Карина Хелле - Рыжая лиса

— Нет, Ада. Что мама имела в виду насчет моей головы?

Большие густо накрашенные глаза Ады невинно смотрели на меня.

— Не знаю. Я похожа на маму? Она боится, наверное, что ты потеряешь паспорт или кошелек, или даже билеты на самолет, или телефон, или что еще там можно потерять днем?

— Нет, — я медленно покачала головой. — Дело в другом. Она не отпускает прошлое.

— Может, дело в том, что ты так легко им врешь. Что это было с начальницей, отпустившей тебя и поверившей в ваше шоу? Тебе за это еще прилетит. Я в этом участвовать не буду.

— О, будто ты вся идеальная. У тебя нет работы, но на тебе каждые выходные туфли за четыреста долларов. Не говори, что это за рекламу в блоге, потому что ты ее там публикуешь редко.

— Ты ничего не знаешь, — быстро сказала Ада и принялась собирать со стола оставшиеся тарелки.

— Я знаю, что у тебя есть большая кредитка, — возразила мстительно я. И глубоко вдохнула. Зависимость от покупок сестры и ее долги были не моим делом, но я почему-то злилась.

Она опустила на стойку тарелки с громким звяканьем, но не обернулась.

— И я знаю, что выплаты у тебя были месяц назад. Если ты с этим не разберешься, это выйдет тебе боком.

Она резко развернулась, обесцвеченные волосы взметнулись от подросткового гнева.

— Ты копаешься в моих делах?

— Я искала в твоих ящиках свою футболку с концерта «Rush», но наткнулась на стопочку секретных писем. Я не смотрела. Состояние и так понятно.

Так и было. А еще я нашла там пачку презервативов. Скажу вам, нет ничего страшнее, чем доказательство того, что у твоей пятнадцатилетней сестры мог быть секс.

Но эту тему я подниму в другой раз.

— И что? Расскажешь маме с папой? — натянуто спросила она, но я видела в ее глазах страх.

Я поднялась и отставила тарелки. Я прислонилась к стойке и скрестила руки. Было сложно выглядеть авторитетно, когда в тебе 157, 5 сантиметров роста, а младшая сестра на четыре дюйма выше тебя.

— Нет. Я не буду им говорить. Это не мое дело. Но я хотела бы, чтобы ты пришла ко мне, если у тебя проблемы с деньгами.

Ада рассмеялась и принялась ополаскивать тарелки.

— Ага, будто ты поможешь мне с финансами. У тебя даже работы нет.

— Ну, я не врала о том, что мне будут платить за шоу, так что работа у меня есть.

Просто не самая прибыльная. Но ты все равно можешь прийти и поговорить, даже если я не могу помочь.

Я знала, что мы с Адой не были близки, и хотя за последний месяц я сильнее прониклась к ней, до нормальных отношений было еще далеко. Но я знала, что первый шаг — быть союзниками, а не врагами. Для меня это значило мочь доверять друг другу.

Даже если мы при этом пытались как-то обмануть родителей, было неплохо иметь напарника по преступлению.

— Ладно, — медленно сказала она. — Постараюсь вспомнить это в следующий раз.

На этом мы закончили обсуждение темы и пока мыли посуду, обсуждали знаменитостей или подшучивали. Такой вечер был милым и уютным перед неизвестностью, ждущей меня в Нью-Мексико с полтергейстами и Дексом.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ:

Полет в Альбукерке был в семь вечера, и я могла легко попросить кого-то из родителей подвезти меня в аэропорт. Но я упрямо приехала сама на мотоцикле. Рюкзак был маленький, и я смогла прикрепить его к Тыр-тыру, так что не пришлось сидеть в машине с родителями. Я знала, что они были готовы читать мне нотации с того момента, как я рассказала им о путешествии, а я не хотела опять врать про работу. Хоть мне и не нравилось это признавать, но Ада была права. Ложь мне когда-нибудь выйдет боком.

Хотя было немного печально, как и страшновато, садиться на самолет одной, когда меня никто не провожал. Я смотрела, как люди прощаются с любимыми, как парочки машут друг другу через окно. Это кололо меня, ведь у меня в жизни такого не было.

И это напоминало мой прошлый полет. Декс помахал мне на прощание, хоть и пошел потом за машиной и поехал домой к своей девушке.

Ах, да. Дженнифер Родригез. Девушка. Никогда ее не встречала и не знала, какая она (кроме редких размытых комментариев Декса), но она мне не нравилась. Я даже не знала, почему она меня так раздражала, но что-то в ней было. Это не было в новинку для меня, я ненавидела многих без причины. Но это меня тревожило.

Я думала, что дело в том, что она была девушкой Декса, это разжигало во мне желание соревноваться. Но к Дексу я чувствовала скорее раздражение, чем страсть, и я даже не ревновала, когда думала о них вместе (и это хорошо, потому что я точно не хотела пускать слюни по Дексу снова). Нет, думаю, Дженнифер так задевала меня, потому что она была воплощением всего, чего у меня не было. Она была успешной ведущей. Она была высокой, худой, красивой и сексуальной, я не смогла бы этому научиться и за миллион лет.

Мне казалось, что она из тех, кому не нужно толком работать, а люди всегда будут наклоняться, чтобы посмотреть на ее задницу. Она была просто золото, не иначе.

Она воплощала все, что я ненавидела, и не только, хотя при этом я хотела бы быть похожей. Что со мной не так?

К счастью, все три часа полета я об этом не думала, хотя со мной могло такое быть. Я уже слишком много времени потратила на нервы.

На нас давила необходимость сделать все правильно в этот раз. Ни у кого не получается хорошо с первого раза, и все недостатки черновой серии (а их было много) были понятными. Но если не удастся и в этот раз, мы не сможем оправдаться. Я должна была не только знать, о чем говорить, но и выглядеть так, словно я знаю, о чем говорю. С первым помогут книги, но проблема была в уверенности в себе. Мне будет сложно это подделать.

Самолет опустился около десяти вечера. Я смотрела на черноту за окном и желала, чтобы мы приземлялись днем, чтобы я хоть смогла увидеть, как выглядит Альбукерке.

Было что-то неприятное в приземлении в неизвестном месте в темноте.

Я забрала свою сумку в нужном отделении и пошла по удивительно маленькому, но приятному аэропорту, но тут я почувствовала слабость в коленах. Я скользнула в уборную и промокнула влажным бумажным полотенцем щеки, пытаясь перевести дыхание, что стало частым. Я нервно наложила румяна, подводку и помаду, присыпала лицо пудрой, быстро провела по волосам расческой. Выглядела я хуже, чем во время полета, но сердце начало успокаиваться, и я уже могла твердо стоять на ногах. Было даже смешно, что эти приступы паники случались в странное время. Я не знала, почему я так нервничала из-за встречи с Дексом. Я глубоко вдохнула и вышла из уборной.

Я шла к отделению багажа и прибытия уверенно, думая, что он где-то там ждет меня.

Я искала в толпе его лицо. Я хотела сказать, что увидела знакомое лицо, но на пару секунд забыла, как он выглядит.