Линси Сэндс - Вампир: украденная жизнь

Кристиан заколебался и вопросительно взглянул на Маргарет.

— Я не возражаю, — заверила она.

Кивнув, Кристиан повернулся к двери:

— Тогда через полчаса. Я зайду за вами обоими через полчаса, и мы отправимся на экскурсию.

— А портрет? — поинтересовалась она.

Кристиан заколебался, а потом покачал головой:

— Я думаю, пусть лучше его тебе покажет отец.

Маргарет понимающе кивнула.

— Пойдем, Тайни. Я провожу тебя до твоей спальни, чтобы ты смог принять душ. Сейчас я бы и сам, честно говоря, от него не отказался.

Маргарет проводила мужчин до двери и, закрыв ее за ними, пересекла комнату, направляясь к смежной со спальней ванной. Казалось очевидным, что она соединялась также и с соседней спальней. Хозяйской спальней. Вернувшись в комнату, Маргарет подошла к окну и, отдернув занавеси в сторону, выглянула во двор. Он был огромным, ухоженным и окруженным высокой стеной с колючей проволокой на самом верху, что, как надеялся Джулиус, должно остановить любого, кто захотел бы подобраться поближе, чтобы контролировать ее. Маргарет вернула шторы на место и начала нервно мерить шагами комнату.

Ей хотелось увидеть портрет. А также позвонить Мартине и Люциану. Маргарет чувствовала себя обеспокоенной, нетерпеливой и жаждущей ответов.

Решительно сжав губы, она подошла к двери своей спальни. Джулиус сказал, что она сможет увидеть портрет и сделать звонки, как только доберется сюда. Именно это она и собиралась сделать. Маргарет просто не могла ждать.

Коридор был пуст, и она крадучись выскользнула из своей комнаты. Остановившись у лестницы, Маргарет нервно осмотрелась, не желая в одиночку наткнуться на родителей или сестру Джулиуса. Никого не увидев, она немного расслабилась и стала осторожно спускаться по ступенькам.

Добравшись до первого этажа, Маргарет попыталась найти кабинет, заглядывая в каждую комнату, мимо которой проходила. Все они были пусты.

Но потом она услышала голоса из открытой двери в конце коридора. С каждым словом они становились все громче, подсказывая ей, что кто-то приближался к двери.

По ее спине пробежала тревожная дрожь.

Маргарет распахнула первую попавшуюся дверь и, скользнув внутрь, осторожно прикрыла ее за собой, мельком увидев, как Джулиус вышел из комнаты, находящейся в конце коридора. Заметил ли он ее? Маргарет надеялась, что нет, поэтому вздохнула с облегчением, что ни Джулиус, ни его родители не поймали её, пока она сновала тут без спросу. Маргарет отпустила ручку.

И повернувшись, прислонилась к стене, решив дождаться, пока коридор снова опустеет, чтобы незамедлительно направиться в свою комнату. Она не возражала, что Джулиус узнает о ее блужданиях по его дому в поисках портрета. Маргарет действительно не думала, что он рассердится. Но ей не очень-то хотелось, чтобы об этом пронюхали его родители. Их мнение о ней и так было не слишком лестным…

Мысли Маргарет оборвались, когда она обвела комнату взглядом и поняла, что это, должно быть, кабинет Джулиуса.

Она пристально посмотрела на массивный письменный стол, стоящий перед окном на противоположной стороне комнаты, и медленно выдохнула, заставив себя отойти от стены, и приблизиться к нему.

Глава 14

— Ну конечно, именно так все и было!

Джулиус и Маркус обменялись красноречивыми взглядами, когда Марция Нотте, воздев руки к небу, принялась мерить шагами библиотеку. Они знали, что ее сложно будет убедить. Она отличалась взрывным темпераментом, в противовес Никодемусу Нотте, отцу Джулиуса, который всегда сохранял спокойствие. Именно из-за непредсказуемости матери, Джулиус надеялся держать их обоих подальше от Маргарет, пока все не уладится. И уж точно не желал, чтобы родители заявились к нему домой и застали его врасплох. Джулиус всего лишь позвонил отцу, чтобы узнать, возможно ли применение воздействия «трех на одного» по отношению к бессмертному, и какие могут быть последствия. К сожалению, в этот момент родителей не было дома, и Джулиус неразумно оставил сообщение, которое настолько раздразнило любопытство отца, что тот решил приехать, дабы узнать, в чем дело.

Марция между тем с отвращением хмыкнула:

— Правда в том, что теперь ее драгоценный Жан Клод мертв, и она решила, что на безрыбье и ты сгодишься.

— Он не был ее драгоценным Жан Клодом. Они даже не являлись истинными половинками, — настаивал Джулиус, хотя и не знал, почему снова пускается в объяснения. Он уже говорил ей об этом.

— Откуда ты знаешь? — резко парировала Марция, круто развернувшись и сердито посмотрев на сына. — Ты не можешь читать ее мысли.

— Зато я могу, — встрял в перепалку Маркус, принимая на себя яростный взгляд Марции.

Все это время Никодемус молчал, являя собой полный контраст с женой. Теперь же, подойдя к ней, он обнял и прижал Марцию к себе, что, казалось, тут же ее успокоило, и, повернувшись к Маркусу, спросил:

— Ты уверен, что воспоминания Маргарет пропали?

Тот кивнул.

— Как такое возможно? — нахмурилась Марция и уточнила: — Ты уверен, что она не защищает свои мысли?

— Нет, не защищает, — покачал головой Маркус. — Я неоднократно проникал в ее сознание как в Америке, так и после прилёта в Англию. В Калифорнии я даже пробрался к ней в комнату, чтобы без помех покопаться в ее голове, когда она спала и была не в состоянии обезопасить свой разум.

Джулиус нахмурился, услышав такую новость. Маркус предпочел не упоминать этот факт по возвращении из Америки. Но прежде, чем Джулиус смог что-либо сказать, Маркус продолжил:

— У Маргарет Аржено нет никаких воспоминаний ни о ком из нас, как и вообще о том промежутке времени, — твердо заявил он. — То есть о тех двадцати годах, когда Жан Клод отсутствовал, прикинувшись погибшим. Отсюда возникает вопрос — зачем стирать воспоминания об этом периоде ее жизни, если Маргарет действительно бросила Джулиуса и вернулась к мужу?

Марция промолчала, но на ее лице появилось смущенное выражение.

— Воспоминаний нет совсем? Или же их место заняли какие-то другие? — уточнил Никодемус.

Прищурившись, Джулиус посмотрел на отца. Судя по тону, тот что-то обдумывал.

— У нее другие воспоминания о том времени — бессвязные и расплывчатые образы их с Жан Клодом путешествия по Европе. Очень смутные, — сухо прибавил Маркус. — Больше похожие на вымышленные фантазии, чем на реальный опыт.

— Ей стерли воспоминания и заменили их новыми, — задумчиво пробормотал Никодемус.

— Но для этого понадобилось бы воздействие трех на одного, — возразила мать Джулиуса. — Процесс достаточно опасный и для смертного, а для бессмертного… Нет, — она покачала головой. — Это могло убить Маргарет. Никто из бессмертных не согласился бы сотворить подобное с собратом.