Отдел непримиримых врагов - Эвелина Шегай

и отпустим отдыхать с дороги. Полноценный брифинг всё равно только завтра сможем провести, когда мебель для конференц-зала довезут.

— Понял, капитан.

Старший детектив подошёл к дальнему столу и указал рукой на женщину, чью голову украшала короткая, но пышная стрижка, перекликающаяся с приятной полнотой тела:

— Офира Сандовал, детектив первой категории.

— Здравствуйте, — кротко поздоровалась она и встала из-за стола, благодаря чему продемонстрировала всем, что на голову выше Эрвина Гроса. — Я родом из Мумбреша, из южной страны под названием Кланбу. Общий стаж работы в местных правоохранительных органах — пятьдесят четыре года. На прошлой должности выполняла преимущественно административную работу.

— Фабиан де Дюбуа, детектив второй категории и по совместительству ведущий инженер-программист, будет вашим напарником.

— Офигеть, — упомянутый упырь вытащил изо рта за длинную палку леденец и тыкнул им в сторону Офиры. — Почему мне в напарники мало того, что оборотень достался, так ещё и корова?!

— Самка носорога, — спокойно поправила она и села обратно.

— Да пофиг! Дайте мне другую. Вот ту рыжую. С неё хотя бы поржать можно.

— Детектив Дюбуа, вы понимаете, где находитесь? — строго спросил капитан. — Ведите себя в соответствии с уставом или я назначу вам дисциплинарное взыскание.

Тот сморщил недовольное лицо, но свой вонючий рот захлопнул. И старший детектив смог продолжить знакомство, остановившись возле соседнего стола, за которым сидел импозантный мужчина в деловом костюме, продолговатых очках и белых перчатках. От него пахло большой кошкой.

— Оскар Гуэрра, детектив второй категории, криминалист.

Мужчина, словно намеренно растягивая время, поправил воротник и манжеты рубашки, одёрнул пиджак и, в конце концов, поднялся на ноги. Чудной какой-то кошак. Ведёт себя, как важная колбаса.

— Добрый вечер, уважаемые коллеги. Я родом из Ираша, но уже больше тридцати лет проживаю на землях Саларуна, двадцать из которых провёл конкретно в Лаварии. В прошлом году имел неосторожность добиться перевода в главное отделение Уларка по внутренней правоохранительной деятельности, и таким образом, уже в этом году оказался среди переведённых в экспериментальный отдел. Рассчитываю на ваше благоразумие в работе.

— Ваш напарник — Аллен Оккели, тоже криминалист и детектив второй категории.

— Рад знакомству, детектив Гуэрра, — слащаво улыбнулся кровосос с удивительно блеклой внешностью. У него не было ни длинных разноцветных волос, как у тупого Фабиана, ни татуировок с блестящими побрякушками, как у противного блондина. Ничего примечательного, за что мог бы зацепиться глаз и выделить его из толпы. — Я тоже уже какое-то время проживаю на землях Саларуна. Меня перевели из главного подразделения по особо тяжким преступлениям в Нувуа.

Следом старший детектив представил двух человеческих женщин, что стояли немного в стороне, а не занимали как все остальные до грустного пустые столы. Видимо, письменные принадлежности и компьютерную технику тоже лишь завтра привезут.

Симпатичная, но слишком уж худенькая для своего роста девушка в мешковатых брюках и свободной рубашке оказалась главой криминалистического отдела. Лиора Фидж разрядила обстановку парой удачных шуток и сразу понравилась Вел. Она производила впечатление воздушного человека, лёгкого на подъем и прибывающего преимущественно в хорошем настроении.

Вторая барышня, вырядившаяся в короткое платье, туго обтягивающее каждый миллиметр её неидеального тела, и туфли на высоченной шпильке, на контрасте с первым лабораторным сотрудником не производила впечатление надёжного судмедэксперта. Скорее походила на охотницу за мужчинами. Представили эту особу, как Дарси Коулман. Даже имя у неё, на вкус Вел, какое-то отталкивающее. Точь-в-точь как у главной стервы на районе.

— Остались наши стажёры из многоуважаемых семей, — старший детектив выделил каждого из них взглядом, но, когда продолжил говорить, то почему-то уставился на Рикки, — для которых законы Ксоры, очевидно, не писаны. Оба представителя от содружества империй и альянса Ираша являются оборотнями, не достигнувшими совершеннолетия. Без опыта работы в правоохранительных органах. И, подозреваю, окончившие учёбу буквально накануне поездки.

— Мы не захотели, как все остальные, два года балду гонять, — безмятежно пожал плечами брат.

— Да, мы хотел работатъ и помогатъ люди!

— Похвальное стремление для детей из правящей стаи второго по мощи королевства в империи Урса.

— С ними всё понятно, но почему нас определили в стажёры? — подал звенящий от возмущения голос татуированный блондин. — Моя сестра уже четырнадцать лет отработала законницей.

— Марсель де Лафайет, вы тоже, насколько мне известно, не достигли ещё совершеннолетия и, следовательно, не обладаете никаким опытом работы. А что до Белладонны де Лафайет, то вы верно подметили — она работала законницей, а не сыскарём или стражем порядка. Впрочем, нам бы в любом случае вас пришлось взять в качестве стажёров вне зависимости от места и опыта работы. Законы распространённые на территории объединённых княжеств Флемоа сильно отличаются от тех, что прописаны в конституции Ксоры.

— Как обычно, придумывают грандиозные планы политиканы, а расхлёбывать приходится нам — обычным работягам, — хмуро подметил капитан. — Как будто нам геморроя на работе не хватает без подселенцев из медвежьего угла.

— В общем, напарники: Белладонна де Лафайет и Рикард Вульф, Марсель де Лафайет и Валери Вульф, — объявил старший детектив. — И на этом, пожалуй, закончим. Из-за физиологических особенностей вампиров, рабочий день у нас начинается с двух часов дня. Всем доброй ночи.

Нестройно прощаясь, коллеги устремились к выходу. Вел тоже поднялась и уже потянулась к наушнику, когда случайно услышала высокомерный плевок Марселя на флемоанском языке, почти затерявшейся в гвалте других голосов:

— Как нас можно ставить на одну ступень развития с отсталым зверьём? Напарники? Да они издеваются! Я бы им свою обувь чистить не доверил.

— Что ты сказатъ? — спросила она, круто развернувшись на месте. — Повторитъ!

Он остановился на расстоянии метра и гаденько ухмыльнулся, глядя ей в лицо. Было в этом упыре нечто особенное. Хватало одного небрежно взгляда, чтобы мышцы в её теле окаменели, а кончики пальцев зачесались, как когда человеческие ногти лениво отваливались, уступая место звериным когтям.

— Повтори-ка мне в лицо, чё пропищал, — угрожающе протянула Вел на ирашском, ощущая бегущие по загривку мурашки, — если кишка не тонка.

— Какого кошака, ты опять начинаешь их задирать? — рыкнул брат, вдруг появившись рядом. Он выдернул наушник из её уха и коротко бросил Лафайетам на саларунском: — Мы извиняемся.

— Да не хрена подобного! Эта пиявка недоделанная, первым начал!

Марсель тоже что-то ответил им на саларунском, но из-за акцента Вел ни черта не смогла разобрать. Ни единого словечка. Струсил сказать, когда наушник был ещё при ней, гадёныш.

Она перевела взгляд на Рикки и отметила хмурое выражение на его лице. Снова посмотрела на кровососов, отчего-то выглядящих неприлично довольными, и сделала простой вывод: их снова оскорбили. А не знать, как именно тебя оскорбили — вдвойне обидно. Поэтому уже