Сердце камня (ЛП) - Торн Джессика

— Нет, — она отвечает чересчур резко и твёрдо. — Нам нужно выбраться отсюда. Мы должны доставить Кона в безопасное место, а затем найти способ остановить её.

Петра настроена решительно как никогда.

Стены пещер шатаются и трясутся. Кто-то кричит, слышится суматоха, когда что-то обваливается. Я лечу вместе с Ренной, прочь из пещеры с кристаллами, где она гнездилась, в место побольше. Её рёв разносится по пещерам, вибрируя от стен. Аэрон и Фавре присоединяются, их более низкие рыки сливаются в гармонии.

Тряска ослабевает, а звук падающих камешков продолжается ещё пару мгновений.

— Что это? Что происходит? — спрашиваю я.

— Кто-то использует оружие против нас, — поясняет Аэрон. Он движется, как загнанное в ловушку животное.

Тил выходит вперёд с поднятыми руками. Остальные следуют за ним, потрёпанные и нерешительные. Но только не он. Тил прекрасен. Прирождённый лидер, серьёзно. Я вижу свет в нём глазами Ренны. Не то чтобы он этого хотел. Нет, Тилу не нужно ничего, кроме свободы. Любопытно.

— Они не атакуют нас, — отмечает он. — Мы заперты здесь, а они пытаются нас вызволить.

— Или закончить то, что начали, когда забрали Кел, — предполагает его синеволосая спутница. Её глаза сверкают отвращением. Взгляд скользит по нам с Ренной, особо не задерживаясь. Я вспоминаю, что её зовут Кейда. Кейда де Лоренс.

Петра была здесь. И Арт вместе с ней. Он предал её.

От нового удара снаружи нас всех раскачивает. Люди шатаются и отступают, но мы держимся крепко. Аэрон и Фавре встают в один ряд с Ренной и мной, и мы заслоняем остальных от того, что пробивает путь к нам.

Камни обрушиваются, и к нам проникает свет. Я слышу голоса, человеческие голоса. А затем снова взрывы. Выстрелы. Теперь я отчётливо их слышу. И узнаю этот звук — мне знакома эта приглушённая музыка. Это вейрианский «Сокол».

Он парит у разрушенного входа в пещеру.

— Чисто! — кричит кто-то. — Проход расчищен!

И голос тоже хорошо мне знаком. Зендер. Мой брат.

«Сокол» отлетает немного, от работающего двигателя воздух вокруг вибрирует. Отработанный плавный рывок, разворот, и я узнаю второго пилота — Дарию. Это не может быть никто другой. Только она способна выполнить этот манёвр с таким изяществом. Я много раз пыталась повторить, но даже близко не получалось. Летательный аппарат аккуратно приземляется прямо за созданный им оползень.

Наружу из него выбираются несколько людей во главе с Зендером. Он не колеблется, не тормозит, не даёт никому обогнать его. Кто бы сомневался? Его собственная безопасность никогда его не волновала, даже если все вокруг трясутся над жизнью кронпринца. Но он как своенравная стихия, мой брат.

— Зендер! — кричу я, позабыв обо всём, когда он подходит к краю пещеры.

Он колеблется, смотрит на меня… Нет, на Ренну. Он не знает, что я внутри. И не должен знать. Он колеблется, склоняет голову.

— Маэстра Ренна, — приветствует он.

Но тут кто-то ещё выкрикивает его имя и пробегает мимо нас. Тил обхватывает руками моего брата и обнимает его, похлопывая по спине.

— Даже не сомневался, что ты выживешь, — смеётся Зендер, не спеша отстраняться.

— Всегда можешь ставить на меня, дружище. Я родился в рубашке. А вот Петра… они забрали её с собой.

Плечи Зендера напрягаются.

— А где Арт?

— Твой младший брат? — Тил качает головой и, смеясь, отворачивается. — Тебе не стоило посылать за мной шпиона, Зендер. Я бы и так рассказал тебе всё, что захочешь. Ты же знаешь.

Звучит совершенно искренне.

Том направляется прямиком к Аэрону, уже мысленно общаясь с ним. Они обмениваются между собой информацией.

— А где Бел? — внезапно спрашивает Зендер, вновь переключая моё внимание на себя. Он стоит прямо передо мной, Тил рядом с ним. — Я говорил с ней. Через этот кристалл.

Он достаёт свой сувенир из кармана куртки. Ничтожно маленький кристалльчик.

