Хозяйка Тишины (СИ) - Снегова Анна

- Мы тебя понимаем, - неожиданно мягко сказал Дункан.

- Я вообще удивлён, что ты согласилась приехать, -  поддакнул Финбар, бросив на женщину взгляд, который мне показался сочувственным.

Одна я не понимала ничего, но спрашивать не решалась.

- Каков бы он ни был, он всё же король. Хранительница Алого меча Востока не может не явиться на зов. – А потом она повернулась ко мне и вдруг специально для меня пояснила. - У меня в Оствинге остался маленький сын. Полгодика всего. Мне было нелегко его оставить, но и рисковать перемещением малыша через портал я тоже не могла.

- Ой, - я невольно расплылась в улыбке. – Это же так здорово! Ребёночек. За ним, наверное, отец пока присматривает?

Она изменилась в лице, и я поняла, что ляпнула что-то не то.

Дункан крепче обнял меня за плечи и притянул ближе.

- Её муж умер прошлой осенью.

Я вздрогнула.

- Простите, не знала! Я… была бестактна.

- Ничего, дитя, - она слабо улыбнулась. – Правда, я думала, уже все в Королевстве слышали об этом. В каждой таверне досужие зеваки за кружкой пива обсуждали, как муж Даяны Бринн получил пустяковую рану на тренировочном поединке, и на него прямо на ристалище напала Тишина. Давным-давно не случалось нападений из-за таких мелочей. Да и погода была тёплой, холода ещё не пришли.... Мы слишком расслабились. И вот... нам не повезло.

Все замолчали. Я не знала, что можно сказать. Ещё и ребёнок. Бедная. Как она держится вообще?

- Тэми из очень далёких краёв. Она не слышала, - тихо пояснил Дункан.

Даяна тряхнула головой. Сова у неё на плече беспокойно заворочалась.

- Я ещё никогда не оставляла Тибо так надолго одного. Он у меня единственный ребёнок – поздний, желанный… нежданный подарок судьбы, когда я не надеялась ни на что. Я узнала о нём уже после... уже после.

Снова образовалась неловкая пауза. Горе и радость, скорбь и надежда – вихрь эмоций этой сильной женщины, казалось, наполнил воздух маленькой комнаты, сделал его плотным, осязаемым. Ещё немного, и его можно будет рубить мечом.

Разбил молчание Финбар. Кажется, у этого здоровяка, при всей внешней грубости, было чуткое сердце.

- Да уж, торчать в этой душной дыре у меня тоже нет никакого желания. Дружище, раз ты нас сюда позвал – говори, чего надумал!

Дункан прочистил горло.

- У каждого из Крыльев по традиции есть парочка личных голубей в королевской голубятне. Предлагаю сейчас же направить шифрованные послания в свои холды и призвать вассалов готовиться к возможному походу. Пусть выступают и станут лагерем у каждого из трех порталов. Мы должны быть настороже. Никакой из вариантов развития событий не должен застать врасплох. Король, Орден, все они одновременно... При необходимости мы в течение получаса сможем привести в столицу свои войска и навести порядок. Если мальчишка сам не справится.

- Орден узна-ает, - протянул лениво Финбар, но его глаза засверкали, а широкая ладонь как бы невзначай легла на рукоять Серого меча и огладила её. – Такие приготовления не провести в тайне. А у них везде свои уши.

- Пусть узнает. Может, это удержит его от опрометчивых шагов и даст время нам во всём разобраться. Ну или подтолкнёт к более решительным действиям, и мы опять же получим шанс узнать, какого чёрта здесь всё-таки происходит.

- Смелый план. Авантюрный и немного сумасшедший. Мне нравится, - Фин хлопнул себя по колену.

- Даяна, что скажешь ты? – повернулся Дункан к повелительнице Восходного крыла.

Она сложила руки на груди, пока его слушала, а теперь задумчиво постукивала по подбородку.

- Скажу, что я опасаюсь снимать войска, пока в Оствинге остаётся мой сын. Да, пелена на границе по-прежнему на месте, и никто не попадёт в Восходное крыло без Алого меча... но мне отчего-то неспокойно. Я хочу скорее закончить дела здесь и вернуться. Вы не чувствуете, что в последнее время что-то неуловимо меняется? Тишина становится злее. Она всё чаще выходит на охоту, и не всегда ждёт холодов. Гибель моего мужа… это лишь малая часть звеньев одной цепи, уходящей куда-то во тьму. Я не вижу, кто держит конец этой цепи, вижу лишь её колебания. И то, как её постепенно вытягивают. Подталкивая нас к чему-то… Слишком долго в Оуленде был мир. Много веков, со времён Войны четырёх крыльев. Не слишком ли ты спешишь, Дункан? Не станет ли это решение камнем, что столкнёт лавину?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

- Ты предлагаешь ничего не делать, и покорно ждать, пока сделают другие? – резко ответил Дункан. - Я не стану торчать в столице в роли бесплатного пугала.

