Пять невест и одна демоница. Трилогия (СИ) - Демина Карина

Или нет?

А если… средневековье, где рыцари обретались, не зря считалось мрачным. И… и вдруг ему точно демон нужен, а я – нет? Вдруг, узнав правду, он меня… в жертву принесет? Или просто прибьет, чтоб не мучилась?

И… как быть?

– Желание? – шепотом поинтересовалась я.

Ричард кивнул. И добавил:

– Когда исполнишь его, я отпущу тебя в Бездну!

– Домой, то есть?

Он снова кивнул.

Перспектива вырисовывалась, мягко говоря, сомнительная.

– То есть, я исполню твое желание, а ты… меня отпустишь? – я нахмурилась. Сомнений в ошибке не осталось.

Но…

– И чего ты хочешь? – я решила сперва уточнить, а потом уже рушить чужие надежды.

Ричард замялся.

И покраснел.

Хорошо так покраснел. Прямо дурные мысли в голову полезли. Но потом я подумала, что нужно быть редкостным извращенцем, чтобы вызывать демона для этого самого.

– Найди мне жену, – шепотом произнес Ричард. И добавил еще тише. – Пожалуйста.

Глава 4

О том, что и Повелители Тьмы не способны избежать кризиса личной жизни

«Земли, именуемые в простонародье Проклятыми, суть остатки великой империи, некогда простиравшейся от моря до моря. Свидетельством тому многие хроники, которые повествуют и о великом бедствии, случившемся в городе, чье имя даже я, проклятый жрецами, не рискну начертать на пергаменте. Известно лишь, что город сей был разорен демоном, который сумел вырваться на свободу. Тот демон был силен и сумел одолеть Повелителя, и сыновей его, и детей их. Однако последний из славного рода Архаг сумел отворить врата в Бездну, которая и проглотила проклятую тварь»

«Осмысление истории или же Хроники многих земель, писанные Ингаром Многомудрым в году 8756 от сотворения мира».

В глазах демоницы Ричард увидел удивление.

И недоумение.

И… и кажется, она права. Демонов призывали, дабы укротить стихию. Или остановить Туман, который время от времени выползал из Бездны, норовя затянуть отроги. К слову, уж вторую сотню лет там было тихо, что само по себе преподозрительно.

Демоны двигают горы.

Сотворяют пути.

Демоны обращают в бегство войска. И вызывают бури. Демоны… многое могут, если, конечно, призывающий их способен договориться. А он, Ричард, последний из рода, вызвал… ради женитьбы?

– А что, такая серьезная проблема? – осторожно уточнила демоница.

Ричард вздохнул.

И предложил:

– Договор?

А то конечно кровь его сдерживала кровожадную натуру, но как знать, может, она лишь в круге работала.

– В смысле?

– Мы заключим договор, – повторил он, чувствуя лишь усталость. – Ты и я. Ты помогаешь мне найти жену, а я возвращаю тебя домой. Но пока ты ищешь, ты ведешь себя так… как человек.

– То есть?

– Не пытаешь отнять души, не пожираешь людей, не устраиваешь бойни и кровавых шуток.

– А… ну да, разумно, – демоница дернула себя за прядку. Волосы её были вызывающе коротки. Ни одна женщина не согласилась бы настолько себя изуродовать.

Но то женщина.

А демоница… это же совсем другое дело!

– И что нужно делать? – уточнила она, коварно притворяясь несведущей.

– Мы смешаем кровь и призовем силу, – Ричард отступил. – А потом произнесем слова клятвы. И тогда я тебя выпущу.

– Это хорошо… – прядку она пыталась намотать на палец. К слову, довольно обыкновенный.

Хотя… что он о демоницах знает? Даже в книге есть лишь весьма приблизительное изображение Младшей дочери Бездны. А со старшими и вовсе никто не встречался.

Точнее вряд ли остался жив после встречи.

– То есть, я ищу тебе жену, и ты меня отпускаешь?

– Да.

– Душ не красть, не пожирать людей? А защищаться я могу?

Ричард задумался, но вынужден был сказать:

– Если жизни твоей угрожает опасность, то да, ты можешь убить человека. Или не человека. Но не пожрать и не украсть душу.

– Хорошо, – демоница прикусила губу, задумавшись. Впрочем, ненадолго. – Я согласна.

