Хозяйка почты на улице Роз (СИ) - Анна (Нюша) Порохня

Птицы пели. Жизнь

цвела.

Блеяли овечки.

Паствой резвою своей

Правила пастушка,

И покорно шли за ней

Козлик да телушка.

Вдруг навстречу ей -

школяр,

Юный оборванец.

У пастушки, как пожар,

На лице румянец.

Платье девушка сняла,

К школяру прижалась.

Птицы пели. Жизнь

цвела.

Стадо разбежалось.

Балрик ремонтировал старый стеллаж, Жозеф ушел с отцом в кузню, а мы с Тонией разложили краски и кисти, приготовившись рисовать на нашем рекламном щите.

Тайп Лунч как и обещал, сделал его быстро. Я даже не ожидала, что он окажется таким понятливым и схватит идею моментально. Так как сварки как таковой еще не было, кузнец использовал кузнечную сварку, которая оказалась непрерывной и однородной. В нашем штендере не было видно ни шва, ни другого вида соединения и все было одним цельным куском. Даже я, далекая от таких вещей понимала, что добиться такого хорошего результата нелегко. Тайп действительно оказался мастером высшего класса.

Когда зазвенел дверной колокольчик, я удивленно приподняла голову. Кому это непогода не помеха? В такое ненастье как говорится, хороший хозяин собаку не выгонит.

Незнакомый молодой человек в темном плаще подошел к прилавку и, сняв капюшон, поклонился:

— Добрый день. Могу ли я видеть леди Рене Браунинг?

— Да, это я, — ответила я, и мы с Тонией недоуменно переглянулись. — Кто вы?

— Я слуга лорда Вульфа Коулмана. Его первородство желает видеть вас на приеме в честь прибытия его сына, лорда Аскольда Коулмана, — отчеканил парень хорошо поставленным голосом и протянул мне конверт. — Вот приглашение. В нем вы найдете число и время, когда будет проходить прием.

— Благодарю, — я взяла конверт. — Передайте лорду, что я обязательно буду.

Слуга ушел, а я раскрыла конверт и, вытащив красивое, оформленное со вкусом приглашение, прочла его вслух:

«Уважаемая леди Браунинг. Имею честь пригласить Вас на прием в честь прибытия в наше родовое поместье моего сына лорда Аскольда Коулмана. Сие мероприятие назначено на первое июня сего года. Мы ждем Вас с компаньонкой к двадцати одному часу в нашем поместье. За Вами прибудет экипаж с охраной. С глубочайшим почтением, лорд Вульф Коулман».

— Вот это да! Неужели я попаду и туда?! — радостно подпрыгнув, воскликнула Тония, но тут же с волнением поинтересовалась: — Рене, у тебя ведь нет другой компаньонки? Только я поеду с тобой?

— Конечно, никого нет, и ты это прекрасно знаешь, — рассмеялась я. — Поедем туда вместе.

— Интересно, они всех приглашают на прием? — глаза девушки возбужденно сияли. — Это, наверное, будет бал?

— Не знаю, но скорее всего, туда будут приглашены все состоятельные люди нашего города, плюс первородные. Они же не могут не пригласить своих родственников, — я вдруг вспомнила о Фионе. — За этого Аскольда хотят выдать Фиону Коулман. Помнишь?

— Я помню, что она говорила о нем? Аскольд очень красив! — мечтательно произнесла Тония, глядя на залитое дождевыми струями окно. — Хоть бы глазком взглянуть на этого лорда-солнце!

— Лорда-солнце? — меня рассмешило такое сравнение. — И придумала тоже!

Чуть ли не Людовик — Король-Солнце…

До приема оставалось несколько дней, и нужно было подумать о нарядах. Шить я уж точно ничего не собиралась. Достаточно будет разобрать свой гардероб, в котором точно найдется приличное платье. Чего ради выпячивать себя на этом мероприятии? Мне хватило маскарада в «Рыжих болотах». Но там я хотела утереть нос выскочкам из высшего света, а тут это было незачем. Хозяйка почты на приеме высокородных господ… Интересно, зачем они вообще меня пригласили?

— Все, давай рисовать. Потом обсудим приглашение, — я спрятала его между письмами. — Подумаешь, прием… Опять скукотища и надменные взгляды первородных гостей.

Но Тония витала в облаках своих мечтаний. Ее словно магнитом тянули потомки Темных лордов, и мне бы вовремя обратить на это внимание, пресечь на корню, но я допустила оплошность, предоставив ее самой себе.

Вскоре на рекламном щите появился чудесный рисунок наковальни, рядом с которой стоял залихватский кузнец с молотом на плече. Он даже был чем-то похож на Тайпа Лунча. Тония имела талант к живописи. Внизу расположился слоган: «Кузня Браунинг. Мастерство, говорящее само за себя». Никто не пройдет мимо такой красочной рекламы! Даже потому, что она будет в новинку, ведь в городе все ограничивалось магазинными вывесками или объявлением о своих услугах в газету.

Глава 48

Гроза бушевала