Екатерина Олина - Секунда меняет жизнь

— А ты говорил, что хозяин цену заломит, — хохотнул консьерж, сидя за стойкой.

— Так я это самое… — охранник совсем скис.

— Все в порядке, — я мягко улыбнулась, — в понедельник можем пойти в ГАИ и переоформить машину.

Пока мужчина совсем не стушевался, я пошла к лифту. Выйдя из лифта, увидела соседа, который вставлял ключ в дверь.

— Привет! — поздоровалась я — Заберешь собаку?

— Нет, — сосед даже головы не повернул.

— Но… — хотела я возразить.

— Тебе жалко, что ли? — рыкнул брюнет. — На днях заберу.

— Как так? — я уже открыла свою дверь, за которой меня преданно ждали Дэймос и Фобос.

— Все, — Анайдейе повысил голос, — отвали! Ты же все равно Фобоса на улицу не выгонишь.

— Наглец, — выпалила я и быстро пошла к соседской двери, чтобы отругать и воззвать к его совести, но сосед хлопнул дверью у меня перед носом.

Щелкнул замок.

— Рыло свинячье! — крикнула я и со всей силы пнула соседскую дверь.

Мой крик разнесся эхом по этажам. Послышались шаги, а потом щелчок замка, но я уже запирала свою дверь изнутри…

Можете назвать это трусостью, но я называю это самосохранением. Дэймос и Фобос удивленно смотрели, как я прислушиваюсь, стоя у двери. Постояла так пару минут, но ничего не услышала.

Остаток дня посвятила собакам и сборам на пикник. Я взяла с собой удобные вещи и сложила их во все тот же рюкзак, с которым только что вернулась из командировки. Фобос и Дэймос были страшно довольны. Я затискала их до такой степени, что они уже шевелиться перестали. Развалились оба посередине гостиной, и я вместе с ними.

Без десяти девять утра я, закинув рюкзак за спину, стояла у подъезда своего дома в сопровождении моих ненаглядных доберов. Оделась я в белую футболку и серые бриджи. Знаю, что в белом на природу не ездят, но в другом можно просто умереть под палящим солнцем. На голову я нацепила кепку и завершила образ серыми спортивными босоножками.

«С добрым утром!» — послала я бодрую мысль Саше.

«Через десять минут буду», — хмуро брякнул он мне в ответ.

Чем бы себя занять? Я достала из кармана наушники и, подключив их к телефону, решила послушать радио. А чтобы еще веселее было, я решила погадать, как в старые добрые времена. Начнем-с… «Что про меня думает Саша?». Я включила автоматический поиск радиостанции и, спустя секунду телефон бодро запел «Вот такая вот зараза, девушка моей мечты!». Я расхохоталась. М-да! Вот чего-чего, а такого результата я не ожидала! Не желая останавливаться на достигнутом, я продолжила задавать вопросы.

«Какое впечатление я произвела на Аластора?» и снова включила случайный поиск… еще секунда и… Группа «Ария» заливалась песней «Кто ты?». Солист вопрошал: «Кто ты? Наказанье или милость…». Ну ладно, не решил еще человек, кто я есть на самом деле.

«Почему Анайдейе такой грубый?» — решилась я на третью попытку… снова манипуляция с телефоном и вот ответ… «Секрет!» запел мне в ухо солист группы «Агата Кристи». Тьфу! Одно расстройство!

Дальше я уже просто слушала музыку. Саша приехал за мной (опоздав на семь минут) на служебной восьмерке. Я расстелила заранее приготовленное покрывало для собак и, разместив их на заднем сиденье, сама уселась спереди. Саша не показал большого удивления по поводу соседской собаки. Он вообще как-то равнодушно наблюдал за происходящим.

— Взяла еды на два дня? — ехидно спросил напарник, когда мы уже выезжали из моего двора.

— Только для собак, — я растерялась, — я думала, раз агентство приглашает, оно и покормит.

Саша минуту ехал молча, а я чувствовала себя дурой. И как я не подумала про припасы?

— Да, расслабься! — напарник препротивно рассмеялся надо мной, — я пошутил. «Хрисофемида» нас не бросит!

— Отлично, — я сделала задумчивый вид, — а то я уже придумывала, как бы у тебя еду свистнуть.

— Рискни, — Саша покосился на меня.

— Не нарывайся, — в тон ему ответила я и уставилась на дорогу.

Мы выехали из города и вскоре свернули на козью тропу вглубь леса. Ехали мы, ехали. Я любовалась лесом. То дубы, то елки и сосны. Красота. Дорога была относительно ровной, хоть и неасфальтированной. Вскоре мы выехали на поляну. Довольно просторную. С одной стороны границы поляны обозначил лес, а с другой — широкая река с довольно быстрым течением. Саша поставил машину в тени высоченного дуба. Я выпустила собак на волю. Они притомились, сидя в тесной консервной банке, иначе именуемой «ВАЗ 2108». Я вытащила свой рюкзак из багажника и уставилась на Сашу, который сидел, прислонившись спиной к дубу, и курил.

— Что? — наконец недовольно спросил напарник.

— А мы разве не будем ставить палатку? — вкрадчиво поинтересовалась я.

— Не торопись, — ровно ответил Саша и поднялся с земли, — здесь не все так просто.

— А где все? — не отставала я.

— Скоро приедут, — парень уставился куда-то вглубь леса.

— А сколько всего народу будет?

— Полностью два агентства, — Саше уже надоели мои расспросы.

Тут за деревьями что-то хрустнуло. Из чащи вышел старик фольклорной внешности. Белая борода и усы. Одет был в лохмотья и почему-то босой.

— Я все сделал как надо, — старик отсалютовал напарнику и посмотрел на меня, — наконец-то барышню привез с собой.

— Здравствуйте, — улыбнулась я старику.

— И тебе не хворать, доченька, — старик наклонился к земле, и на траве тут же появился маленький синий цветочек. Старик сорвал его и протянул мне. Вот это да! Это что леший?

— Спасибо, — я осторожно взяла цветок из морщинистых рук старика.

В этот момент на поляну заехали сразу пять машин. Мелькнула перед глазами и белая «Хонда». Сосед приехал совершенно один. Мелькнула и машина Аластора. В ней сидел сам хозяин и незнакомая мне девушка с черными волосами. Дальше был внедорожник. Оттуда вышли пятеро: трое мужчин и две девушки. В еще одной машине, тоже каком-то «паркетнике», прибыли мужчина и женщина. Потом на заднем сиденье я заметила еще одну девушку. Мужчина брюнет, а женщина платиновая блондинка. Девушка сидела в машине, и я ее почти не видела. Толком мне никого разглядеть не дал разрывающийся в кармане телефон.

— Алло, — я ушла подальше ото всех.

— Здравствуй, — ответил мне тихий баритон, — я тебя не разбудил?

— Нет, — я краем глаза заметила, как Саша пошел здороваться с новоприбывшими.

— Я сейчас на вокзале в твоем городе, — Кошмар говорил с надеждой в голосе, — мы можем встретиться.

— Боюсь, что не получится, — я старалась говорить как можно мягче, — я сейчас за городом, на пикнике. Вернусь в город только завтра.

— Как жаль, — Кошмар тяжело вздохнул, — что ж, я буду надеяться, что это не последняя наша возможность увидеться.