Линдси Пайпер - Заклятие короля

Еще раз скользнув языком между ее губ, он отпустил ее руки.

Она не стала играть с ним. Нинн рванула ногтями по его бокам и бедрам. Он зашипел. Вскинул бедра. И ее ответный стон был именно тем, что он хотел услышать. Она была силь­ной, дикой — он никогда не думал, что у него будет напар­ница, которую он настолько захочет.

В которой будет нуждаться.

— Чувствуешь? — зарычал он ей в губы, хватая ее за яго­дицы и заставляя опустить бедра. Прижался к ней. Ближе, начиная двигаться в ритме, который захватывал их тела. — Чувствуешь, насколько я тебя хочу?

Она запустила между ними руки. Горячие тонкие пальцы скользнули под резинку его трусов.

— Настолько? — Она обхватила пальцами его эрекцию. — Это все мне?

— Дразнишься, мерзавка, — сказал он с улыбкой, в кото­рой боль смешивалась с подступающим экстазом. — Тебе по­казать, что я могу?

— Да.

Даже в дымке возбуждения Лето знал, что не сможет опро­кинуть Нинн и войти в нее так, как он хочет. Ее поврежден­ная спина была еще слишком чувствительна. Она, похоже, забыла о том, что произошло в последние несколько часов, последние несколько дней, но он не мог забыть ее боль, как ни старался.

Вместо этого он использовал свою силу — он любил де­монстрировать силу, когда дело касалось доминирования над этой женщиной — чтобы развернуть ее и поставить на коле­ни. Стянул с нее шортики. И уверенно, властно запустил ла­донь между ее ног. Она была влажной. Влажной для него. Каждый раз, стоило ему подумать, что возбуждение достиг­ло своего пика, находилась новая причина забыть о прошлых границах.

Нинн выгнула спину, как кошка, прижимаясь к его ладо­ни. Они оба приглушенно застонали.

Лето стянул свои трусы и прижался к ее влажному входу. Она застыла. Он не дышал, склоняясь над ее телом. Свобод­ной рукой он обнял ее за бедра. Она могла двигаться и вы­рываться от талии и выше, но бедра и то, что между ними, сейчас контролировал он.

Глядя на ее свежую татуировку, он боролся со своими опа­сениями. Он заставил их исчезнуть, отрешился, как умел на арене, отметая самые громкие вопли толпы во время боя. Со­средоточился на одной задаче.

— Ты хотела, чтобы я показал тебе, — нетерпеливо проры­чал он в ямку за ее ухом. — Вот что мое. И это наша награда.

Глава 23

Одним мощным толчком бедер Лето заполнил ее. Нинн за­кричала, выгнулась, подалась навстречу, чтобы принять больше. Она не помнила мужчин, которые были до него, — то, как глубоко он проникал, пульс его сильных движений заполнили все ее мысли. Ее хватило лишь на то, чтобы при­жать ладони к стене над изголовьем постели. Он не сдержи­вался. Она видела, как он дерется, видела, как он раньше сдерживал свой характер. И то, и другое требовало силы. Раз­ных видов силы.

Теперь вся эта сила была направлена в нее. Когда он пода­вался назад, ей хотелось заплакать. Потеря его твердой дли­ны словно отнимала у нее кислород. Но он выходил не на­долго. Удар сердца, и он уже возвращался туда, куда она хотела, где жаждала его, — рывок, бедра к бедрам, внутрь до упора. Она горела. Она скользила. Она жаждала. Каждый толчок отправлял ее все выше, все ближе к чистому живот­ному наслаждению. Ей хотелось потерять остатки рассудка. Ей хотелось, чтобы Лето заставил ее кричать.

Склонившись над ней, он посылал жаркие вспышки удо­вольствия по ее спине. Волосы на его груди щекотали ей кожу. Он дышал хрипло, быстро, часто, в ритме своих дви­жений.

Он прижался губами к ее виску.

— Скажи мое имя.

— Лето.

— Скажи, что тебе это нравится.

— Дракон подери, Лето. Мне это нравится.

— Скажи, что хочешь еще.

— Еще, — задохнулась она.

— Однажды я сломал тебя. — Его темп ускорился, бедра напряглись. — И я сломаю тебя снова.

— Неправда, неправда, неправда. — Слово показалось правильным. Подходящим их страсти. — Моя очередь. Я сло­маю вас, сэр.

Он сместился, чтобы выпрямить спину. Сильная рука схватила ее за глушащий ошейник и потянула. Она не могла не прогнуться в ответ. В таком положении она была уязви­мее. Остаток самоконтроля, позволявшего ей ответить, ис­парился. С Лето, для Лето, она сама желала избавиться от контроля.

Но и этого было ему недостаточно. Он хрипло выругал­ся, отпуская ее ошейник, и обеими руками вцепился ей в бедра.

Она обернулась через плечо и увидела, как его лицо пре­вращается в хищную маску. Он смотрел вниз, туда, где их те­ла соприкасались. От напряжения, с которым он удерживал ее бедра неподвижно, его грудные мышцы казались еще ре­льефней. Его грудь блестела он пота. Рот был открыт. С каж­дым движением внутрь из его широкой груди на выдохе вы­рывался стон.

— Смотри на меня, — сказала она между двумя вспышка­ми наслаждения, которое все нарастало внутри. Она была живой оболочкой своего дара — светящейся, готовой взор­ваться. — Лето.

Возможно, она выучила пару его приемов, потому что этот резкий приказ заставил его мгновенно встретиться с ней гла­зами. Его зрачки были расширены. Он выглядел как бог, по­мешанный на разрушении городов. Их раса вполне подходи­ла под описание. Но то, что они могли настолько яростно заниматься сексом, стало для Нинн откровением, сводящим сума.

Он уже не мог говорить. И она почти догнала его в этом. Но не собиралась уступать ему и потакать его хвастовству.

— Сломай меня. Попробуй. У тебя не получится. Тебя хва­тит только на то, чтобы кончить первым, прежде чем я полу­чу удовольствие. — Она резко застонала, когда он двумя пальцами закружил вокруг ее клитора. — Ты слишком горд для этого. Ты сам себе не позволишь.

— Могу.

— Тогда кончи первым. Ты можешь... — Она снова ахну­ла, когда его пальцы скользнули к цели. — Можешь подумать об этом позже. О стыде, о поражении. Или можешь заста­вить меня просить тебя. Я хочу этого.

— Проси. Меня.

Она встряхнула головой и ткнулась лицом в его подушку. Вдохнула его запах. Вся комната пропиталась запахом Лето и запахом секса.

— Давай же, — прохрипел он.

Черт, так ей долго не продержаться. Его пальцы были ум­ными, сильными, настойчивыми, его член двигался в ней, не оставляя ничего, кроме желания. Но ей тоже нужно было это. Нужно было овладеть им.

— Услышать мои мольбы. Этого ты хочешь сильнее, чем просто кончить.

Его раздражение добавило сил его телу.

— Да. Да. Давай же, Нинн.

Это была уже не игра. И это было несложно. Она потеря­лась в наплыве ощущений. Цвет смешивался со звуком и зна­нием того, что Лето ее поймал. Теперь они не могли прервать­ся, даже если бы захотели.

— Пожалуйста... А, bathatei. Лето, прошу. Заставь меня... я хочу...

Ее голос сорвался на вскрик. И этот крик превратил ор­газм в низкий, протяжный стон удовольствия, которое рас­плавило ее нервные окончания и растворило все мысли.