Волчица. Хозяйка диких земель - Ирина Романова

Я смотрела на него: все же, почему он остался рядом?..

Ведь дело не в том, что ему угрожали серые волки. Мир — не маленький, он мог бы остаться в башне, или наверняка найти где-то еще пристанище. Закралась интересная мысль…, а как он выглядит без бороды?

Я честно пыталась смотреть по сторонам, то ли запоминала дорогу, то ли просто пыталась разглядеть места, которые мы проезжали. Но это были поля, засыпанные снегом, ближе к ночи появился лес… и все.

Жилья, или гор, вообще чего-то, выбивающегося из пейзажа, я не видела. Да и часто впадала в дремоту, чувствуя какую-то безмерную усталость. Словно мне чего-то не хватало, как говорится, хронический авитаминоз, что ли…

Разбудил меня резкий толчок и чей-то крик.

— Стой! Кто идет!

— Свои, ослеп, что ли?

— Свои сейчас и не свои вовсе могут статься! Темные времена настали!

Мы снова тронулись в путь, а мне уже было на что смотреть. Мы ехали через палаточный городок, ну, или как это здесь называется. Строения из натянутых тканей и шкур… И при свете костров я видела только воинов, у них у всех были на поясе мечи. Рядом стояли стойки со щитами и копьями, и, судя по цвету флагов или стягов, это были разные отряды, или кланы. Везде был волк, но с разными добавлениями: птица, шипы, зверь, символы…

Но мы продолжили ехать дальше, а мне что-то стало страшно. Зачем здесь такое количество воинов. Назревает война?

— Стой. Дальше хода нет. Куда вообще едете? Там дальше — только замок! — нас снова остановили.

— Наше дело — доставить леди. А дальше — сами разбирайтесь.

— Какую леди? — к полозьям подошел воин и посмотрел на меня, а потом втянул носом воздух. — Ничего себе… Сейчас доложу капитану! — он, придерживая меч, куда-то скрылся.

Чего они все вынюхивают?..

Глава 4

Мейе вытащил меня из-под меха и поставил на ноги. Меня качнуло, он придержал, не давая упасть.

— Давай подержу малыша, разомни руки, — я, подумав, распахнула плащ, протягивая ему сына. Тот уместился у него в ладони… Но был аккуратно придержан и спрятан под плащ.

— Что за бред ты несешь? — в нашу сторону шел мужчина. Не знаю, как я это почувствовала, но от него шла такая агрессия… что во мне опять проснулось то самое, темное «оно».

Подошел, посмотрел на меня, в его глазах было столько злобы, что я инстинктивно загородила спиной сына и Мейе. Я сжала одеревенелыми пальцами кинжал, готовая непонятно на что…, но без боя я точно не сдамся.

— Ясно! — выдал он, просто остановившись в двух шагах от меня. — В гостевую палатку! И этого… — он кивнул на Мейе, — няньку, туда же. Завтра разберемся!

Развернулся и ушел, оставив кучу вопросов и какое-то облегчение. Нас проводили в палатку, стоящую чуть глубже от дороги. Воин, провожавший нас, откинул полог, пропуская нас, я вошла внутрь, следом вошел Мейе.

Большое пространство по стене было поделено на закутки, в середине — костер, дым от которого уходил вверх, в дыру в шатре. Я, увидев пустой закуток, расстегнула и скинула туда плащ и сапоги. Протянула руки за сыном, мне его вернули, я, словно давно не держала его в руках, прижала к себе.

— Сейчас принесу еды, — он развернулся уходить, и кинул мне через плечо, — ничего не бойся. У белых не принято обижать женщин, кем бы они ни были!

Он ушел, оставляя нас одних, я же просто прошла по шкуре и села на ложе, которое выбрала. Судя по всему, большая часть закутков была занята, там лежали чужие вещи.

Положила сына себе в подол, и начала расплетать косу. Учитывая, сколько времени я не мылась и не расчесывалась, она превратилась в жуткую паклю. Попыталась провести между прядями хотя бы пальцами, чтобы немного пригладить это жуткое гнездо. Хоть обрезай…, но жалко, коса была толстой и, судя по цвету, почти белой, хотя в грязном цвете было слабо понятно, какого оттенка. Мне с трудом удалось пригладить этот хаос на голове, я собиралась заплести косу, когда полог откинулся, и в палатку друг за другом зашли пятеро мужчин. Увидев меня, они застыли в проходе.

— Что встали? Женщину никогда не видели, или волчонка? — один из мужчин окинул меня взглядом, растолкал всех, и ушел в один из закутков. Только тогда мужчины разошлись по своим местам, но зуд между лопаток говорил о том, что с меня не сводят глаз. Я начала поспешно переплетать косу, когда вернулся Мейе.

— Ужин уже был, поэтому горячего мало, — он поставил рядом со мной миску, а небольшой котелок со снегом повесил над костром. Из своего мешка вытащил тряпицу, взял оттуда несколько щепоток сбора трав, и кинул их в уже появившуюся воду из снега. Потом, покопавшись, достал большой гребень и положил рядом со мной.

— Спасибо, Мейе, — попыталась ему улыбнуться. Но гребень взяла, и снова расплела косу, проходясь им по спутанным волосам, разглаживая их. Потом переплела в тугую косу, и вернула гребень мужчине.

— Незачем благодарить, — буркнул он и сел рядом, начиная есть, гребень не стал забирать.

Хотела сказать, что мне есть за что его благодарить, и не один раз, но не стала. Нас очень внимательно слушали. Покормила сначала сына, а потом только остатки каши съела сама. Мейе поставил рядом со мной кружку с горячим питьем, рядом — еще кусок хлеба и мясо, остатки еще от взятого с собой кролика. Посмотрела на него с благодарностью, но он только дернул плечом и отвернулся, а потом забрал миски, вышел на улицу и вернулся, наполнив их снегом. Почистив, он положил их рядом с моим лежаком.

Сын внезапно обернулся младенцем, я спешно укутала его в свой плащ. Но он хныкал и сучил ногами, я догадывалась, чего он хочет, и испуганно посмотрела на Мейе, который наблюдал за нами.

— Ничего, пока он ест, как волк, еще можно подождать. Но тебе надо что-то делать с этим…

Только и смогла вздохнуть — что я могу сделать? Прижала к себе сына и начала покачивать, успокаивая, и мысленно прося у него прощения за то, что я — плохая мать. Мы в бегах, я не могу его нормально покормить… и у нас нет дома.

— Т-ш, милый,