Елена Грушковская - Печальный Лорд

После обеда Джим вывел Илидора погулять в сад. Малыш резвился и бегал, и Джим еле успевал за ним следить, чтобы тот не затащил в рот что-нибудь грязное с земли. Разыгравшись, Илидор побежал от Джима, семеня маленькими ножками и подпрыгивая, как мячик. Джим погнался за ним.

— Илидор, стой!

Но Илидор не думал его слушаться и убегал, звонко смеясь. Вдруг из-за кустов скларии(6) возник рослый голубоглазый незнакомец в высоких сапогах и тёмно-синей шапке с козырьком. Он подхватил Илидора на руки.

— Попался! — сказал он с улыбкой. И тут же добавил ласково: — Не бойся, не бойся, маленький.

Джим, увидев, как его ребёнка схватил огромный незнакомец, сначала испугался, но потом взглянул в его добрые голубые глаза, и его опасения тут же рассеялись. Он сказал:

— Спасибо, что поймали его. Мне бы его не догнать.

Глаза незнакомца были чисты, как летнее небо, и смотрели на Джима с удивлением и восторгом. Он очень нежно прижимал к себе Илидора, и ребёнок его не боялся, а с любопытством рассматривал его шапку.

— Кто вы? — спросил Джим дружелюбно. — Я вас здесь раньше не видел.

Незнакомец моргнул своими чистыми глазами и ответил:

— Меня зовут Йорн… Я ваш новый садовник. Я только сегодня прибыл с Мантубы. А вы… Вы — милорд Дитмар?

— Нет, я его спутник, — ответил Джим.

Йорн осторожно спустил Илидора на землю, не сводя с Джима восхищённых глаз. Ребёнок запрыгал перед Джимом, протягивая к нему ручки. Йорн улыбнулся.

— Он хочет на руки, — сказал он.

— Я бы с радостью взял тебя, мой милый, — сказал Джим сыну. — Но мне нельзя поднимать тяжёлого.

— Давайте, я его подержу, — предложил Йорн.

И он снова взял малыша, с нежностью глядя на него, а потом вдруг поцеловал в щёчку. Илидор был очень ласковый и доверчивый малыш и очень любил целоваться, поэтому тут же потянулся к Йорну губками, а тот их нежно чмокнул и лучезарно улыбнулся. У него была очень открытая и добрая улыбка, и Джима вдруг безотчётно повлекло к нему.

— Давайте прогуляемся, если вы не заняты, — предложил он.

— С удовольствием, ваша светлость, — ответил Йорн. — Я понесу вашего малыша.

Они пошли по дорожке. Илидор уже доверчиво обнимал ручками Йорна за шею и то и дело тянулся целоваться.

— Кажется, вы ему понравились, — сказал Джим. — Сразу видно, вы любите детей.

— Очень, ваша светлость, — улыбнулся Йорн.

— Вам здесь нравится? — спросил Джим.

— О да, ваша светлость. Сад просто чудесный. Я мог только мечтать работать в таком.

— Он довольно обширный, — сказал Джим. — Вы уверены, что справитесь один? У нас ведь есть ещё и оранжерея. Если вам понадобится помощник, попросите милорда Дитмара.

— Ничего, когда работы много — это хорошо, — сказал Йорн.

— Поцелуй меня! — встрял Илидор, давно тянувшийся к губам Йорна.

Йорн засмеялся и подставил губы, и Илидор прильнул к ним влажным румяным ротиком.

— Я уже ревную, — шутливо заметил Джим. — Ну-ка, быстро поцелуй меня тоже!

Илидор поцеловался и с ним, не выпуская шеи Йорна из цепких объятий. Они гуляли по дорожкам, расчищенным от опавшей листвы, Илидор со смехом стащил с головы Йорна шапку и бросил её наземь.

— Илидор, не балуйся, — строго сказал Джим.

Он поднял шапку и отряхнул её, после чего заботливо надел Йорну на голову. Отряхивая её, он прочёл на золотистой полоске над козырьком надпись: «Мантубианский центр по подготовке персонала».

— Вы уже устроились в домике? — спросил он.

— Да, почти, — ответил Йорн. — Дворецкий обещал выдать новое постельное бельё.

— А можно мне к вам зайти? — попросил Джим. — Я ещё никогда не был в этом домике. Мне интересно узнать, как живёт садовник.

— Извольте, ваша светлость. Тогда нам направо.

Они свернули с главной аллеи на боковую, прошли до её конца и пришли к домику. Йорн, одной рукой прижимая к себе Илидора, другой отворил дверь и впустил Джима внутрь. Пройдясь по комнатам и осмотревшись, Джим проговорил:

— Не очень-то здесь уютно. Зимой здесь, наверно, холодно… Попрошу Эгмемона выдать вам не только постельное бельё, но и тёплое одеяло, потому что вот это, — Джим приподнял двумя пальцами край тонкого грязного одеяла, — никуда не годится. Как таким укрываться зимой?

— Заранее вам благодарен, ваша светлость, — сказал Йорн.

— Вы сегодня уже обедали? — спросил Джим.

— Да, ваша светлость.

— Вас хорошо покормили?

— О да, благодарю вас.

Джим увидел на тумбочке рамочку с фотографией. Взяв её, он поднёс её поближе к глазам и улыбнулся.

— Какой милый! Это ваш малыш?

— Так точно, ваша светлость, — тихо ответил Йорн, опуская глаза.

— А почему вы приехали без него? — спросил Джим.

— На Мантубе нам не положено иметь детей, но так получилось… — Йорн помолчал, прижал к себе Илидора. — Как только он родился, его забрали в приют. Там я навещал его два раза в месяц. А когда пришло распределение на работу, мне не разрешили взять его. Это старая фотография… Сейчас ему уже год и три месяца.

— Как это печально, — вздохнул Джим. — Как его зовут?

— Я назвал его Серино.

— Чудесный малыш. — Джим поставил фотографию на место. — Как жаль, что вы в разлуке… Что с ним теперь будет?

— Полагаю, в приюте он получит образование и пройдёт подготовку в центре, а после, как и я, отправится работать туда, где его специальность будет востребована, — проговорил Йорн и горячо поцеловал Илидора, который опять тянулся к нему губками.

— Ну что ж, нам, пожалуй, пора, — сказал Джим с грустной улыбкой. — Не будем отнимать у вас рабочее время.

— Что вы, ваша светлость, — пробормотал Йорн. — Мне было только в радость.

Он спустил на пол Илидора. Уходя, Джим с улыбкой протянул ему руку, и Йорн, вспомнив, что в таком случае нужно делать, осторожно взял её и приложился губами к запястью. Чудесное существо, оставив в домике грустный и тонкий запах духов, заскользило по дорожке прочь, уводя с собой непоседливого малыша. Проводив взглядом закутанную в светло-серый плащ фигурку, Йорн вздохнул.