Хозяйка гиблых земель - София Руд

class="p1">– Помогите! Помогите! – кичу, сама не знаю, кому. Люди спешат, окружают, тут же находится лекарь. Но чем дольше я на него смотрю, чем дольше смотрю на Янгу, тем четче понимаю…

Нет!

– Не дышит… Поздно…

Выдает свой вердикт лекарь, но я не согласна.

– Очнись, слышишь? – отталкиваю бесполезных, прижимаю ладони к груди Дарена, где успела оьразоваться огромная рана. Кровь уже не идет…. Он, правда, не дышит!

– Не смей умирать! – кричу что ни попадя, будто бы это поможет. Будто заставит его очнуться. – Ты же обещал помочь восстановить земли! Обещал!

Но нет… Глаза Дарена закрыты, тело холодеет на глазах, а проклятые черные искры…

Это нечестно! Несправедливо!

Не поможет медицина, магия должна помочь!

– Я Хельм… я зову на помощь духов…

Тишина…

– Я Хельм!… Я… зову… на помощь духов!

Он все холоднее.

Но я же Хельм!

Духи, спасите его… молю!!!

– Элиза… Элиза, хватит, – приговором звучат слова Янги… Небо расходится громом, проливая капли. Будто плача, все сильнее и сильнее… Будто похоронный этот ливень… Бьет по лицу холодом, смывая горячие слезы, мочит одежду, гонит прочь, а я не ухожу…

А я не верю, не могу… не хочу… без него не хочу! Я – ХЕЛЬМ! И я без него не уйду!

Глава 54. Цветущие Земли Аффиса

Второе мое лето в Аффисе. Гиблыми эти земли назвать уже нельзя. Цветущий край, наполненный счастливыми голосами людей и запахом цветов и трав.

Даже сам город преобразился, стоило только наладить торговлю со столицей. Гости приезжают не только за синюхой и нашим урожаем – их привлекают местные ярмарки, где теперь продают отличные травяные сборы и чаи.

Некоторые даже остаются насовсем, строят дома в новом районе. А на месте старой площади теперь разбит парк с памятником примирения – две фигуры, дракон и ведьма, протягивают друг другу руки…

Стоит только впомнить тот день, серце сжимается. Сразу же смаргиваю и пытаюсь отвлечься разглядыванием домов. К слову, серый цвет ушел с фасадов зданий, они теперь в большинстве своем желтых, зеленых и других радостных цветов. Этот унылый цвет покинул и одежду, даже фасоны платьев стали удобнее. Радует, что от корсетов местных красавиц удалось отговорить.

Впрочем, и уговаривать долго не пришлось.

– Ты же у нас законодатель моды, – фыркает Крок, сидя у меня на плече, пока я прогуливаюсь по улочке с ним на плече.

– А ты где-нибудь видел, чтобы местные леди носили вместо муфты крокодила? – подкалываю его.

Он ведь, наконец-то, отрастил свой хвост, а после и обрел свою форму. И, скажу честно, первые два дня выглядел немного пугающее, но потом как-то свыклась.

– Я, вообще-то, и котом быть могу. Но кое-кто попросил тб оберать, поэтому, леди, пока вы гуляете одна, я лучше поклацаю крокодильими зубками, чем кошачьими!

– Было бы от кого меня тут защищать, – смеюсь в ответ.

– От табуна женихов, леди Хельм. Они – самые опасные! Даже со столицы все прутся и прутся! – дельно заверяет Крок, а мы как раз неспешно подходим к нашим землям.

Зеленые поля раскинулись до самого горизонта. Между аккуратными грядками пролегли мощёные дорожки, вдоль которых установлены изящные беседки для отдыха работников.

Новые теплицы сверкают стеклом на солнце – в них выращивают редкие сорта лечебных трав.

– Доброе утро, леди Хельм! – Нита спешит навстречу, оставив на пару минут незнакомку с блокнотом. – У нас гости и столичного вестника.

– Отлично! Пусть Мигей тоже проведёт для них экскурсию по полям, – киваю я, глядя, как вдалеке главный агроном показывает работникам правильную технику.

Особняк Хельмов тоже не узнать. Серые стены преобразились в теплый песочный цвет, большие окна сверкают новыми стёклами.

Вдоль фасада вьётся глициния, роняя сиреневые цветы на мраморные ступени. В холле теперь висят старинные портреты предков, которые удалось нарисовать благодаря помощи предков и зеркалу Хельмов.

Среди них и портрет Агаты – она смотрит строго, но в уголках губ прячется улыбка. Надеюсь, ее дух простит потомков за все, что они совершили…

Старинная мебель красного дерева заняла свои места, библиотека пополнилась редкими фолиантами. В бывшей детской – теперь моя библиотека, увитая комнатными растениями. А в саду…

О, сад стал настоящим чудом! Извилистые тропинки, увитые розами беседки, фонтан с резвящимися в нем золотыми рыбками. И конечно, любимый уголок Янги с красным зонтиком.

Она все также занимается гаданием, правда с той лавки переехала в наш отремонтированный особняк и обустроила один из залов под целые магические сеансы, с которыми ей с удовольствием помогает вернувший свою силу Крок.

– И мне за это, вообще-то, не платят, – не упускает шанса напомнить он, и я тут же блокирую мысли.

А что? Пришлось научиться, чтобы он перестал уже копаться в моей голове.

– Все, охранник, иди отдыхай, – говорю кожаному, и он прямо в прыжке обращается в кота и, повиливая шерстяной пышной попой, идет к Янге, уснувшей вместе с книгой в руках под тенью красного зонтика.

Я же хочу проверить, как обстоят дела с новым урожаем позади самого особняка. Не зря же Крок просил меня поторопиться и бросить дела в лавке с синюхой.

Выныриваю а тут цветов больше обычного. Не просто на клумбах цветут, а стоят в дюжине ваз. Да и не какие-нибудь кустарные, а столичные самые дорогие алые розы! Откуда?!

– Нравится, леди Хельм? – раздается за спиной родной голос.

Тут же оборачиваюсь, и сердце пропускает удар. Полдня Дарена не видела, а так соскучилась, будто на месяц расстались.

– Господин мэр, разве вы не должны быть сейчас в администрации? День рабочий еще не закончился, – не упускаю возможности немного с ним позаигрывать и касаюсь пальцами вышивки главы клана Сурэлов на его камзоле.

Он тут же перехватывает мои пальцы и подтягивает к себе так близко, что сердце делает кульбит, а затем и вовсе забывает, как биться.

– Мне доложили, что приезжие ходят в вашу лавку уже не только за синюхой, но и чтобы на леди Хельм посмотреть. Пришлось ускориться, чтобы самому не нарушить закон, – выдает он мне, глядя в глаза так проникновенно, что половину слов почти не слышу.

Зато замечаю, как Дарен достает алую коробочку. Крышка открывается, показывая самое красивое кольцо на свете. Белое золото и мерцающий десятками оттенков алмаз.

– Что это, господин Сурэл? – дельно спрашиваю, хотя уже, конечно, догадалась. – Не шутите, а то люди подумают, что я вас околдовала.

– А я разве когда-нибудь был против? – подмигивает он.

– Вы, вообще-то, уверяли, что не чуете во мне ведьму!

– Леди Хельм, я никогда не чуял в вас ведьму,