Факультет бытовой магии. Охота на принца - Матильда Старр

— Это не стиралка! Это… это… адская хрень! — почти выкрикнул парень.

И вдруг созданное мною чудовище как-то уж очень натурально всхлипнуло. На «лицевой» стороне образовались крупные капли, уж очень похожие на слезы. Они сами собой превратились в ручейки, а спустя мгновение она натурально рыдала.

Мне отчего-то стало ее нестерпимо жалко. Я, может, тоже бы разрыдалась, если бы меня назвали адской хренью. А может быть, и покусала бы.

— Ну, знаешь, никто не идеален, — буркнула я парню.

Но он на меня уже не смотрел. Зато с каким-то неожиданным интересом уставился на плачущую стиралку.

Я приблизилась к ней и осторожно погладила по белой крышке.

— Не плачь, стиралочка… В мире много нехороших людей, которые так и норовят тебя обидеть. Что же теперь, из-за каждого слезы лить? Тем более что хороших людей в мире гораздо больше.

— Так ты что, на ее стороне? — возмутился парень. — Она, между прочим, на меня набросилась!

— Точно набросилась? Вообще-то она убегала. От меня. Я каким-то образом ее оживила… Потом хотела разоживить, а она наоборот не хотела…

Слезы на белой поверхности высохли, стиралка бочком, бочком придвинулась ко мне, как испуганный щенок к хозяину. Ну-у, здоровенный такой щенок, размером… примерно со стиралку.

— Ну… — парень явно смутился. — Она вылетела из-за кустов, врезалась в меня так, что чуть с ног не сбила. Да, я стал защищаться. А что я должен был сделать? Подружиться с ней? Подарить цветы? Или, может, предложить сыграть в шахматы?

Во-от… Вот он главный вопрос: что теперь делать?

Уж точно не в шахматы играть.

Вернуть стиралку в ее первоначальное состояние я никак не могла бы — заклинание сработало не просто в одну сторону, а ещё и неправильно, в обратную — уже никак. Да, честно говоря, и не хотелось мне. Слишком уж доверчиво она сейчас ко мне прижималась. Оставить как есть тоже нельзя. Пропажу стиралки из прачечной точно заметят. Да и с ней самой что делать? Вывести за ворота академии и выпустить на волю? Не вариант.

А главное — ее уже заметили! Скрыть ничего не получится.

— Какой курс? — вдруг спросил парень строго.

— Второй… — от неожиданности я даже не сообразила соврать.

— Бытовичка? — теперь он не спрашивал а скорее утверждал.

Мне ничего не оставалось — только кивнуть.

— Дай взгляну на твой агрегат.

Стиралка жалобно пискнула и попыталась спрятаться за мою юбку. Учитывая ее размеры, задача была трудновыполнимой.

— Зачем? — с подозрением спросила я.

Он посмотрел на меня как на тупицу.

— Разобраться, что ты там накуролесила со своим экспериментом. Вообще-то довольно любопытный эффект… Она получилась очень даже… Дай-ка посмотрю…

Надо же, разбиральщик нашелся! Парень выглядел обычным студентом, ничуть не старше меня. Надо сказать, хорошо выглядел… Так, сейчас не об этом.

— Ты сам-то с какого курса? — с насмешкой спросила я.

— Аспирантура… — буркнул он и, мне показалось, грустно вздохнул.

Вообще-то аспиранты — это тебе не студенты. В аспирантуру берут лучших. Многие из них занимаются серьезными исследованиями и могут заткнуть за пояс иных преподавателей.

— Ну… — неуверенно протянула я.

С одной стороны, было бы неплохо, если бы кто-то знающий выяснил, что именно я сотворила. С другой стороны, с чего я взяла, что этот незнакомый тип и есть тот самый знающий?

Стиралка мелко задрожала и прижалась ко мне еще крепче.

— Не бойся, не обижу. — Это он сказал не мне, а стиралке.

На его лице явственно отразилось внезапное озарение, парень поспешно скинул ботинок, затем стянул носок и, опустившись на корточки, протянул носок на вытянутой руке куда-то в область моих колен.

Глава 8

Да он ее приманивает! Носком!

— Вообще-то у нее уже есть носки, целых два, — сказала я с непонятной для меня самой ревностью.

Сказала и задумалась.

Стиралка выбивала двери, носилась по ступенькам, плевалась пеной и даже умудрилась покусать аспиранта. Шансы на то, что мои носочки все еще там, крайне невелики. Ну неужели он и правда думает, что из этого что-то получится? Так она его и подпустила, после всех гадостей, что он наговорил.

Пока я так размышляла, стиралка сначала выглянула из-за моей юбки, а потом осторожно, мелкими шажками, как испуганный олененок, стала приближаться к аспиранту.

Вот же предательница!

Хотя, пожалуй, это к лучшему. По крайней мере, теперь становится понятно, чем ее можно приманить. А что-то мне подсказывало, что это знание еще пригодится.

Когда стиралка подобралась вплотную к аспиранту, он не обманул: забросил носок в широко раззявленную пасть. Стиралка схватила угощение, захлопнула крышку и с довольным урчанием стала крутить свою добычу.

Ну надо же, она действительно стирает! Живая или не живая, а все-таки помнит о своем предназначении. Это вызывало, как минимум, уважение.

Аспирант же, воспользовавшись ситуацией, стал ощупывать машинку, разглядывать со всех сторон и даже немного помассировал воздух над ней. Вид у него был при этом умный и сосредоточенный, что в целом аспирантам свойственно. Во всяком случае, когда они не ругаются и не дерутся с бытовыми приборами.

Отвлекся от стиралки он не раньше, чем через четверть часа. Вскинул на меня совершенно ошалевший взгляд:

— Что такое ты с ней сотворила? И вообще, как тебе это в голову пришло? Не понимаю, зачем кому-нибудь может понадобиться одушевленная стиралка…

Услышав эти слова, та самая одушевленная стиралка поперхнулась носком и опять зарычала, уже не так миролюбиво.

— Прости, прости, — спохватился аспирант. — Ты, конечно, очень нужная, и вообще, я бы сказал, уникальная. Очень интересная, особенно с точки зрения науки.

Машинка замерла на несколько мгновений, явно обдумывая его слова и затем опять довольно заурчала, прокручивая носок. Тут, в целом, я была с ней согласна. Кому угодно понравится, когда ее назовут умной, интересной и даже уникальной.

А этот аспирант силен в дипломатии!

— Я не собиралась одушевлять. Вообще-то я собиралась сделать так, чтобы она после стирки сушила и гладила белье…

Стиралка презрительно фыркнул. Это, видимо, следовало понимать, как: «Я что, дура что ли, работать чужую работу?»

— А что именно ты для этого сделала? — продолжал допытываться любопытный аспирант.

— О боги, какая разница, что я сделала! Важно другое: что мне делать сейчас!

— Разница большая. У меня все еще нет темы диссертации, а это, — теперь он смотрел на стиралку с искренним восхищением и даже с некоторой нежностью, — очень даже тянет на открытие.

Его слова мне совсем не понравились И стиралке, похоже, тоже. Во всяком случае, она снова прервала свое любимое занятие и замерла, ожидая продолжения.

— Ты хочешь ее всем показать? Отдать