Попасть в сказку и не выйти замуж? Книга 4 - Инга Ветреная

— Обычно молитвы богам отправляются в коленопреклоненной позе! — Янина не смогла упустить возможности съязвить.

— Что? Мы на колени?! Перед какой-то богиней? — взъерепенилась Кунегунда.

— Унижаться перед ней?! Была нужда! — заносчиво вскинула головку Войцеха.

— Нужда не «была», а «есть»! С пятачками и хоботками! А ну, бухайтесь на колени! — зло шипела на матрешек баба Яга.

— Ни за что! — уперлись девицы.

— Приворотное зелье отберу! — перешла на угрозы Янина.

— Отдам на растерзание твоим же подружкам, рассказав, что это вы нас заставили на озеро лететь и в этом циркусе учувствовать! — пыталась нащупать новые болевые точки для манипуляций у упертых куриц баба Яга.

Матрешки, скрипя суставами, и, тихонько, вымученно застонав, таки приняли оговоренную позу.

— О, великая богиня Сарасвати, прости нас! — подала первую реплику в озерном спектакле Кунегунда.

— Мы на такое не подписывались! — послышался возмущенный возглас из правой колонны.

— Что тут за балаган творится? — поддержал его крик из левой.

Со всех сторон послышался недовольный шепоток. Ряды матрешек были охвачены сомнениями, назревала смута. Войцеха и Кунегунда стоически остались на коленях, олицетворяя собой первых мучениц богини Сарасвати!

Подскочив к первой попавшейся чадре и схватив ее за плечи, я громко и категорично спросила, чтобы услышала каждая запелёнатая коза, пасущаяся на берегу этого озера изумительной красоты:

— А ты замуж хочешь? А любовника, в тайне от мужа завести? А мстить мужу с любовником, за то, что супруг тебя не ценит? А мстить любовнику с мужем, за то, что он недостаточно щедр? А, обидевшись на них обоих, поквитаться со своими мужчинами в объятьях второго любовника?

Матрешки разом бухнулись на коленки, и словно зачарованные вознесли руки к воде и, раскачиваясь, как в трансе из стороны в сторону, начали взывать к Сарасвати:

— Прости нас, великая богиня! Умоляем, прости!

— Маша, что за бред ты опять несла? — снова изумилась баба Яга.

— Оставь ее, — шикнула на сестру Янина. — Бред — не бред, но работает!

Девчонки колыхались целый час, коллективные стенания переливами разносились над озером, но никакого эффекта это не давало, богиня оставалась в полной несознанке, и на глаза нам являться отказывалась напрочь.

— У кого еще какие идеи есть? Не стесняйтесь! Реализовывайте! Пока нас всех коллективно не притопили! — торопила я соратниц.

Курочки в кляре уже начали на нас недобро коситься, и я попой чувствовала, что мои прогнозы вот-вот начнутся реализовываться в жизнь. И тут матрешки замолчали, опустив руки.

— Ах, ты лахудра мстительная! Хворь бесчувственная! Зараза обидчивая! — открыла новый акт нашего спектакля баба Яга. — Мальчик тебя всей душой любил, можно сказать боготворил, а ты вместо того, чтобы уберечь его от вражины, спасти от людской зависти, в камень бездушный превратила. А еще богиней зовешься! На кой тебе дана такая силища, если ты своих любимых оградить от беды не можешь?! Сама ты во всем виновата! И вместо того, чтобы исправить ситуацию, над таким молодцем пятьсот лет издеваешься, бестолочь ты божественная! Нет тебе прощения! Пятьсот лет мучаешься и еще столько же мучиться будешь, курица ты пустоголовая! Да какая из тебя богиня, если какая-то Агнешка тебя вокруг пальца обвела?! Эта дрянь уже давным-давно померла и упокоилась, а ты себе жилы рвешь, так еще и Кшиштова мучаешь, почем зря! И что он только в тебе нашел, если все еще тебя любит искренне, да так сильно, что готов безропотно терпеть твое несправедливое наказание?!

Ну, все, нам хана! Если меня царь-батюшка не выпорол, русалки не притопили, Кощей до смерти не запугал, так богиня этой живописной лужи точно где-нибудь неподалеку, на бережку прикопает! Жаль, а я только-только поверила в счастливый финал нашего безнадежного дела.

В центре озера взмыл ввысь огромный фонтан, поверхность воды пошла рябью и вспенилась. И из самого эпицентра водного аттракциона вышла прекраснейшая из женщин — богиня Сарасвати. Ее красота поразила всех матрешек, и над озером прозвучал дружный восхищенный «ах». Восторженные возгласы богине явно польстили, но после страстной речи бабы Яги это ее не сильно смягчило.

— О, великая богиня Сарасвати, благодарим тебя, за то, что явила нам свой прекраснейший лик! — прокричала я, как можно торжественней.

Со всех сторон меня поддержали матрешки, протянув руки к богине, они вновь заколыхались и начали петь:

— Благодарим! Прекраснейший лик!

Богиня дернулась, явно не ожидая с нашей стороны такого торжественного приема. Но быстро натянула на себя неприступный образ, слевитировав прямо к бабе Яге, прошипела:

— ТЫ!!!

— Я!!! — храбро заявила старушка, воинственно поправив бусики на сухонькой груди. — Смотрю, нет у тебя ни стыда, ни совести! Пятьсот лет хлопца в каменной консервации держишь! Если самой не нужён, так отпусти молодца с миром! Может, другой приглянется, да и пригодится! Али сама не «ам», и другим не дам?!!

Прекрасное личико Сарасвати пошло пятнами, богиня начала натурально задыхаться от возмущения.

— Что пых-пых? Излагай ясно и логично свои мысли! Наделала делов, имей смелость их хотя бы объяснить, не то, что признать! — старательно отчитывала божественную деву старая перечница.

— Они, они меня обидели… — разревелась, не выдержав воспитательного процесса бабы Яги, несчастная богиня.

И тут Янина, махнув рукой, отрезала нас от матрешек, поместив в какую-то маленькую комнату с диванчиками, закусочками и бутылочками рубинового винца. Если рассматривать ситуацию объективно, то молодая зараза права, жаловаться на парня-козла и подругу-стерву лучше всего именно в такой обстановке. Янина, можно сказать, впервые за пятьсот лет создала для отдельно взятой богини лучшие условия для общения с назойливыми людьми.

Мы нежно, но крепко обняли девичий божественный стан с двух сторон и усадили на мягкий диванчик, вручили бокальчик вина, настояли и проследили, чтобы он был непременно выпит, затем снова налили и снова настояли, пока не убедились, что степень осоловелости божественных глаз достаточна для проведения столь важных для нас переговоров.

— Она специально мой образ приняла, чтобы Кшиштова соблазнить, — плакалась богиня.

— Это ж, на какие крайние меры ей пришлось пойти, чтобы к нему подобраться?! Это ж, сколько он от Агнешки-змеи отбивался и был стоек в любви к тебе?! — артистично восхищалась молодуха.

— Так это означает, что тебе он не изменял! Ведь ночь любви Кшиштов провел с тобой! — радостно сделала удивительные, но выгодные для нас выводы баба Яга.

— Не провел! — упорствовала озерная богиня.

— Это ТЫ с ним ночь не провела! — тут же поправила богиню наша румяная вредина. — А Кшиштов любил той ночью именно ТЕБЯ, а не Агнешку! И слова ласковые шептал он именно ТЕБЕ!

— Представляешь, как больно было той дурехе осознавать, что находившийся рядом с ней молодец любит другую, шепчет другой,