Бесстрашие - Кристин Смит

в одну сторону, а второй — в другую. Наш путь свободен, если только они не обернутся.

Мы с Сиенной бежим ко входу — к железной двери без ручки. Честно говоря, я никогда не пользовался этим входом, так что понятия не имею, чего ждать. Но Сиенна ведёт себя так уверенно, будто она у себя дома.

— Так, Чез, мы на месте.

Мгновение спустя Чез отвечает:

— Вход открыт.

И в замке слышится щелчок.

Как только мы оказываемся внутри, Сиенна кладёт ладонь мне на грудь, останавливая. Мои мышцы невольно напрягаются под её рукой. Она вскидывает бровь, уголок губ дёргается вверх.

— Прости, — шёпотом произношу я.

Едва сдерживая смех, она достаёт из рюкзака детскую присыпку.

— Напомни, пожалуйста, почему Чез держит дома детскую присыпку? — удивляюсь я.

На этот раз у неё всё-таки вырывается смешок.

— Вроде бы помогает при раздражении кожи.

Она бросает горсть на пол перед собой. Поначалу до меня не доходит, какого чёрта она делает, но затем я замечаю очертания невидимых лазерных лучей.

— Так вот зачем тебе нужна была эта присыпка.

Она улыбается и кивает, но не отвечает. Возможно, мне тоже стоит заткнуться. Сиенна закрывает глаза, делает глубокий вдох. А когда вновь их открывает, на её лице написана решимость, какой я ещё не видел.

— Подержи, пожалуйста, — говорит она, протягивая мне свой рюкзак.

Закидываю на плечо, пока Сиенна несколько раз приподнимается на носочках. Она разминается. Разминается.

Она уже собирается шагнуть вперёд, к лазерам, но я хватаю её за руку. Она останавливается и оборачивается, удивлённая.

— Пожалуйста, будь осторожна, — шепчу я.

Черты её лица смягчаются. Она встаёт на цыпочки, чтобы поцеловать меня в щёку.

— Я справлюсь, — говорит она мне в ухо.

Я понимаю, что она выбрала другого, но я не могу выключить свои чувства. Я хочу прикасаться к ней, обнимать. Мои руки живут своей жизнью: они убирают выпавшую прядку за ушко и ласково проводят по щеке.

— Я всё равно переживаю за тебя.

— С тобой и Треем я удивлена, что меня ещё не заперли в мягкой палате, — дразнит она. Но тут же принимает серьёзный вид. — Я справлюсь. Правда. Просто позволь мне сделать то, что у меня хорошо получается.

С этими словами она отворачивается, поставив точку в разговоре.

Отступаю назад, чтобы дать ей больше пространства для манёвра. Она перескакивает первые два луча. Следующие она проходит, двигаясь как гимнастка: наклоняясь, разворачиваясь, изгибаясь. Почти касается пола спиной, пролезая в самом сложном месте. Её движения легки и изящны, я смотрю на неё как загипнотизированный. Понятия не имел, что её тело способно так двигаться.

Когда она добирается до противоположной стороны, она одаривает меня торжествующей улыбкой и бросается к панели управления на стене.

— Итак, Чез, как отключить лазеры?

Голос Чеза раздаётся и в моём наушнике тоже. Он инструктирует её: надо отрезать синий провод, не задев красный и чёрный. Через пару секунд лазеры и исчезают, и Сиенна закрывает панель управления.

— Путь свободен, — объявляет она.

Я спокойно прохожу к ней. Перед нами лестница.

— На каком этаже? — спрашивает меня Сиенна.

— На третьем.

Мы бежим по лестнице, перескакивая ступеньки. На третьем этаже я тяну дверь на себя, открывая, и проверяю коридор. Здесь не должно быть никого, максимум один или два ночных охранника, совершающих очередной обход, но мало ли.

— Чисто.

Сиенна проходит за мной в лабораторию слева. В ту самую, куда отец приводил меня ещё недавно. Свет всё ещё горит, словно кто-то работает здесь по ночам, но в помещении пусто. Я иду прямиком к корпусу из нержавеющей стали, похожему на холодильник средних размеров. Открываю его, изнутри выходит водяной пар. Нахожу пять склянок с надписью Re0Gene 2.0, беру все, заворачиваю в старую футболку и складываю в рюкзак Сиенны.

— Нам ещё нужно найти запись формулы, которую они использовали для создания сыворотки.

Сам осматриваю лабораторию, взгляд останавливается на ближайшем компьютере. Было бы слишком просто, если бы формула хранилась на чём-то столь очевидном и легко взламываемом, как компьютер. А зная отца и его паранойю, я склонен полагать, что запись формулы заперта в каком-нибудь сейфе.

Но точно не в его кабинете, я уверен, только не после прошлого взлома. Он наверняка выбрал другое место, менее подозрительное.

— Сейчас вернусь, — говорю Сиенне. — Никуда не уходи.

Выбегаю в коридор, пока она не успела возразить. Давным-давно, когда я ещё был ребёнком, я заметил серый металлический ящик на стене рядом с фонтанчиком с питьевой водой. Помню, как однажды отец говорил мне о нём. Он назвал этот ящик сундуком с сокровищами — местом, где можно спрятать важные вещи. В то время я был увлечён Робинзоном Крузо, поэтому моя фантазия, естественно, нарисовала золото и драгоценные камни.

Но сейчас, глядя на этой ящик, я не знаю, что ждёт меня внутри. К нему нужен ключ, которого, само собой, у меня нет.

— Отойди, — говорит Сиенна, подходя со спины. — Я открою.

Никуда не уходи, называется. Мне следовало догадаться, что она не послушает.

Она достаёт что-то из волос — заколку? — и вставляет в крошечную скважину. Её лицо принимает сосредоточенный вид. Сиенна прикусывает нижнюю губу, пока возится с замком.

— По… чти… готово! — восклицает она, когда металлическая дверца открывается.

— Отличная работа, — комментирую я, невероятно впечатлённый увиденным. Хоть я и был наслышан о её навыках, увидеть это вживую — совершенное другое дело. Сиенна — это риск, опасность и совершение невозможного в маленькой красивой упаковке. Хотя сама она, скорее всего, врежет мне, если я когда-нибудь вслух назову её маленькой.

— К слову, как ты научилась всему этому? У меня закрадывается чувство, будто вместо школы ты ходила в шпионскую академию.

Сиенна смеётся.

— Не совсем. После смерти отца я бросила школу и устроилась на работу к Дьяволу. Его приспешники, одного из которых звали Виктор, тренировали меня. — Она пожимает плечами. — Оказалось, у меня врождённый талант. Ну, или я просто