Илона Эндрюс - Пылай для меня (ЛП)

— Помогите!

Между машин выглянул пожилой, седовласый мужчина в очках с проволочной оправой. На его румяном лице застыло недоумение. Он был одет в темные брюки, белую рубашку и темный галстук с узором из красных и золотистых цветов. В правой руке он держал кофейный стаканчик из «Старбакс».

— Вы в порядке? — Он направился ко мне.

Должно быть, ему уже было за шестьдесят. Почему мне не мог подвернуться добрый самаритянин помоложе?

— Здесь небезопасно! — замахала я ему. — Уходите отсюда!

— Что происходит?

— Уходите…

Мужчина выплеснул в меня содержимое стаканчика. Отражая солнце, блеснул шар из свернутой медной проволоки, и угодил мне прямо в грудь. Проволочные нити выстрелили из клубка, опутывая мои руки, ноги и горло, а затем сбили меня с ног, утягивая в сторону между машин. Проволока оплелась вокруг велосипедного багажника на внедорожнике и растянула мои руки. Я повисла между внедорожником и маленьким деревом, растущим на разделительной полосе, едва касаясь носками земли. Проволочная петля вокруг шеи затянулась, лишая воздуха.

Старик прошел между машин и провода из его стакана натянулись.

— Ш-ш-ш, — прошипел он. — Не дергайся, а то будет хуже.

Старик коснулся рукой левого уха. Передатчик. Я не увидела его раньше из-за скрывавших его волос. Дура, дура, дура.

— Она у меня. — Он убрал руку от уха и посмотрел на меня. — Отдай мне пистолет.

Я дернулась, пытаясь глотнуть воздуха. Он не получит от меня пистолета. Ему придется его забрать.

— Ну же. — Старик подставил руку под мой правый кулак. — Просто отпусти. Будь хорошей девочкой.

И не подумаю.

Старик сжал стаканчик и провода натянулись, врезаясь мне в горло. Я попыталась закричать, но вместо этого лишь хрипло засипела.

— Не хочешь по-хорошему? Ладно. — Он встал на цыпочки, потянувшись, и его рука сомкнулась на рукояти «Кахра».

Я выронила пистолет и вцепилась пальцами в его запястье. Боль раскатилась по моему плечу, и я позволила ей перерасти в агонию. Старика пронзила молния и он выгнулся назад, оцепенев. Его глаза закатились, изо рта запузырилась пена. Я отпустила, и он упал на колени, повалившись лицом вниз на тротуар.

Проволока опала. Я шлепнулась на землю, вцепилась ногтями за металлическую петлю на шее и распустила ее. Воздух. Милый воздух. На моих пальцах остались ярко-красные пятна. Моя кровь. Должно быть, проволока меня порезала.

Нужно пошевеливаться. Остальные на подходе. Я подняла глаза.

На меня летел по воздуху серебристый седан. Я видела его предельно ясно, каждую мельчайшую деталь, словно смотрела на огромное цифровое изображение: продолговатые фары, тонированные стекла, блестящий капот, крыша машины, когда она повернулась, прежде чем рухнуть на меня. Нет времени бежать. Слишком поздно.

Я труп.

Я инстинктивно закрылась руками.

Седан замер в шести дюймах от моих пальцев. Он заскрипел, металл изогнулся, и машина взмыла вверх и назад, открывая Чокнутого Рогана. Он был просто невероятно, чертовски зол.

Машина перелетела через него, целясь в нападающих. Женщина в сарафане попыталась уклониться от седана, но тот врезался в нее, сбивая ее с ног.

Я стянула остатки проволоки с лодыжек и запястий, и вскочила на ноги.

Седан подскочил на теле женщины, заскрежетал, развернулся, царапая асфальт, и врезался в более высокого мужчину. Тот рухнул и седан переехал его, расплющивая в лепешку. Машина подскочила и полетела в третьего мужчину, который был одет в темно-синюю футболку. Мужчина подпрыгнул, словно у него были крылья, и оказался на крыше седана, стоя на одной ноге и идеально сохраняя равновесие.

— Ты в порядке? — спросил Роган.

— Жить буду, — прохрипела я и схватила свой пистолет.

Седан взлетел на шесть футов в воздух, вращаясь. Мужчина пробежал по вращающейся машине, как дровосек на соревнованиях по перекатыванию бревен, спрыгнул на ряд припаркованных машин и ринулся на нас, пробегая по машинам, словно по твердой земле.

Я прицелилась в него и нажала на курок. Ветровое стекло белого грузовика справа треснуло. Пуля угодила прямиком в мага и срикошетила в стекло. Прекрасно.

— Маг ветра.

Безумный Роган сложил руки вместе, и резко развел их в стороны. Два капота слетели с ближайших машин и полетели в мага. Аэрокинетик с легкостью увернулся, грациозно, как танцор балета, и взлетел в воздух. Чокнутый Роган бросился вправо. Рядом со мной в асфальте появилась дыра в полфута длиной. Вторая дыра прорезала тротуар на два дюйма ближе к ногам Рогана. Охренеть.

Капоты устремились к нам, закрыв нас, словно щиты.

Любой небольшой объект отскочит от мага ветра. Любой более тяжелый будет слишком медленным, чтобы его сбить. Уловка 22. («Уловка 22», 1961 — название романа американского писателя Джозефа Хеллера. Стало идиомой, обозначающей парадоксальную ситуацию.)

Чокнутый Роган протянул мне мел.

— Нарисуй вокруг меня усилительный круг.

Я взяла мел. Усилительный круг был магической «скорой помощью». Меньший круг вокруг ног мага, больший круг вокруг него, три набора рун. Просто я никогда не пробовала рисовать его на асфальте, пока воздушный маг швырялся в нас невидимыми воздушными лезвиями.

Капот прямо напротив Рогана со скрежетом разлетелся, и на груди Рогана выступила ярко-красная полоса. Он поморщился. Капоты закружились вокруг нас, все быстрее и быстрее.

Я покончила с меньшим кругом. Он был не идеальным, но хотя бы круглым.

Что-то застучало по капотам, напоминая град. Маг не мог нас видеть, но и мы тоже его не видели.

Я закончила второй круг.

Еще один град из лезвий, в этот раз справа. Аэрокинетик взял нас на мушку.

Я вывела руны.

— Готово.

Легкая меловая дымка взвилась от линий в воздух. Роган напрягся, мускулы на его руках вздулись. На шее забилась жилка.

Крышки капотов продолжили вращаться. На месте воздушного мага, я бы попыталась достать нас сверху…

Я подняла глаза. В небе над нами парила грациозная фигура.

— Вверху! — крикнула я.

Аэрокинетик развел руки. Мы были перед ним как на ладони.

Здоровенный автобус врезался в воздушного мага. Я заметила его краем глаза, распластавшегося на ветровом стекле автобуса словно жук, с дико вытаращенными глазами. Автобус рухнул на тротуар напротив «Галереи», на три фута пробив асфальт, и так и остался торчать над землей.

Чокнутый Роган улыбнулся как шкодливый кот, только что удачно стащивший что-то со стола.

— Воздушные маги. Вечно выделываются, пока не двинешь их чем-то тяжелым.

Я уставилась на автобус, как идиотка, застыв с мелом в руках. Автомобильная шина была тяжелой. Он же швырнул гребаный автобус.