Зелье для упрямого дракона - Елизавета Крестьева

— Я тоже тебя люблю, Вельгорн Азриэль Ай-Этарр Норрин… — выдыхаю я в них, закрывая глаза. — Без всякого Зелья… просто так…

Глава 28. Под сенью Великого Древа

— Я не пойму, вы из меня бодибилдера хотите сделать? — я раздражённо уставилась на очередной стакан с густой бело-розовой жидкостью, кокетливо украшенный половинкой клубники и листиком мяты. — Я вообще не хочу есть! И пить! Достали эти твои протеины!..

— Дуська, — сердито сдвинула брови моя помощница. — Не начинай. А то прочитаю тебе лекцию с первого курса, про физиологию, анатомию, потерю мышечной массы, режим… Короче, пей и не спорь! Ещё три дня я с тебя не слезу. Ты меня знаешь.

Ещё раз от души побуравив зеленоглазую ведьмочку взглядом, я неохотно поднесла к губам стакан.

— И попробуй скажи, что невкусно! Я тут распинаюсь, понимаешь, клубнику с другой планеты для коктейля таскаю, а она физию воротит! Если ты хочешь на Новый год попасть в Дова-Норр, будешь пить, как миленькая! У тебя вес всё ещё на грани дистрофического!.. Как Вельгорн ещё об тебя не порезался, вот что удивительно!..

Такого стерпеть я уже не могла, тем более, что стервозина попала в больное. Допив жидкость — впрочем, действительно вкусную — я хлопнула стакан на стол, едва не разбив, и стала угрожающе надвигаться на бедную родственницу.

Родственница, впрочем, не впечатлилась, а лишь фыркнула, уперев руки в бока. Я остановила свой взгляд в сантиметре от её глаз и разглядела целую тучу лукавых смешинок в изумрудной глубине.

— И твой дракон, между прочим, рацион сам продумывал. С дотошностью профессионального тренера!..

— Вот сам бы мне и делал коктейли!

— Он не хочет на тебя давить. Боится отношения испортить. Да и некогда ему, в конце концов! А вот мне — дело привычное!.. В первый раз ты на меня орёшь, что ли?

— Вот же ж!.. Спелись… — выдохнула я, плюхаясь на диванчик, и демонстративно отвернулась в окно. — Ну вас всех… в дова-норрскую баню.

— Можно подумать, я тебе шприцем в задницу эти белки с витаминами вкатываю, — Алёна закинула на плечо ремень сумки. — Как маленькая, чесслово!.. Противная стала, сил нет! Всё, пошла я.

Уже в дверях она обернулась и посмотрела на меня долгим оценивающим взглядом.

— И всё равно мне кажется, рановато тебя ещё выпускать на волюшку…

И удрала прежде чем её настигла брошенная вслед диванная подушка. В коридоре раскатился звонкий смех, хлопнула входная дверь. За окном смеркалось, на ветках старой яблони покряхтывали две хмурые вороны, на душе было паршивенько.

Может, кому-то и нравится, когда с ним как с писаной торбой носятся, но только не мне.

Процедуры, прогулки с сопровождением, массаж, лекарства, отвары и почти непрерывная кормёжка под строгим надзором трёх драконов и двух настырных девиц кому угодно намотают нервы на кулак!

А больше всего бесило то, что силы возвращались буквально по капельке. Да, я уже ходила самостоятельно, но мне категорически запрещалось самой покидать дом, потому что голова могла закружиться ни с того, ни с сего, несколько раз меня приходилось подхватывать, а вставать-садиться я могла только за что-нибудь уцепившись.

И сколько раз я не подкатывала с просьбой дать хотя бы дневник, чтобы порыться там в поисках снадобий с капелькой магии, наталкивалась на глухую стену, отливающую знакомым оттенком сапфировой чешуи. Не удивлюсь, если дневник заперт в чертогах Элантара где-нибудь в тайном схроне от Дуськиного «шила» подальше.

А самым невыносимым было то, что я почти не видела своё сапфировое сокровище.

Вельгорна, как в центрифугу затянуло водоворотом дел, про которые он мне почти не рассказывал. Он появлялся к вечеру, а порой и поздно ночью, когда я уже проваливалась в сон, отчаявшись его дождаться. Если я не спала, он первым делом учинял мне ласковый, но строгий допрос с пристрастием: всё ли выпито-съедено, как прошла прогулка и гимнастика, иногда прямо при мне звонил девчонкам и выяснял подробности, вгоняя меня в сущее бешенство. Потом, как несмышлёную ляльку, укладывал спать, завернув в одеяло и убаюкивая историями из Дова-Норра. И… дальше редких ошеломляющих поцелуев никогда не заходил, отговариваясь моей слабостью и туманными намёками в стиле «у нас всё ещё впереди».

Гад чешуйчатый!.. Всё чаще мне казалось, что на самом деле я его больше не привлекаю, особенно после того дикого зрелища с дыркой в груди и торчащим из неё кристаллом. Стоя перед зеркалом, я частенько разглядывала круглое багровое пятно на солнечном сплетении, торчащие рёбра и непроходящие синяки под глазами, и горечь разливалась по горлу. Кому нужно такое сомнительное добро?..

Вороны с хриплым карканьем снялись с ветвей, мой тоскливый вздох полетел им вслед. Я подтянула колени повыше, завернулась в плед и подсунула руки под голову. Сумерки наливались чернильной синевой, затягивая вглубь, растворились-разошлись в их убаюкивающей тьме пропитанные горечью мысли…

— Привет.

От него веяло холодом, свежестью, на волосах осели бисеринки растаявших снежинок. В синих глазах мерцала звёздная пыль, от лёгкой улыбки что-то тоненько задрожало и начало плавиться внизу живота.

— Привет, — хрипло пробормотала я. — Я что, уснула?.. Тут?..

Вместо ответа он сгрёб меня прямо с покрывалом — пришлось ухватиться за плечи — и понёс в спальню.

— Хэй… Я и сама могу…

Вместо ответа он потёрся носом о мой нос и коснулся губ легко, как птица крылом. Опустил на кровать и упал рядом, мимолётно коснувшись стебельков Фааль-киир. Тяжёлая рука привычно подгребла меня к груди, а я так же привычно уткнулась носом в шею, пахнущую горным ветром, тёплым мужчиной и сказкой. Мы молчали, но в этом молчании переплетались вместе с пальцами рук потоки эмоций и вихри чувств, тяжёлый мах драконьих крыльев бился в такт пульсирующей крови, истончались под ногами хрустальные мосты, и мы падали — медленно и сладко, в пропасть, полную звёздного света…

Я не знаю, как так получалось, но почему-то не сомневалась, что он испытывает и видит всё то же, что и я. Там, в грёзах, всё казалось таким понятным, прекрасным и простым. А здесь…

— Почему не спрашиваешь, как прошёл день… гуляла ли я и пила ли настои и Алёнкины коктейли?.. — проворчала я наконец, не зная и не умея перекинуть мостик из волшебства в обыденность.

— Мне уже Алёна отчиталась, — мурлыкнул он мне в волосы. — И то, что ты уже подушками швыряешься, я тоже в курсе, моя неистовая Даван-Киир.

— Сами виноватые, — буркнула я, потихоньку превращаясь в помидор. — Я скоро вообще свихнусь тут с тоски