Король Всего - Валентина Зайцева

и я почувствовала в нём отголосок одиночества, который готов был разбить моё сердце.

Даже в своей доброте он был жесток. Закончив поцелуй, он поцеловал меня в лоб.

— Я также пришёл сказать, что люблю тебя.

— Чтоб тебя, — прошипела я, отталкивая его от себя. Самир смотрел на меня с лёгкой усмешкой, наблюдая за моей реакцией. В глазах выступили предательские слёзы, и я изо всех сил старалась не заплакать. — Прийти сюда, чтобы сделать со мной это? Думаешь, теперь я их предам?

— В этом не было моего умысла, — Самир оскалился. — Скорее уж наоборот. Я и вправду пришёл лишь за поцелуем, и чтобы пожелать тебе удачи.

— Уходи, Самир, — я резко выкрикнула его имя. Он снова усмехнулся и вздохнул с видом человека, что имеет дело с капризным ребёнком. — Разве у тебя нет войны, которую нужно вести?

— М-м? — Самир обернулся и посмотрел на армии внизу. Они были в сотнях метрах от нас и совершенно не подозревали, что Самир находится на неправильной стороне поля боя. — Ах, да. О, и какой хитрый план — сражаться со мной при свете дня, чтобы ослабить Сайласа и его Дом. Какая досада… — Самир замолк, подняв свою чёрную металлическую руку к солнцу. Он сжал кулак, и разом — словно кто-то щёлкнул выключателем — свет померк. — Это было так тщетно.

Я ахнула и отпрянула, в ужасе и благоговении взирая на небо. Диск, что каждую ночь затмевал солнце, вернулся. Но на этот раз он просто появился там, уже полностью сформированный.

Самир улыбался мне, и когда он протянул руку, чтобы коснуться моей щеки, я отшатнулась от него.

— Ты и впрямь неотразима в таком виде…

Снизу донёсся рёв. Это ревели тысячи людей. Я перевела взгляд с затмившегося солнца на поле битвы. Армии теперь бросались друг на друга, причём сторона Самира шла в атаку, пользуясь смятением, вызванным внезапной тьмой.

— Мне пора, — сказал Самир с самодовольной ухмылкой. — Как ты верно заметила, у меня есть война, которой я должен уделить внимание. Полагаю, я начну с того, что наконец-то вырву с корнем душу этого негодяя Каела и низвергну его в небытие.

— Что? — у меня от ужаса округлились глаза. Он не мог говорить серьёзно.

— Вы идёте на меня войной. Каел не оставит меня в живых, если ему удастся одолеть меня. Ты знаешь это.

Честно говоря, я об этом не думала. Порой я и впрямь была дурой.

Видя моё смятение, он печально улыбнулся.

— Ты просишь меня пощадить их? Хотя они не ответили бы мне той же милостью?

— Не убивай их. Пожалуйста.

— Я уже назвал цену за подобную милость, — Самир сделал шаг назад и поклонился мне в пояс. — До скорой встречи, любовь моя. — И с этими словами он исчез в клубах чёрного дыма.

Глава 29

Элисара

Когда солнце померкло на небе, я не могла сказать, что была потрясена. Сайлас был интриганом и использовал бы каждую крупицу своей силы, чтобы перевернуть игровое поле с ног на голову. Он понимал, что в войне когтей и клыков ему не победить. Мой муж был вынужден играть грязно, чтобы одержать верх.

Я издала низкий рёв, моя форма — тигроподобный зверь, который мне всего милее, — содрогнулась от ярости. Твари из прогнившей плоти и костей не представляли для меня никакой угрозы. Я разрывала их в клочья, словно они были сделаны из папиросной бумаги, возвращая обратно в прах. Люди в чёрном и белом оказывали чуть больше сопротивления, но и их вызов был жалок. Воины, что стояли за моей спиной, пробивались сквозь ряды противника с пугающей лёгкостью.

Так продолжалось до тех пор, пока впереди вражеских рядов не возникла фигура в белом, а за ним — его военачальники. Я изрыгла новый рёв в сторону человека, которого когда-то знала лучше всех на свете, бросая ему вызов. Сайлас. Он взмахнул рукой, и по его кожe поползли золотые пластины доспехов, что я так редко видела на нём в прошлые годы.

По своей натуре Сайлас не был агрессором, но, когда дело доходило до схватки, он и не думал отступать. Впрочем, это не имело значения. Я знала — я одержу верх. Сделав два шага в сторону мужа, я позволила своему облику смениться, вновь обретя человеческие черты.

Было очевидно, что Сайлас приказал своим людям не вмешиваться, оставив меня ему, ведь воины в белых одеждах ринулись в бой против моего войска, не обращая на нас внимания. Я не смела оглядываться, чтобы оценить, как идёт битва без моего участия. Я перестала обращать внимание на весь окружающий хаос и сосредоточилась на человеке передо мной.

— Сложи оружие, Сайлас! — крикнула я ему, заглушая грохот сражения.

— Если бы я только мог, — ледяным тоном ответил он. — Сдайся, умоляю тебя. Избавь нас обоих от этой боли. У тебя нет ни единого шанса победить в этой схватке.

— Всё это не ради победы, мой глупец, — рассмеялась я, делая шаг навстречу жрецу. — Это для того, чтобы вбить в твою упрямую голову крупицу здравого смысла!

Знаки на его лице изменились. Нина говорила правду — отныне он и впрямь был Королём в Белом. Я почувствовала невольную гордость за его новое положение. Он всегда был достоин править. Как бы я хотела праздновать его восхождение! Но теперь оно же могло означать моё падение.

Во все времена я могла одолеть Сайласа в честной драке. Мы сходились в спаррингах время от времени, и всегда я прижимала жреца к земле. Я часто подозревала, что ему просто не хватало настоящей ярости, желания сражаться по-настоящему. Он всегда был сдержан, всегда покорен судьбе. Для вампира он удивительно редко позволял своей кровожадности взять верх.

Но теперь? С этими белыми узорами, что украшали его бледные черты? Те самые, что мне так хотелось целовать, а не разрывать когтями?

Я уже не была так уверена в себе.

Сайлас тяжело вздохнул и покачал головой.

— Прошу тебя. Иди со мной. Возьми мою руку и позволь отвести тебя к алтарю тех богов, кому мы служим. Позволь мне освободить тебя от всего этого, — он простёр ко мне свою руку, покрытую золотыми когтями.

— Не то чтобы твоё предложение не прельщало меня, муж мой, — оскалилась