Шторм в моей крови - Оксана Сергеевна Крыжановская

они не будут, так как она часто пропадает. И ответила она таким тоном, что я сразу поняла: об этом она разговаривать не хочет.

— Моя мама была гениально танцовщицей и держала школу танца и гимнастики, а отец был её фанатом, и многие годы добивался внимания и, в конце концов, она ему уступила. И с детства она учила танцевать меня. Мне это нравились, действительно нравилось, но все же такого фанатизма, как у моей мамы, у меня не было. И ещё мне хотелось рисовать. Я даже однажды поругалась с родителями и пошла учиться в художественную школу. Вот только у меня к этому не было никакого таланта, и это было так обидно! У меня в голове жили таким красивые картины, но я не могла перенести их на бумагу. В результате я вернулась к танцам. Ты не подумай, я люблю танцевать, но мечтала я совсем о другом. В результате я занялась фотосъемкой. Ты знаешь, что такое фотография? — Я кивнула, и она продолжила. — Маме это не нравилось, но я стояла на своем. Мы с ней часто начинали ругаться из-за того. Притом, я с двенадцати лет стала принимать участие в междугородских соревнованиях. И маме не нравилось, что я трачу свободное время не на тренировки, а блуждания по городу, в поисках красивых кадров. Когда мне исполнилось шестнадцать лет, она умерла, — голос у Лизы дрогнул. — Тогда я впервые приняла участие в международных дружеских соревнованиях "Танцы народов мира". Точнее не только я, а ученице маминой школы представляющие Россию. Мы заняли третье место, на втором была Белорус, а на первом Казахстан. Мама, несмотря на то, что хвалила нас за третье место, все равно была расстроена. Это я видела по её глазам. Отец, чтоб отметить, даже такую победу, купил нам путевки в Крым. И там она утонула. Судорога ногу схватила, и вытащить её не успели. — Она замолчала, отхлебнула напиток и продолжила: — Потом отец нашел нам новую учительницу… Марину. Знаешь, насколько моя мама была одержима танцами, но отец оказался в разы её одержимей. Он мне просто проходу не давал, заставляя тренироваться, тренироваться и ещё раз тренироваться. И ругались мы с ним сильно из-за этого. Когда при очередной ссоре он разбил мои фотокамеры, я не выдержала: собрала вещи и ушла из дома. Вначале жила у подруги, а потом мы с ним все обсудили и он согласился снять мне квартиру и кидать на карточку деньги, главное, чтоб я ходила на тренировки и принимала участия в соревнованиях. В общем, отношения наши испортились. А два года спустя, мне тогда было девятнадцать, он вновь женился, на той учительницы. В прошлом году у него родился сын — Вова. Ты не подумай, — она кинула на меня встревоженный взгляд, — я не хочу сказать, что у меня плохой отец. Он любит меня, и я с Мариной подружилась, и Вовчика люблю. Просто мне кажется, что отец любит меня только из-за того, что я его дочь… даже скорей, дочь своей матери. Я очень на неё похожа. Как личность, человек, я ему безразлична. Помню Марина, увидев мои фотографии, предложила мне выложить их в интернет… эээ, я потом объясню, что это такое. А отец услышал её, разорался, что она мне голову ерундой забивает, и вообще соревнования скоро, а мы тут время тратим в пустых разговорах… Э, черт! — вдруг воскликнула Лиза и взволновано сказал: — Я вообще съехала с темы, и словно жаловаться тебе начала, извини. Я ведь со всем о другое хотела сказать.

— Лиза, — я схватила её за руки и дернула, заставив посмотреть на себя. — Не надо извиняться, и ты не жалуешься, ты — рассказываешь о себе! И я благодарно тебя за то, что ты доверяешь мне настолько, что готова поделиться со мной своей болью!

— Извини, — произнесла вновь она и осеклась, увидев мой раздраженный взгляд. — Просто, у меня такое чувство, что я все своё дерьмо вываливаю на тебя. Я просто хотела объяснить решение, которое я недавно приняла, и немного увлеклась.

— Что за решение? — спросила строго, не давая вновь заняться самобичеванием.

— У меня есть подруга Светка, — произнесла Лиза, заработав мой удивленный взгляд. — Помолчи, — выставила она руки вперед в жести "стоп", — не говори нечего, это важно. — Я махнула рукой, и она продолжила. — Так вот Светка любит читать книги фэнтези, и нередко про пападанок. Я тоже парочку читала, и меня часто удивлял вопрос: как они могли так легко согласиться остаться жить в другом мире? Особенно если это было какое-нибудь средневековье. Понимаю, в книгах все немного утрируется, но для меня это все равно было непонятно. До тех пор, пока я не оказалась на месте попаданок.

— То есть, — протянула удивленно, — ты хочешь остаться?

— Да, — её голос звучал неуверенно, но головой она кивнула решительно. — Я знаю это очень глупое решение, но здесь я словно задышала полной грудью, а в своё мире я задыхаюсь.

— Почему глупое? — с непониманием спросила я.

— Да потому что я не знаю, что делать дальше! — воскликнула она. — Головой я понимаю, что моё решение абсурдное и глупое, но сердце требует остаться тут! Понимаешь, в книгах попаданки зачастую или находили любовь, и оставались с мужиками, или оказывались сильными магами, и шли учиться в академии, или оказывались в телах каких-нибудь не менее крутых и влиятельных баб. Или приносили в средневековый мир прогресс из нашего и на этом деньги рубили. — Она подняла руки и обвела пространство вокруг себя. — Но что я могу внести в ваши миры?

— Хочешь, будешь жить в средневековье? — со смешком спросила я.

— Нет уж, спасибо, — с кривой улыбкой ответила девушка. — И мужика мне тоже можешь не предлагать.

— Ладно, — я внимательно посмотрела Лизе в глаза и серьёзно спросила: — ты действительно решила остаться?

Она колебалась секунду, но ответила на этот раз более решительно:

— Да.

— Тогда сейчас мы идем в твой мир, забираем нужные тебе вещи и ты прощаешься с родными, — продолжила я с серьёзностью. — Ты готова?

— Но где я буду…

— Ты готова?

Лиза посмотрела мне в глаза и ответила:

— Я готова.

***

Перед тем, как отправиться на Землю, хотя регистрационный код мира был C00879-T6578, мы заскочила ко мне домой переодеться. Лиза надела свою одежду, так как уже давно носила моей сестры, а потом выбрала мне то, что на её мнение, поможет не выделяться из толпы. В результате она выбрала сиреневый с зеленой вышивкой сарафан (мой) и черные туфли (моей сестры).