Стоит ли ему сказать? Стоит ли мне вообще говорить? Как я ему это объясню?

— Она в безопасности, — серьёзным тоном отвечает Ренна Тому. — Её телом всё ещё управляет создание, которое называет себя Копариус, но сама Бел в безопасности, — Том пересказывает её слова Зендеру, бросая на Ренну странный взгляд. Похоже, они не готовы установить связь с моим братом. Возможно, оно и к лучшему.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Где? — в его тёмных глазах полыхает злость.

— Ему не объяснишь, — говорит Фавре. — Он не поймёт.

Я не думаю, что это стоит расценивать как критику его умственных способностей.

— У нас нет на это времени, — шепчу я Ренне, надеясь, что Том не услышит. Он хмурится, но вроде ничего не замечает. — Мы должны помочь Кону. Нам надо отправиться в Лимасилл. Кон, Джондар и Петра пытаются сбежать. Им понадобится наша помощь.

Том резко разворачивается, словно упоминание Джондара подействовало как сигнал тревоги. Он внимательно смотрит на Ренну, и я начинаю подозревать, что он меня услышал. Едва ли что-то может ускользнуть от его внимания, особенно когда дело касается его мужа.

— Маэстре Аэрон, — обращается он. — Мы собираемся полететь в Лимасилл. Если мы сделаем это на вейрианском судне, то рискуем нарваться на дипломатический скандал. Но Рондет может прилетать и улетать без каких-либо проблем. По сути, не пустить вас было бы равносильно объявлению восстания. Антейм правит на этой планете с вашего благословения. Вы нужны нам, все вы.

Зендер протягивает руку к морде Ренны. Она позволяет ему — или я. Он же мой брат. Я готова доверить ему свою жизнь. И Ренна теперь тоже.

— Пожалуйста. Я должен спасти Петру.

Через всё тело Ренны проходил волна энергии, и усталость словно снимает рукой. Не в полной мере. Я чувствую, как глубоко внутри что-то осталось. Начинаю подозревать сонную болезнь. Но пока что — пускай всего лишь на время — она вновь стала сама собой. Она утыкается носом в его ладонь. От него исходит жизненная сила, энергия.

— Он особенный, как и ты, — тихо произносит Ренна. — И столь же полон любви.

Тил встаёт рядом с ним — так близко, что я замечаю доверие между ними. На Куоре они стали друзьями. Уж не знаю как, но я вижу, что их жизни переплелись. И кое-что ещё. Похоже на паутину — свет, который эхом отдаётся в каждом из них. Я моргаю — или, скорее, это делает Ренна — и присматриваюсь внимательнее.

— Это любовь к одному человеку, — говорит она. — К Петре.

Оба из них? Но мне это знакомо. Я то же самое испытываю к Кону и испытывала к Шаю. Это целая вселенная, и это действует на каждого из них так, как я даже вообразить не могла.

— О да. Она сложная и упрямая. Но кто из нас не любит Петру Кел?

Том улыбается ей.

— Тогда пойдём. Вы все с нами?

— Мы согласны, — одновременно отвечаем с Ренной.

Она расправляет крылья и взмывает в воздух. Внезапно — хотя я никогда не думала, что это возможно, но всегда об этом мечтала, — я лечу. По-настоящему лечу.

Глава 31

ПЕТРА

Мы вновь перемещаемся по дворцу как призраки. Из мастерской Кона по узким коридорам и служебным лестницам в подвал и наружу через нижние уровни садов, под террасами — таков наш план.

Пока мы бежим, во дворце горят огни и играет музыка.

— Она устроила бал, — мрачно отмечает Джондар.

Кон не оглядывается и не замедляет шаг. Опустив голову, он продолжает идти.

— Чем больше людей она соберёт, тем больше, боюсь, попадёт под влияние камня.

— Но зачем? — спрашиваю я. — Зачем ей столько последователей?

— Мне кажется, она… подпитывается от них. Становится сильнее, — он останавливается. Кто бы сомневался. Это же его народ. — Мы не можем уйти. Не можем бросить их здесь вместе с ней. Мы не можем бросить Бел. Она бы не ушла без нас.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Его стражники медлят, разрываясь между подчинением воле монарха и необходимостью защищать его. Никогда бы не подумала, как сложно им сделать выбор.

Он прав. Реально прав. Но это нам сейчас не поможет. В нём говорят эмоции, а не здравый смысл. Не стратегия.