Крайние меры - Хелен Харпер

Глава 21. Красное небо поутру

Д'Арно ведёт меня к маленькому столику в глубине зала, где нас не видно. Я рада, потому что меньше всего на свете хочу, чтобы чёртова Бет прервала нас. К тому же, здесь мы находимся дальше от динамиков, так что нет необходимости орать друг другу на ухо. Всегда есть вероятность выпалить что-то не то во время резких перерывов между песнями.

— Поговорите со мной, — говорю я ему, как только мы усаживаемся.

Он приподнимает брови. Я впервые замечаю, что они выщипаны в идеальные дуги.

— Вы живёте в самом сердце Семьи Монсеррат, мисс Блэкмен, вы должны знать. Хотя, если вас только что завербовали, не кажется ли вам немного странным, что вы вышли в свет?

Я игнорирую его вопрос.

— Что вы имеете в виду, говоря, что я должна знать?

Он задумчиво складывает руки под подбородком.

— Значит, они держат своих членов в неведении? Интересно.

— К нам не относятся как к полноправным членам, пока не закончится лунный месяц, — говорю я, раздражённая его скрытой критикой политики Семьи Монсеррат. — Относительно чего именно нас держат в неведении?

Д'Арно откидывается на спинку стула, явно довольный тем, что у него есть информация, которая мне нужна.

— Я немного покопался, с тех пор как вы связались со мной. Мне не нравится, когда мне угрожают, даже если это делают невысокие женщины в наручниках.

Я ощетиниваюсь, но придерживаю язык. Прямо сейчас я нуждаюсь в нём гораздо больше, чем он во мне.

— Семьи страдают, и страдают сильно, — говорит он. — Все понесли потери. Я уверен, вы слышали о Томми Глассе.

Я качаю головой. Я понятия не имею, о ком он говорит.

— Отгорожены от реального мира, — шепчет он себе под нос, словно делая мысленную пометку. — Томми Гласс — это был белокурый ангелочек с носиком-пуговкой, которого четыре дня назад разорвали на части, когда он играл в своём саду. Его несчастная мать была там, но ей было не справиться с трайбером.

Меня тошнит.

— Вы имеете в виду вампира.

Он кивает.

— Вампир Монсеррат?

Д'Арно снова кивает. Я потираю лоб. Малыш? Чёрт бы побрал О'Ши и его дурацкое заклинание.

— Как вы можете себе представить, — продолжает он, — есть много людей, которые весьма обеспокоены таким поворотом событий.

— Вот уж действительно, — бормочу я. Кто бы ни стоял за всем этим, он явно активизирует свою кампанию. Дискредитировать Семьи и настроить людей против них — умный ход; это означает, что новая «супер Семья» может вмешаться и взять власть в свои руки. Всё, что им нужно сделать — это немного рассказать о том, как они спасли Британию от террора пяти Семей, и никто не будет задавать им вопросов. Пока не станет слишком поздно.

— Все таблоиды, конечно, хором взывают к справедливости, требуют, чтобы против Семей были применены человеческие законы. Я думаю, что ваш Лорд Монсеррат многое сделал, чтобы сгладить ситуацию, но когда в интернете появляются фотографии изуродованных конечностей маленького Томми, а по телевизору каждый вечер показывают скорбящих родителей… — он пожимает плечами. — Ну, он не может сотворить чуда.

Я испытываю прилив сочувствия к Майклу. Неудивительно, что он думает, будто я в этом замешана; он, должно быть, отчаянно пытается найти виноватого. Затем я вспоминаю холодный взгляд Майкла, когда мы виделись в последний раз.

Д'Арно наблюдает за мной с самодовольной ухмылкой на лице. Я понимаю, что он не закончил говорить.

— В чём дело? — спрашиваю я его.

Он проводит языком по губам.

— Случай с Томми Глассом — это достояние общественности.

Я жду. Он похож на нетерпеливого щенка, рвущегося с поводка и гордого тем, что может похвастаться своими знаниями.

— А вот то, что не является достоянием общественности, может показаться вам более интересным, — в его глазах пляшут огоньки. — Во время нашей последней встречи я не упоминал, что одна Семья наняла меня для розыска О'Ши. Сообщается, что в этой же Семье содержится под стражей некто, который располагает информацией о виновниках недавних нападений.

Я сжимаю подлокотники своего кресла.

— Кто?

— Я не знаю, кого они задержали.

— Но вы, очевидно, знаете, какая Семья, — рычу я. Если это Монсеррат, я буду серьёзно зла. Зла настолько, что буду готова оторвать кому-нибудь башку.

Д'Арно откидывается назад.

— Естественно.

Моё раздражение растёт.

— Кто? — снова рявкаю я.

Он наклоняет голову.

— Скажите, мисс Блэкмен, что я получу, поделившись этим маленьким лакомым кусочком? Я понимаю, что это принесёт вам; вы, кажется, неразрывно связаны со всем этим. Но что это даст мне?

С меня хватит.

— Вы забываете, что я теперь вампир, — рычу я.

Он поднимает указательный палец.

— На самом деле, глядя на вас, я так не думаю. Ещё нет. Вы, конечно, не такая, как раньше, но я не чувствую в вас вампира, — он неприятно улыбается. — Вы ведь ещё не пили, не так ли?

Я злобно смотрю на него.

— И, — продолжает он, — это значит, что вы всё ещё слабы, как человек. Вероятно, даже слабее, — он понижает голос. — Я слышал, что жажда достаточно сильна, чтобы свести с ума.

— Вы недостаточно знаете о вампирах, чтобы понять, выпила я уже или нет, — я делаю обоснованное предположение.

— Тогда покажите мне свои клыки.

Я хмурюсь. Теперь адвокат говорит более уверенно. Он ухмыляется.

— Как я и думал.

— Гарри. Пожалуйста. Скажите мне, какая Семья, — я оставляю свои попытки угрожать ему.

Он запрокидывает голову и смеётся.

— Или что? Трахнете меня прямо на улице, на тротуаре?

Я вздрагиваю. Я знала, что пожалею об этом маленьком эпизоде.

— Послушайте, — говорит он. — Вы поможете мне, я помогу вам. Услуга за услугу. Вы просто будете у меня в долгу. Это мой выбор, и я воспользуюсь им, когда сочту нужным. Мне пошло бы на пользу иметь на моей стороне вампира.

У меня неприятный привкус во рту. Неизвестно, о чём он может попросить. Сначала я думала, что он хороший парень, но теперь я в этом не уверена. Конечно, Майкл Монсеррат в настоящее время хочет снести мою голову с плеч. И даже если он этого не сделает, тот, кто хочет вытеснить все пять Семей, скорее всего, достигнет своей цели. Если это произойдёт, вряд ли я смогу сохранить свою жизнь. Если я умру, Д'Арно не сможет ничего получить. Хотя я не совсем глупа.

— Вы понимаете, что я не смогу пойти против Семьи Монсеррат, что бы ни случилось? Как настоящий вампир, я буду абсолютно им предана, — я не стала упоминать о том, что касается Сангвина. Я думаю, мистер