Екатерина Голинченко - Мелодия Бесконечности. Симфония чувств

Как раз в одном из таких заведений, они с Джоном обсуждали детали нового проекта, когда азиат спиной ощутил тяжелый взгляд, извинился и поднялся из-за стола, проследовав в противоположный конец зала:

— И кто же твоя жертва на сей раз, Аманда? — оставив партнера в обществе одной из своих лучших хостес — юной Лали-Мей, весьма талантливой и многообещающей, ещё на достигшей расцвета своей красоты и женственности, но уже теперь искусно использовавшей свою образованность и своё обаяние, умело поддерживая непринужденную беседу практически на любую тему и следя, чтобы у клиента постоянно в достатке были лучшие выпивка и еда, услужливо подливая в бокал или прикуривая от элегантной зажигалки, которая была всегда при ней, Ондзи проследовал мимо соседнего столика и задержался, едва не потерявшись в порочном омуте глаз болотного цвета.

— Знаешь его? — сидящая за ним в расслабленной позе, миниатюрная зеленоглазая блондинка с аппетитными формами, которые выгодно подчеркивало стильное платье по фигуре под цвет её глаз, перевела томный взгляд с азиата на темноволосого мужчину со смуглой кожей и удивительными глазами в обрамлении черного бархата ресниц, — хорош, правда?

— У тебя, соглашусь — отменный вкус, крошка, только этот мужчина тебе не по зубам, — Ондзи снисходительно покачал головой, — он женат и безумно обожает свою жену, которая готовится произвести на свет их детей. К тому же, ты — не в его вкусе, куколка, он не поведется на тебя.

— Спорим? — очаровательно улыбнулась она, периодически посылая заинтересованный взгляд в сторону Джона, — Это даже удивительно с его вкусом — видела я эту его девчонку, не впечатлила, ни чем не выдающаяся посредственность. Чем же она для него особенная? Совершенно обычная, каких тысячи, — блондинка небрежно наматывала между пальцами свои белокурые локоны, — Посмотрим, что ты скажешь, когда я вырежу его глаза и сердце и преподнесу госпоже Лауре. Но, прежде я получу удовольствие от его роскошного тела, а то, что он женат — так это даже интереснее, ведь, если что-то достается слишком легко, то уже не приносит такого удовлетворения, да?

— Что же, тогда удачи, детка, только не в моём заведении, — мягко прошептал он, легко коснувшись её изящного плеча, не утруждая себя переубеждать её, что эта девочка настолько необычна, что ей этого не понять, — и не приходи потом ко мне плакаться, — та лишь фыркнула, пожав плечами.

— Господин Дестинофф, здесь становится слишком людно и шумно — не желаете ли продолжить обсуждение условий дальнейшего нашего сотрудничества в более подходящей обстановке? У меня в офисе есть не начатая бутылка отличного итальянского вина, — предложил азиат, сияя идеальной улыбкой.

Потом Ондзи ещё не раз будет задавать себе вопрос, что же двигало им в тот момент, когда он хотел отвести опасность — его всё ещё раздирали сомнения, но было ещё что-то — что заставляло его сердце биться быстрее, ради чего он продолжал жить и дышать, что жило в ясных голубых глазах, которые он постоянно выдел перед собой.

— Благодарю, господин Танака, — Джон вежливо отклонил приглашение и тоже поднялся со своего места, — но меня ждут дома. Спасибо за приглашение, но — как-нибудь в другой раз, ладно?

— Ну, разумеется, — облегченно выдохнул Ондзи, — Передавайте моё почтение мадам и сенсею с супругой. Я провожу вас, заодно перекурю, — и они удалились, церемонно простившись с маленькой японкой в национальном кимоно из, расписанного вручную цветами, шелкового полотна.

— Черт! — сердито выругалась блондинка, провожая их возмущенным взглядом, — Ондзи, что же ты задумал? Ты решил вести собственную игру? — она провела наманикюренным пальчиком по подбородку, — Госпоже это совсем не понравится…

«Не важно, как быстро летит свет, — темнота уже на месте».

«Смерть — единственный Бог, который приходит на зов».

— Ну всё, мои все уже разошлись, — бросила на ходу маленькая азиатка, направляясь в гримерную, когда зал уже опустел, — Я пошла переодеваться. Аманда, ты ещё остаешься? — блондинка утвердительно мотнула головой, всё ещё продолжая злиться, — Тогда я пошла. Пока! — Мей помахала ей рукой, когда через несколько минут явилась, уже переодевшись в свою любимую матроску. Вместе с кимоно она сняла и свою маску, за мягкой улыбкой которой скрывалась настоящая она.

— Эй, куколка, тебя подвезти? — на улице из джипа-внедорожника девушку окликнула компания навеселе, — Как насчет прокатиться? С нами будет весело, обещаем.

— Нет, спасибо, но нам не по пути, — Мей махнула рукой и продолжила свой путь.

— Ты не поняла, детка, — двое парней вышли из машины, один из них остановил девушку за руку, — Нам не отказывают.

— Тогда я буду первой, — она решительно высвободилась от его хватки.

— Садись в машину, живо, — её снова схватили за руку, пытаясь усадить в салон автомобиля.

— Отвали! — девушка исхитрилась снять с ноги туфель и со всей силы ударила, шпилькой раздробив кисть нападавшему, тот взвыл и больно ударил её по лицу, от чего она упала, выронив туфель с окровавленным каблуком.

— Ах, ты дрянь! — другой парень схватил её за волосы, поднимая с земли, — Ты пожалеешь, что на свет родилась.

— Что здесь происходит? — на другом краю стоянки Джон уже докуривал и собирался садиться в машину, когда услышал крики, он потушил сигарету и поспешил на шум, — Оставьте девочку в покое, ни куда она не поедет с вами, — спокойно произнес мужчина.

— Да что ты говоришь! Ты кто такой — экстрасенс, что ли? Чувак, иди, куда шел, — один из компании указал в противоположном направлении, — Эта девчонка опасна хуже фурии.

— Я не достаточно ясно выразился? Двое против одной, — нехорошо ухмыльнулся Джон, — Думаю, что это она в опасности. Я не могу её так бросить здесь.

— Дядь, не вмешивайся, — девушка замотала головой, но мужчина не собирался отступать, — не стоит…

— Поздно, чувак, ты уже нарвался, — из машины вышло ещё двое, — Ты отнимаешь у нас время. Но, ты не переживай, дорогуша, сейчас мы разберемся с ним, а потом с удовольствием займемся тобой.

— Какое совпадение — я тоже спешу, — Джон сосчитал — их уже четверо, ну ничего, и не такое проходили. Им и невдомек, что самым страшным и тяжелым для него было противостояние с братом, но это было в прошлом. А сейчас ему уже ничего не страшно, кроме судьбы близких, и такими дешевыми номерами его не испугать.

— На тот свет спешишь, дядя? — они подошли ближе.