Соня Сэнь - Кошки не плачут

Он покрывал поцелуями мои губы, глаза, волосы, шею и грудь, вертел меня, как куклу, грубо и в то же время осторожно — Вик так со мной никогда себя не вел! Боже, ясно теперь, почему Рэй так сходила с ума по Люцию…

Глаза мои были закрыты, но я чувствовала дыхание вампира на своей шее, там, где неистово билась в вене кипящая кровь. Я знала, что сейчас могло произойти, но почему-то меня это совсем не волновало — как тогда, с Лолли, в подвале. Лолли, правда, пустил в ход свои чары. А Люций? Он меня очаровал или моя страсть к нему была настоящей?

Он на секунду замер, словно в нерешительности, и тогда я сама привлекла его к себе, наклонила голову к своей шее. Он как-то сдавленно зарычал и запустил пальцы в мои волосы, так, что мне стало больно. Клыки его коснулись моей кожи двумя раскаленными иглами…

— Господин?! — разорвал вдруг шум в моих ушах громкий потрясенный голос.

Кровавая пелена перед глазами лопнула, как мыльный пузырь. Отрезвление рухнуло на голову подобно ведру ледяной воды, заставив вскочить в постели и судорожно запахнуть на груди обрывки платья. Что-то горячее побежало по шее за ворот — я не сразу осознала, что это была моя собственная кровь.

Люций уже стоял у камина, и перемещения этого я, конечно, даже не заметила. Обычный вампирский трюк! Губы у него чуть припухли, глаза были злые и блестящие, а в уголке рта алела кровь… моя кровь!

В дверях застыл Эжен, белый, как лист бумаги.

— П-прощения прошу, мой лорд, — заикаясь, выдавил он, — пришла ваша сестра и требует, чтобы я вас позвал. Вы выйдете?

— Да. Проводи ее, — небрежный кивок в мою сторону, — через черный ход. Да позаботься, чтобы Урсула ее не заметила.

С этими словами он поправил на груди рубашку, с которой я в пылу страсти сорвала пару пуговиц, и быстро вышел из комнаты. Эжен закрыл за ним дверь и уставился на меня пораженным взглядом.

— Отвернись, — буркнула я, сползая на пол.

Он повиновался. Я застегивала на себе пальтецо и молча глотала хлынувшие из глаз слезы. Кошка, Кошка, ну за что тебе все это…

… Пошатываясь, я брела вдоль центральной улицы, когда в кармане вдруг ожил мобильник.

— Кошка, — рявкнул мне в ухо злой голос Арка, — немедленно езжай домой, где бы ты ни была, и не высовывайся! Объявился наш оборотень.

— Ну и что? — равнодушно спросила я.

— Дело в том, что убийство произошло на Кленовом Бульваре, недалеко от Университета. Жертва — худенькая рыжеволосая девушка, твоя ровесница…

— Ну и?

— Что — «и», Кошка?! Она на тебя чертовски похожа!

Глава 14

— Где ты был вчера вечером, я тебя спрашиваю?! Ты обещал заехать за мной к восьми! Я звонила тебе на мобильник — он был отключен! Где тебя черти носили?! — орала я, чуть ли не топая ногами от обуревавших меня эмоций.

Мы были у Вика дома — я заехала к нему сразу после занятий. Бросив один только взгляд на мое лицо, полукровка выпроводил из кухни сестру, запер дверь… и началось! Не помню, чтобы я когда-нибудь так кричала на него. Я носилась взад-вперед, словно фурия, размахивала руками и даже сделала попытку разбить чашку с кофе, которую он мне предложил — увы, она оказалась сделанной из термопластмассы.

Вик сидел на табурете — взъерошенный, сонный, полуголый — и таращился на меня со смесью раскаяния и удивления.

Впрочем, на меня в тот день невозможно было не таращиться: после бессонной, полной тяжких раздумий ночи выглядела я немногим лучше привидения. Лицо мучнисто-белое, волосы всклокочены, руки дрожат… Увидев меня, даже безжалостный «мозгоед» — профессор Даркес как-то странно крякнул и осведомился, не беременна ли я. Однокурсники (а в особенности, однокурсницы) долго гоготали, едва не сорвав семинар…

Если на свете существовал ад, то люди создали его сами. Так думала я, стоя глубокой ночью в ванной у зеркала и рассматривая чуть припухший след от клыков Люция на своей шее. Зачем, ну зачем я это сделала? Позволила ему себя укусить (да что там — сама подставила шею!), целовалась с ним, чуть ли не… впрочем, тут же заверяла я себя, ничего другого я бы ему не позволила. Во всем виновато это вино — никогда больше не буду пить на пустой желудок! Может, вампир что-то подсыпал в мой бокал? Вряд ли. Мне показалось, он сам был ошеломлен таким развитием событий…

Думала я и о Вике, мучаясь от смешанного чувства гнева и вины. Гнева — из-за истории, которую поведал мне Младший Лорд; вины — из-за моей едва не состоявшейся измены любимому человеку… точнее, любимому вервольфу. Теперь сомнений в этом не оставалось. Люцию я поверила сразу и безоговорочно — быть может, потому, что сама давно подозревала что-то подобное. Правда оказалась страшной…

Выходит, мой парень, не чающий во мне души, парень, в которого я без памяти влюблена — жестокий убийца, хищник, зверь? В его чувствах ко мне я была абсолютно уверена — просто знала, что он действительно меня любит, и все. И, конечно, он не мог мне рассказать всей правды — боялся потерять. Или, быть может, опасался, что я выдам его Карателям?

Поразительно, но происшествие с Люцием волновало меня намного больше, чем тайна Вика. Мой парень оказался оборотнем, безжалостно убивавшим ни в чем не повинных людей, а меня сводили с ума воспоминания о губах и руках Люция, о запахе его тела и клыках на моей шее…

Как такое могло произойти?! Мы — злейшие враги, люто ненавидящие друг друга; еще недавно я мечтала о мучительной смерти Младшего Лорда! А он? При виде меня его так и переполняла ярость! Что же изменилось? Почему?

Стоило мне на миг закрыть глаза, и я снова видела его — лениво развалившимся в кресле, с багровыми всполохами огня в волосах, с глазами, из которых на меня смотрела бездна, полная крови и обещания… Какой у его был разбойничий, пиратский вид, как притягательно белела его гладкая, рельефная грудь в прорези вишневого шелка! И как странно и сладко было смотреть на своего врага снизу вверх, из кольца его сильных рук, ощущать собственную беспомощность — но на этот раз всем сердцем желать ее… Никто никогда не целовал и вряд ли когда-нибудь будет целовать меня так, как он. От этих поцелуев делалось страшно и весело, тело наполнялось огнем, а голова — туманом. Разве так бывает? У людей — вряд ли…

Когда он меня укусил, я думала, что умру от счастья. Я, Шеба Дикая Кошка, борец с вампирами, ярая ненавистница нелюдей!

Да… Встречаюсь с вервольфом и едва не переспала с вампиром. Мило.

— Слушай, Вик, — я, наконец, плюхнулась на табурет и устало потерла виски ладонями, — вчера между десятью и одиннадцатью ночи оборотень убил студентку на Кленовом Бульваре. Арк сказал, девчонка очень на меня похожа. Тебя в это время я нигде не могла найти. И какие напрашиваются выводы?