади, обвивая руками моё дрожащее тело и притягивая к себе.

- Не решай ничего, я прошу тебя… - заговорил он мне на ухо – Я умоляю тебя, не бросай меня.

Я обернулась, и теперь мы стояли лицом к лицу под спадающим на нас потоком воды.

- Может я делаю что-то не так, может я глуп… но не оставляй, а направь меня.

- Это неправильно. – я покачала головой – Я ошиблась…

- Нет! Аня, не говори такого никогда! Я не забуду тебя, как бы ты ни старалась мне это внушить, слышишь?! – он встряхнул меня за плечи и крепко обхватив, прижал к своей груди – Я лучше умру…

- Поцелуй меня… - попросила я тихо. Антон отстранился и взглянул в мои пылающие глаза.

- Я люблю тебя. – прошептала я.

35.

Когда я, наконец, открыла глаза, рассвет уже окрасил окно моей спальни и озарил комнату, вытягивая на стенах причудливые тени.

Я села, и тонкое покрывало, соскользнув с моих плеч, упало на постель, приоткрыв лицо Антона, который всё ещё спал рядом, зарывшись лицом в подушку. Я улыбнулась, глядя на него… мы легли только два часа назад и теперь он наверняка проспит до самого вечера… как же много нужно времени человеческому организму, чтобы быть в более ли менее хорошей форме.

Я спустила босые ноги на мягкий ковёр и поднялась. За окном бушевал ледяной ветер, единственное небольшое деревце хлестало об забор своими голыми ветвями. Небо бледно – серое, у горизонта почти белое и солнца на нём совершенно не видно… постепенно наступало время зимних холодов и скоро выпадет первый снег.

Мне удалось проспать почти час после бурного потока эмоций за эту нескончаемую ночь, а сейчас, в тишине и необычном безмолвии дома, я чувствовала странную апатию.

Я обернулась к кровати … Антон, лежал, поджав под себя ноги и подложив руки под щёку, он замерзал. В доме было не слишком тепло, котёл, который находился в подвале, я не запускала и на половину мощи, а покрывало мало грело парня. Все одеяла сожжены ночью, а запасных нет… придётся спуститься в подвал и всё же заняться котлом.

Стоя перед зеркалом и глядя на свои взлохмаченные, высохшие после душа в разные стороны волосы, я слушала вокруг… и настороженно замерла от того, что не услышала…

- Денис? – я прищурилась в подозрении, глядя на распахнутую дверь его спальни. Подойдя ближе, я поняла, что комната пуста. Тогда я спустилась вниз, но в гостиной его тоже не оказалось… как и на кухне и в нижней ванной комнате.

- Денис! – уставилась я на уже сильно посветлевшее окно.

Метнувшись назад наверх, я с грохотом толкнула дверь его ванной… тоже пусто. Влетев к себе в спальню, я стала нервно шарить по карманам своей куртки, оставленной на двери шкафа, в поисках сотового телефона, а когда нашла и нажала на набор его номера, то возненавидела мучительно длинные гудки.

- Аня… - вздрогнула я от раздавшегося уже родного мне голоса.

- Где ты?! – вскричала я – Денис, ты что вышел?

- Да. Не кричи, всё отлично.

- Какого чёрта ты вышел?! И как скажи мне, это может быть отлично?

- Я повешу трубку, если ты не перестанешь орать! – твёрдо воскликнул он, и я притихла… припала спиной к стене и, бросив взгляд на проснувшегося Антона, проскользнула в ванную.

- Я у родителей.- сухо продолжил Денис – Ушёл, потому что не могу там находиться. Не могу слышать вас и ваши вздохи.

- Не говори ерунды… - всхлипнула я.

- Для тебя это ерунда, а я не могу…

- Ты, правда, в порядке? Окна завесил?

- Уймись, я ведь ещё жив! Всё, не истерии… вернусь ночью.

- Я приеду за тобой! – выпалила я – Не смей высовываться из дома, понял?

Парень фыркнул и повесил трубку, а меня ещё трясло минут пятнадцать, пока Антон не постучал в дверь и не заставил меня опомниться и выйти к нему.

Позже вечером, я не могла найти себе места, Денис не отвечал ни на звонки, ни на см-с и это просто сводила меня с ума.

- Он не глупый пацан, Аня, перестань это хождение по комнате… - сказал Антон раздражённо, усаживаясь на диван. Мне, безусловно, было стыдно перед ним за то, что я так переживаю за другого, но я не могла ничего поделать с этим чувством паники… хотелось грызть ногти, метаться туда-сюда по дому и орать от негодования! Несносный мальчишка снова меня изводил и при этом, похоже, совершенно не маялся угрызением совести.

- Прости… - остановилась я у окна, в котором никак не исчезал маленький золотистый диск солнца.

- Не извиняйся, я чувствую себя полным придурком… – голос Антона дрогнул – Это не шутки и не по твоей прихоти, я понимаю разумом, но сердцем сгораю от ревности.

Я обернулась к любимому, в глазах которого была безутешная боль и страх, вспыхнувший с новой силой. Этот страх я видела вчера, чувствовала его вчера в его прикосновениях ко мне дрожащими руками, в его голосе, в его словах и просьбах не оставлять его…

Антон опустил голову… мышцы на руках напряглись, вены на них вздулись, челюсти были крепко сжаты, а на лбу проступили капельки пота.