Екатерина Олина - Секунда меняет жизнь

— Как жаль, — Кошмар тяжело вздохнул, — что ж, я буду надеяться, что это не последняя наша возможность увидеться.

— Мне тоже жаль, — я говорила вполне честно, — но так уж получилось.

— Не буду тебя отвлекать, — мягкий и красивый голос на том конце звучал очень печально. — Желаю хорошо провести время. До скорого.

Я не успела ответить. Ну вот. Мне стало тоскливо. Было бы очень интересно посмотреть на человека воплоти. Я грустно воздохнула и убрала телефон обратно. Оглядела поляну и всех присутствующих.

Аластор ковырялся в багажнике. Рядом с ним стоял донельзя хмурый Анайдейе и что-то ему говорил. Из «паркетника» вылезла рыжая девица, та самая, что гуляла с соседом. Мир тесен, однако. Отчего же они прибыли в разных экипажах?

Все чем-то занимались. Одна я болталась без дела. Затеяла игру с собаками. Фобос даже головы не повернул в сторону своего законного хозяина. Дэй резвился на свежем воздухе. Я хотела отломать ветку, но посмотрела на старика, который что-то объяснял черноволосому мужчине, и передумала. Вдруг он мне за это потом руки оборвет. Я поковырялась в рюкзаке и нашла мячик. Фобос с Дэймосом наперегонки гонялись за мячиком. Я иногда отбирала его у доберманов, кидала куда подальше, и гонка начиналась вновь.

— Ко мне! — Анайдейе резко возник у меня за спиной.

Фобос и ухом не повел. Обиделся на своего грубияна-хозяина за то, что тот его бросил. Я довольно улыбнулась.

— Место! — скомандовала я, и обе собаки в мгновение ока ринулись ко мне.

Секунда, и они оба сидят у моих ног. Анайдейе стиснул зубы, а я невинно трепала за ухо его пса. Дэй обиженно забухтел и был вознагражден лаской и поглаживанием.

— Испортила мне собаку, — сосед наверняка хотел переломить мою тонкую шею, а черти в его глазах грозили мне кулаками.

— А надо было забирать, когда отдавали, — гордо ответила я.

— Ты меня учить будешь?! — брюнет угрожающе навис надо мной.

— Братишка, — прогремел у меня за спиной Аластор.

У них семейная черта подходить со спины?! Ну что за люди?!

— Дай телефон, — однобровый подмигнул мне, когда я повернулась к нему.

— Я его дома оставил, — сосед все также сверлил меня взглядом, — все, кого я хочу видеть или слышать, присутствуют здесь.

— Понятно, — Аластор по-братски хлопнул Анайдейе по спине.

От такого хлопка сосед поморщился и чуть пошатнулся.

— Фобос! — рыкнул брюнет, когда Аластор ушел дальше в поисках телефона. — Ко мне!

Пес поскулил, посмотрел на меня, и нехотя поплелся к хозяину. Анайдейе озорно пошевелил бровями и удалился вслед за братом. В это время на поляну заехала тьма машин. Не меньше десятка — это точно. Из прибывших я узнала только Галину Николаевну, Светлану Сергеевну, Павла и Владимира Романовича. Остальных мужчин и женщин я видела впервые.

Все что-то обсуждали, здоровались, обменивались новостями. Но практически сразу стало понятно, где «Хрисофемида», а где «Электра». Те, кто приехал на пяти машинах после нас с Сашей, расположились кучкой чуть вдали ото всех. Высокий и статный брюнет (видимо самый главный) смотрел на всех одинаково равнодушно, и только когда взгляд его падал на платиновую блондинку, что приехала с ним в одной машине, лицо его светлело, и он чуть заметно улыбался. Жена — подумала я. На кого бы такой человек стал смотреть подобным образом.

Аластор что-то говорил трем парням, двое из которых были похожи как две капли воды. Оба брюнеты и еще один блондин, он стоял ко мне спиной и потому лицо разглядеть не получалось. Две девушки что-то бурно обсуждали и смеялись. Обе блондинки. Рыжая девица стояла и хмуро смотрела на печального вида девушку лет пятнадцати с черными волосами. Анайдейе пытался заслужить прощение Фобоса тем, что подсовывал ему угощение. Фобос пару раз гордо отвернулся, но потом оттаял и с таким же гордым видом все слопал.

Старик, тот что подарил мне цветок, бегал от одного человека к другому и что-то спрашивал. Я даже не заметила, как на поляне появилось два десятка разноцветных палаток всех форм и размеров. Они как-то раз — и появились. Никто их не ставил.

— Спасибо тебе, — поблагодарил за что-то старика Владимир Романович, после чего тот ушел.

— Дамы и господа! — Владимир Романович громко обратился ко всей собравшейся публике. — Я рад, что все мы в этот прекрасный день отбросили дела и вместе собрались. Итак, пора начинать!

— Что начинать? — тихо спросила я у Саши, когда подошла к нему поближе.

— Фанты, — фыркнул он на меня.

— Чего? — глаза у меня округлились.

— Смотри и слушай, — напарник сел на корточки.

Все присутствующие быстренько разместились на мягкой травке в тени деревьев и смотрели в сторону реки. Я последовала общему примеру. Все затаили дыхание. На середину поляны вышел тот самый статный брюнет в камуфляжных брюках и такого же цвета футболке и, равнодушно оглядев всех, изрек:

— Я рад приветствовать вас сегодня! Начнем, пожалуй.

Он отвернулся от нас и встал лицом к реке: — Тот, на кого я укажу, должен будет преодолеть реку, не намокнув.

Мужчина резко повернулся и вцепился взглядом во Владимира Романовича. Тот невозмутимо вышел вперед. Мужчины пожали руки, после чего Владимир Романович подошел к самой воде. Постоял, подумал и просто пошел прямо по воде. Дошел до другого берега и вернулся обратно. Все захлопали в ладоши, а я пыталась собрать отвалившуюся челюсть. Наш начальник довольный вернулся на свое место.

— Следующий должен будет поймать лягушку, — статный брюнет повторил процедуру и на этот раз указал на Светлану Сергеевну.

Бедную аж передернуло. Она побледнела еще больше и нехотя пошла в лес, бурча себе под нос что-то невнятное. Спустя минуту она вернулась, держа огромную лягушку (или жабу, я в биологии не сильна) за заднюю лапку двумя пальцами. Светлана продемонстрировала добычу и с нескрываемой брезгливостью отпустила зверюшку на волю. Потом пошла к реке мыть руки.

— Следующий должен сбить с ног Аластора, — объявил ведущий, и ко всеобщему удивлению и моему ужасу он указал на меня.

Я похолодела. Что мне делать? Как мне сбить с ног такого великана как Аластор?! Я вышла на середину поляны, Аластор тоже не заставил себя ждать. Все с нескрываемым любопытством уставились на меня. Я очень смутилась.

— Приляг, пожалуйста, — тихо попросила я однобрового.

— Я бы рад, — Аластор тоже старался говорить тихо, — но правила не позволяют.

— Итак, — мужчина усмехнулся, — сбей моего сына, но только не физической силой.

Я глубоко вздохнула. Толкаться с человеком комплекции Аластора мне и толку-то нет. Так что мог бы не пояснять насчет физической силы. Значит, бьем мыслью. Я пристально посмотрела на противника. Он спокойно стоял и наблюдал за мной. Еще раз вздохнула и закрыла глаза. Я представила, как блондин падает… и я открыла глаза. Аластор как стоял, так и продолжал спокойно созерцать мои мучения. Я снова вздохнула и закрыла глаза.