Забытая жена из горного края - Ника Цезарь

кивнула я, группируясь. Ведь девушка с визгом кинулась на меня, сжимая в объятиях и заваливая на землю. — Это же чудесно! Ты будешь жить! Мы вернёмся домой… к отцу, — её голос затих, а она сама нахмурилась.

— Он расстроится, — констатировала я.

— Нет! Что ты?! — отвела она взгляд, а я продолжала молчать, скептически выгнув бровь. — Ты права. Расстроится. Это плохо, — сев на песке, она устремила озабоченный взгляд вдаль, хмурясь.

— Мы справимся! — взяла её за руку, — мы всегда были вместе и справлялись с невзгодами.

— Но, Лин, до этого у нас и не было настоящих проблем. Никто не воспринимал тебя как настоящую угрозу, а теперь…

— Теперь будут.

— А может, уехать? — с надеждой выдохнула она.

— Ты не хочешь возвращаться? — нахмурившись, я не видела для этого причин.

— Теперь, когда ты здорова, отец выдаст меня замуж. До этого он ждал, не торопился…

— Когда товар вырастет в цене? — хмыкнула я.

— Лин! — укорила она меня. — Мы все, в конце концов, товар. Ты права, он постарается сбагрить меня по выгодной цене, и сдаётся мне, что единственным, кто её даст, будет старик Дункан, — девушка брезгливо передёрнула плечами. — Ни одна из его шести жён не прожила больше пяти лет…

— Ты не выйдешь за него, — констатировала я, подавляя в душе волну возмущения. — Ты очень красива! Неужели, не найдётся молодого и доброго парня?

— Я хоть и красивая, но бедная невеста. Все те, кто вились в замке за мной, стоит им узнать, что ты здорова, исчезнут, как звёзды с рассветом. Да и не мил мне никто, ты же знаешь… — она с грустью положила голову мне на плечо. Я вначале задеревенела, а потом, улыбнувшись, расслабилась, мысленно представляя, как моя медвежья шкура приподнимает угол и падает на плечи… подруги.

— Лин? — удивлённо вскинула она голову, но, получив от меня молчаливый кивок, заново положила её на плечо.

Где-то через полчаса я почувствовала, что слабею. Тёплая шкура исчезла, а над головой сгустились тучи и раздался гром. Взявшись за руки, мы поспешили в наш временный дом. Дождь хлынул, когда мы были в пяти минутах от него, и нам пришлось бежать. Несмотря на слабость и пережитое, у меня в груди набух бутон счастья. Я чувствовала дуновение молодости на лице и задор, оттого смех звонко сорвался с моих губ.

— Глупышки! — позже укоряла нас Моргана. На наше счастье, в доме горел очаг, и мы, примостившись на колченогих табуретах, сушили длинные волосы около огня. «Нам бы фен и тёплую ванну», — мысленно хмыкнула я, а после дала себе зарок, что это мои последние сожаления о былом мире. Я сама согласилась на эту судьбу.

Мои волосы похрустывали, перебираемые тонкими пальцами, как пересушенная на солнце солома. А из-под подола длинной шерстяной юбки выглядывали аккуратные пальчики. Наши накидки и чулки сохли тут же, на верёвке рядом с очагом. И, несмотря на слабость, я была счастлива.

— Сейчас каллен скинк подогрею, и вы моментально согреетесь, — ворковала она, ставя в очаг котелок.

— Откуда?! — удивилась Давина.

— Местные подобрели, — повела плечом женщина, — мы платим золотом, а здесь это невиданное дело. Большинство из местных таких денег и не видывали, да и что греха таить — не увидят. Они же здесь настоящие дикари и на большую землю выбираются только раз в год, когда везут товары на продажу.

Мой желудок радостно заурчал, почувствовав копчёный рыбий аромат. Слюнки потекли, я не спускала с котелка глаз. Такое блюдо обязано быть вкусным, ведь аромат был божественный! И как только я поднесла первую ложку ко рту, то в этом убедилась. Блюдо было сытным и согревающим, самое то в такую дождливую погоду. Сюда бы ещё молодого зелёного лучка и горячего хлеба с творожным сыром, но такую роскошь я здесь пока не видела. Но на будущее сделала себе заметку это доработать.

Мы тихо обедали, когда со двора донёсся шум, и распахнулась дверь.

— Леди Моргана, Дави расшибся! — проговорил один из наших охранников — рыжеволосый Грэхем, отчего мы тут же подскочили.

— Как?! — требовательно переняла я инициативу, получая в ответ удивлённый взгляд мужчины. Он с сомнением посмотрел на мою тётку, прежде чем ответить. Краем глаза я уловила её молчаливое согласие, выраженное кивком, и поморщилась. С одной стороны, мой напор — отголосок былой жизни, там чаще всего именно я несла ответственность за других, но с другой стороны, Эйлин целый месяц мне твердила, что я должна в этой жизни нести ответственность за моих людей и родственников. Я — хозяйка, я — леди. Но вот, кажется, сама она этим не пользовалась. Никто не считает меня хозяйкой, я поторопилась. А вот Моргану — вполне.

— Пацан сорвался с камней около берега. Донни сейчас принесёт его в сарай, ещё дышит, бедолага.

Я тут же ринулась в указанном направлении, чувствуя спешивших за моей спиной родственниц. Их испуганное дыхание и обречённый стон, когда мы увидели парня.

Он был без сознания, его лицо побелело, словно лист, в то время как рубаха и старенькие штанишки пропитались алой кровью, что сочилась из ран.

На мгновение меня накрыл тайфун эмоций, перенося в самый ужасный день моей прошлой жизни. И только железным усилием воли я заставила себя оставаться здесь и сейчас.

— Кладите его сюда! — велела, указывая рукой на тюфяк, что служил кроватью для кого-то из моих людей.

2. Tha an èadhar timcheall orm coltach ri craiceann mathan blàth — воздух вокруг меня — словно тёплая шкура медведя.

Глава 4

— Я, кажется, забыла помидоры! — засуетившись, я полезла в большой пакет. — Сгниют же до следующих выходных!

— Точно? Смотри лучше! — муж недовольно стукнул по рулю. Возвращаться был не его вариант, мы уже въезжали в город.

— Мама, я хочу писать, — внёс свою лепту шестилетний сынок, что, отложив машинку, жался на сидении рядом со мной.

— Гриш… — позвала я мужа.

— Слышу, — недовольно бросил он взгляд на заднее сидение, — дотерпишь до дома? Ты же у нас мужик, а мужики должны уметь терпеть! — попробовал он повлиять на сына, на что тот, сжавшись, кивнул. Я же тем временем продолжила искать чёртовы помидоры.

— Может, в багажнике? Ты не складывал?

— Нет, — рыкнул муж, — говорил же тебе быть внимательней! — оглянулся он вновь, чтобы укорить взглядом.

— Может, всё же вернёмся? — мягко улыбнулась я, продолжая удерживать его взгляд. Я уловила в нём желание, что смягчило черты его лица и разгладило недовольную морщину на лбу.

— Ладно… — вернул муж взгляд на дорогу, резко разворачивая руль, — вернёмся!

Мы с сыном засмеялись;