Она устало улыбнулась.

- Я предлагаю всего лишь проявлять осмотрительность и не рубить сплеча.

- Орден уже много лет ведёт свои подковёрные игры. Относится к нам, как к племенному скоту. – Дункан, кажется, начинал горячиться. - Всё больше думает о деньгах и власти, и всё меньше – о своих прямых обязанностях, ради которых, вообще-то, существует. Тишина действительно причинила очень много горя… всем нам. Простой люд по деревням не получает даже малой доли защиты – а у нас нет способа заставить колдуний оторвать свой зад от насиженных мест в городах и поработать по-настоящему. Быть может, пора, наконец, поставить Орден на место.

- Хорошо. Уговорил. Но только половину оствингского войска. Если я увижу, что ситуация действительно требует срочных мер, получишь больше, - проронила Даяна и развернулась в сторону двери.

- Ну а я всегда за хорошую заварушку, - проворчал Финн, поднимаясь тоже. – Давно не разминал кулаки. С тех самых пор, когда мы вместе с тобой гоняли пиратов с мыса Одноглазой Кукушки.

- Вот и славно, - голос Дункана смягчился, обнимавшая меня рука слегка расслабились.

На протяжении всего разговора о Тишине я молчала – хотя именно меня, пожалуй, он касался больше всего. Упрёки Ордена в бездействии, пусть и не адресовались мне, почему-то очень задевали. Но мы с Дунканом решили, что никто в столице не должен знать, что я тоже колдунья – даже повелители Крыльев. Это для Дункана я – особенный человек. А они пред лицом возможного заговора со стороны Ордена ещё подумают, чего доброго, что я – вражеская лазутчица.

И всё же отпускать Даяну, на задав один мучащий меня вопрос, тоже не хотелось. Когда ещё выпадет шанс вот так поговорить без лишних ушей?

- Простите… а можно кое-что у вас спрошу?

Дункан бросил на меня быстрый взгляд, но промолчал. Доверяет.

Даяна замерла с очевидным желанием поскорее уйти, но дружелюбно мне улыбнулась.

- Да, милая!

- Если я слишком навязчива со своими вопросами или спрашиваю что-то секретное, можете не отвечать…

- Раз ты невеста Дункана, то зная его недоверчивость и придирчивость, уверена, что тебе вполне можно доверять. Так что спрашивай – что смогу, отвечу.

Я сглотнула.

- Хорошо. Спасибо. Ваша сова… она говорящая?

Казалось, мой вопрос её не на шутку удивил. Она ожидала чего-то другого.

- Что?.. Нет, конечно! Где же ты видела говорящих сов – в детских сказках? Мне просто нравятся эти птицы. Говорят, в древности их в каждой благородной семье держали, как домашних животных. На удачу – чтоб боги смилостивились.

Она провела рукой по мягким перьям своей птицы, и та раскинула крылья, захлопала ими.

- Но я вижу, тебя что-то беспокоит. Ты хотела спросить иное. Так спрашивай!

Глаза цвета моря на рассвете смотрели внимательно. Даяна терпеливо ждала, пока я решусь, и не уходила. Мне стало неудобно, и я решилась.

- Вы не знаете… восемь лет назад в Восходном крыле не появлялась колдунья Тишины по имени Верда?

Дункан предостерегающе сжал руку на моём плече. Да помню я, помню, что никому не должна выдавать свою тайну! Я и не выдаю. Если окажется, что Верду там не знают – смысла спрашивать, забирала ли она девочку, тоже не будет. Но вдруг всё же?..

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- Сожалею, но я впервые слышу это имя. Могу спросить у своего летописца, когда вернусь, пусть заглянет в свитки.

- Нет, не надо, спасибо! – я покачала головой.

Хозяйки рождаются обычно в благородных семьях – так считает Орден. В семьях, где велика концентрация магии в крови. Если бы Верда приходила в Оствинг к кому-то из местных лордов, вряд ли о таком событии Даяна бы не знала. Насколько я поняла, она у власти в своём Крыле уже лет пятнадцать. Удивительная женщина!