Невеста Короля Теней - Сильвия Мерседес

пищит. Фор повторяет свою фразу, звучит так, будто возражений он не потерпит. Йок склоняет голову.

Я подхожу к Лирии, которая поднимается с земли. Мы стоим рядышком. Ее волнение колет кинжалами. В другое время я бы отошла подальше, чтобы избежать боли. Но ей нужна моя поддержка. И, если честно, она мне сейчас тоже нужна.

Наконец Фор поворачивается к нам двоим.

– Принцесса, – говорит он решительно. – Я вверяю вас в руки Йока. Ему поручено обеспечить вашу безопасность. Он отважный воин и убережет вас от вреда.

Лирия фыркает.

– Уж не знаю, каким образом это дитя собирается нас защищать.

Йок бросает на нее мрачный взгляд. Очевидно, человеческий язык он понимает.

Морлет Фора перебирает копытами и фыркает, вскидывая голову. Фор удерживает его на месте, мышцы его плеч выпирают от напряжения.

Я бы доверил Йоку свою жизнь. Вы будете в безопасности. Он сопроводит вас к дому леди Ксаг. Она мой друг. Она обеспечит вас удобствами, пока я за вами не вернусь.

– А куда вы направляетесь? – спрашиваю я.

Он старается на меня не смотреть.

Глава 24. Фор

Копыта наших морлетов стучат по брусчатке улиц Дугорима, как заточенные камнем лезвия, жутким эхом отражаясь от стен пустующих зданий. Я еду впереди, несмотря на протесты Хэйл, желавшей занять мое место, дабы убедиться, что наш путь безопасен. Я и так знаю, что он небезопасен. Держа поводья одной рукой, я кладу другую на рукоять ножа у себя на поясе. Я не брал с собой меч, не для такого путешествия, как это, не для встречи и сопровождения моей невесты. Так что Сул и я безоружны, хотя у Хэйл есть ее меч и большая трольдская дубина, привязанная к луке седла.

Мы едем по главной улице деревни. Все двери встречающихся у нас на пути зданий широко открыты. Проезжая мимо них, я заглядываю в темные проходы и парадные комнаты в поисках каких-нибудь признаков жизни. Ничего. Ни единого шепота. Ни малейшей тени движения. Мы добираемся до Верхнего Круга – места для собраний и торжественных церемоний в самом центре города. Отсюда я могу увидеть весь город от дома совета до скромного деревенского храма и даже речных доков. Мне также удается разглядеть шахтерскую дорогу, ведущую от основных раскопок. Когда я проезжал этим путем всего несколько часов назад, дорога была забита рабочими, снующими туда-сюда и перетаскивающими груды камня и ила на своих спинах или в тележках. Эти тележки сейчас брошены без присмотра. Некоторые лежат на боку, а их содержимое высыпано.

Ветер дует мне в затылок, покалывая кожу. Я дрожу.

– Спешивайся, – говорю я им, спрыгивая с Кнара. – Проверь здания. Здесь должен быть кто-то, у кого мы можем спросить, куда все подевались. Возможно, они бежали от какого-то врага и нуждаются в нашей помощи.

– Ваше Величество, позвольте мне призвать нас держаться вместе, – говорит Хэйл.

– Почему? – я развожу руками. – Здесь никого нет.

– Это вы так думаете, – мрачно отвечает она. – Легко так думать до того самого момента, пока не появится кто-то. Кто-то, с кем вы будете не готовы встретиться, – она качает головой. – Мы не должны расходиться.

– Храни нас боги, Хэйл, ты меня убедила! – внезапно заявляет Сул. – У меня теперь прямо ноги дрожат. Ты возьмешь меня за руку?

Она бросает на него угрюмый взгляд.

– Что?

Он пожимает плечами и невинно моргает.

– Я боюсь призраков!

– Хватит, – рычу я. – Сул, иди проверь доки. Убедись, что наша баржа все еще там, и поищи нашего лодочника. Хэйл, ты обыщи дом совета. Это самое большое здание в округе, за исключением дома леди Ксаг; возможно, жители прячутся внутри. Я иду в храм.

Хэйл выглядит так, как будто хочет возразить. Однако вместо выражения своего несогласия она лишь говорит:

– Вы возьмете мой меч, Ваше Величество?

– Нет, оставь его себе. – Я достаю свой нож. – Со мной все будет в порядке. А теперь выполняйте приказ!

Храм Дугорим небольшой и непримечательный, он почти неотличим от обычной пещеры. Я не могу полностью выпрямиться в нем и вынужден согнуться почти вдвое, осторожно нащупывая дорогу. Свет кристаллов лорста не проникает сюда, а внутри нет фонарей. Но в этом нет ничего необычного; жрицы Глубокой Тьмы предпочитают обитать в густой тени. Мои пальцы, проводя по стенам и потолку, нащупывают тайные и священные рисунки, скрытые в камнях и отмечающие путь. Я никого не встречаю. Обычно в храме должна присутствовать по меньшей мере дюжина жриц, глубоко погруженных в состояние ва, сидящих, как статуи, прямо у входа в храм. Я должен был бы уже споткнуться по крайней мере об одну из них. Но путь свободен.

Я отваживаюсь пройти весь путь до внутреннего святилища. Мое дыхание гулким эхом отдается в этом пустом пространстве. Я открываю рот, намереваясь окликнуть кого-то, но не могу заставить себя сделать это. Пещера должна быть наполнена гулом святых женщин, исполняющих свои ва-вулуг, священные песни Тьмы. Поэтому тишина кажется неправильной. Неестественной. Грешной.

Я снова отступаю, стараясь не обращать внимания на мурашки, пробегающие вверх и вниз по моей спине. Яркое сияние лорста слепит глаза, когда я, шатаясь, выхожу в более широкую пещеру. В груди у меня что-то сжимается, и когда я заставляю себя сделать более глубокий вдох, то ощущаю горечь на задней части языка. Мое зрение только проясняется, когда появляются силуэты Хэйл и Сула, приближающихся с двух разных концов улицы. Сул, вернувшийся из доков, нагоняет меня первым.

– Все баржи на месте, включая нашу, – говорит он. – Никаких признаков лодочников. Зверей тоже нет, даже ни одного трепещущего водяного олка.

– В центре города то же самое, – говорит Хэйл. Ее лоб нахмурен, лицо напряженное. – Я увидела следы трапезы во внутренней комнате. Еда и питье еще свежие, но в комнате творится полный беспорядок. Стулья перевернуты, на полу валяется разбитая посуда. Мне кажется, на одной из стен была кровь.

Я пытаюсь сглотнуть, но в горле слишком сухо. Я знаю, куда мы должны идти. Но не хочу. Глубоко вздохнув, я крепче сжимаю свой кинжал.

– Пошли, – говорю я и, повернувшись на одном каблуке, направляюсь к выходу из Верхнего Круга на окраину города. Мои шаги быстры и уверенны, несмотря на то что сердце замирает. Мы проходим место, где лавина погребла под собой несколько домов, сейчас уже наполовину раскопанных. Повсюду разбросано землеройное оборудование. Четыре завернутых в мешковину свертка лежат аккуратным рядом. Я знаю, что это – мертвецы, извлеченные из-под обломков. Один из свертков маленький, до боли маленький. Были ли