А что еще оставалось делать? Сидеть в круге и страдать, пока не помру от голода и жажды? Как-то не вдохновляла этакая перспектива совершенно.

Демоны же…

Подумаешь, я в театре школьном, помнится, одно время числилась и даже играла. Лошадь. Переднюю часть её. Заднею была Машка, которая то спотыкалась, то толкала меня в спину, а еще постоянно ныла, что ей тяжело. В общем, после Машки я с ролью демона как-нибудь да справлюсь.

Я мазнула ладонью по носу, который подозрительно зачесался, и поинтересовалась у грядущей жертвы сватовства:

– Так что делать надо-то?

– Клятва! – торжественно провозгласил Ричард. И очень осторожно взял мою руку. – Мы смешаем кровь.

Надеюсь, пить не придется.

– И ты поклянешься своей силой и сутью…

Ладно, силы у меня не то, чтобы есть, скорее даже наоборот, поклянусь. А сутью-то зачем?

– И ты меня выпустишь? – уточнила я.

Что сказать. Сам обряд прошел… как-то обыденно, что ли. Мне ткнули в палец кинжалом, который гляделся грозно, таким не в пальцы бы тыкать, а врагов разить. Но и с пальцем он справился. Себе Ричард руку разрезал. Кровь его упала на мою руку.

А потом прозвучало торжественное обещание отпустить меня после того, как я исполню его желание.

Ну а я, стараясь сдерживать нервный смех, пообещала в свою очередь никого не жрать и вообще не чинить лишнего ущерба, а заняться делом.

То есть, поисками жены.

Вот ведь… и главное, он, если подумать, ничего такой. Ну да, не красавчик, но и не страшный.

– Все? – поинтересовалась я, сунув палец в рот. Всегда так делала. И вообще ненавижу кровь сдавать.

Ричард кивнул, но как-то… нерешительно, что ли.

И на меня уставился, будто ожидая чего-то. Чего? И в следующее мгновенье стало вдруг жарко. Настолько жарко, словно я красного перца грызанула.

Я и рот раскрыла, выдохнув облачко красного пара. Что за… кинжал отравлен?

– Теперь, о великая Пожирательница, – Ричард явно выглядел довольным. – Боги услышали нашу просьбу.

Богов мне только для полного счастья и не хватало.

А Великая Пожирательница, вот честно, звучит еще хуже, чем Жоржетта Ивановна. Не такая я уж и великая. Вполне себе в пределах нормы нахожусь.

Ричард же сделал шаг назад.

И еще.

Тихонько так выбираясь за пределы круга.

– Стоять! – рявкнула я. – А я?

Ричард явно смутился. И руку с кинжалом своим отравленным – вот знала, что не стоит верить всяким там проходимцам – за спину убрал.

– Я разомкну круг!

– Неужели?

– Изнутри это невозможно сделать. В конечном итоге, я ведь тоже клялся не причинять вам вреда.

А да, помнится, было что-то такое.

– Умоляю проявить терпение.

Проявлю.

Вот терпения у меня бездна. Была. Мрачным взглядом я проводила этого… рыцаря, который, оказавшись за границей невидимой стены – теперь я её ощущала, даже не касаясь – первым делом поднял упавший столик.

Потом чашу.

Клинок.

И вымазав его своею кровью, воткнул в пол. Выглядело впечатляюще.

А стена исчезла. Я подошла. Тыкнула в нее пальцем, ну, туда, где она по ощущениям была. И палец проткнул воздух.

Попробовала ногой.

Наступила на что-то жесткое. Ах да, я же тапок потеряла, а носки мягкие. И надо, наверное, попросить обувь. И не только обувь.

– Не стоит опасаться, госпожа Пожирательница, – сказал Ричард. – Отныне Замок принял вас, как мою гостью.

– Спасибо, – мрачно ответила я, осознав, что оказалась черт его знает, где. И как теперь в этом «где» жить? И отзываясь на грустные мысли, заурчал живот.

Выразительно так.

Я сглотнула.

И уставилась на Ричарда, который немного побледнел, но взгляд мой выдержал:

– Я велю накрывать обед, – сказал он.

– Спасибо. Мне бы еще тапки какие… и вообще… – я наклонилась и почесала коленку, на которой вспухла розовая шишка комариного укуса. – Помыться. Переодеться.