Карина Хелле - Рыжая лиса

Я согласилась. Я надеялась, что у них есть книги «Как сняться в успешном шоу, не выглядя ужасно» и «Декс Форей: Когда в городе безумие — иди в библиотеку».

К сожалению, таких книг в библиотеке делового района не было. Но зато я нашла вполне стоящие книги о полтергейстах. Такие книги брать было страшновато — вдруг они начнут светиться или творить нечто странное: например, летать ночью по комнате. Мне уже хватало кошмаров о койотах-убийцах и клыкастых привидений, еще сильнее раззадоривать ужасы не хотелось, но я не хотела, чтобы нас и дальше обзывали, как упомянул это Декс.

Полтергейсты, по большей части, казались неупокоенными несчастными душами, решившими отомстить всем людям и любящими проделки. Я знала, что если умру, то точно стану такой же. Было заманчиво появляться, бросаться мусором и пугать горемычных людишек, выгоняя их из дома забавы ради. Мне даже захотелось встретиться с этими призраками-забияками.

В то время, когда я не изучала эти книги, я делала вид, что ухожу на работу. К четвергу меня уже запомнили в Интернет-кафе, ведь я почти неделю провела в обществе работников, подавая резюме куда возможно. Менеджер даже предложил мне работать у них, если я ничего не найду. Это было мило, но я не была общительной, так что работа с клиентами у меня выйти не могла и опозорила бы кафе. И кто знает, зачем я и дальше продолжала подавать резюме на должность секретаря.

Родители не узнали, хотя я каждую минуту испытывала в их присутствии паранойю.

Я знала, что у них нет причины спрашивать, ухожу ли я утром на работу, но это не мешало мне оставаться настороже на случай вопроса: «Как там работа?».

Сложнее стало, когда мне пришлось сказать им, что я еду в Нью-Мексико на выходных. Я решила сделать это за ужином в среду, когда они уже выпили пару бокалов вина, а Ада была в нормальном настроении. Мне понадобится ее поддержка.

— А еще, — сказала я, гоняя по тарелке курицу, — завтра я отправляюсь в Нью-Мексико.

Отец даже выплеснул немного вина.

— Что? — он быстро вытер подбородок.

— Нью-Мексико? Перри, о чем ты? — спросила мама, тут же встревожившись.

— О, это для шоу, — беспечно сказала я. — Будем снимать там следующую серию.

— Следующую? Я думал, это на один раз, — сказал папа.

— Нет, я сказала, что это черновик, и если он будет успешным, то мы продолжим. И, в отличие от вас двоих, другим понравилось, и босс Декса попросил нас продолжать. Там на ранчо есть полтергейст или что-то похожее, и мы поедем туда снимать.

Папа вздохнул, снял очки и сжал переносицу, так он делал, когда пытался взять себя в руки. Мама качала головой, озадаченная заявлением.

— Нельзя так взять и поехать в Нью-Мексико, — сказала она. — Они не знают, что у тебя есть настоящая работа?

Я чувствовала на себе взгляд Ады. Я быстро кивнула.

— Да, знают. Я спросила у начальницы, и она не против. Она видела шоу и его потенциал.

Папа вернул очки и отодвинул стул, вцепившись в стол.

— Не верю.

Я пожала плечами и уставилась на свою курицу.

— Она сказала, что я легко могу получить четыре дня выходных.

— И тебе оплатят два дня отсутствия? — спросил он.

— Конечно, нет, но…

— Перри, мы с твоей мамой ни капли не верим.

Я рассмеялась. Не сдержалась.

— Вы даже не знаете, что она думает.

Я посмотрела на маму. Я держалась, но и папа не отступал.

Она глубоко вздохнула.

— Если на работе Перри отпустили, то пусть едет. В этот раз. А потом посмотрим, что будет.

Я самодовольно взглянула на отца, а он ответил:

— Ты понимаешь, что это плохо для тебя? Только повысили, а ты сразу берешь отгулы? Это плохо выглядит.

— Думаешь, я бы это делала, если бы это вредило работе? — спросила я с такой уверенностью, что это даже зазвучало правдиво. Ада пнула меня под столом. Я чувствовала себя ужасно. — И еще, — продолжила я, — мне заплатят за работу на этих выходных. Оплата почасовая, но все равно хоть что-то. Перелет и проживание покроют.

Так что я даже плюсы от этого получу.

Отец смотрел мне в глаза, пытаясь понять, вру я или нет. Удовлетворившись, он отвел взгляд и пожал плечами. Я знала, что если поднять тему денег, он сдастся.

— И ты, наверное, поедешь с этим Декстером? — сказала мама.

— Декс, а не Декстер. Это сокращение от Деклана. Как-то так, — заявила я. — И, да. Он же оператор. И продюсер. Иначе я одна буду ходить по пустыне и говорить сама с собой.

— Все равно мне не нравится, — сказал папа, встал со стула и понес тарелки к рукомойнику.

— Тебе ничего не нравится, — встряла Ада.

Он отмахнулся и покинул комнату, побеждено держась за голову.

Мама проводила его взглядом и устало улыбнулась:

— Не думайте о нем. Девчата, не против убрать?

Я покачала головой.

— Не против. А тебе тоже не нравится идея поездки?

Она опустила взгляд, свет отметил морщинки на ее лбу. Я ненавидела моменты, когда понимаешь, что твои родители стареют.

— Я бы не хотела. Не из-за того, о чем тревожится твой старый папа, но… ты моя дочь. Мне не нравится, что ты покинешь страну. С каким-то странным мужчиной.

— Не такой уж он и странный, да и… уже знакомый, — сказала я и заметила, что она тревожится сильнее. — Он не незнакомец, я так хотела сказать. Он позаботился обо мне в прошлый раз. Ты же говорила с дядей Алом.

— В прошлый раз? Вы чуть не взорвали маяк Ала.

— Но я выжила… — возразила я.

— Я беспокоюсь, — сказала она, положив ладонь на мою руку. Мама редко проявляла любовь, так что этот жест был трогательным.

— Все будет хорошо. Декс… умный, — я уверенно улыбнулась. Было словно описать Декса нормально. А сексуальный мама не приняла бы.

— Я беспокоюсь о тебе, Перри. Не об этом парне. Не о шоу. А о тебе и твоей голове.

Я вытащила руку из-под маминой ладони и колко посмотрела на нее.

— Все с моей головой в порядке, — медленно сказала я. Не знаю, почему родителям нужно было так сильно меня опекать. Случившееся в прошлом осталось в прошлом.

Порой я думала, что все это было в их головах, а не в моей.

Она сцепила ладони и кивнула.

— Ты права. Знаю. Я просто беспокоящаяся мама.

Она повернулась к Аде, безмолвно сидевшей рядом со мной, озираясь.

— Хоть ты останешься на выходные?

Ада кивнула. Мама встала, неловко погладила ее по голове и ушла из кухни к лестнице.

— Что за фигня? — спросила я, повернувшись к Аде.

Она пожала плечами.

— Не знаю. С чего мне оставаться все выходные дома?

— Нет, Ада. Что мама имела в виду насчет моей головы?

Большие густо накрашенные глаза Ады невинно смотрели на меня.