Отдел непримиримых врагов - Эвелина Шегай

рыкнул на ухо брат. — Рискнёшь на какого-нибудь из них накинуться — мы поедем домой.

— Да я ничего такого, просто смотрю, — пробурчала Вел, отводя взгляд от новеньких.

Дверь снова распахнулась, на сей раз впуская в помещение двух мужчин в служебной форме, состоящей из тёмно-красного с серебряной шнуровкой мундира и чёрных брюк. От них разило табаком, кофе и порохом так сильно, что она с трудом улавливала тонкий аромат свеженапечатанной газеты и перьевых чернил.

— Вижу, все уже в сборе. Присаживайтесь, — произнёс тот, что выглядел более представительно с шикарной бородой и густыми, кустистыми бровями. Он встал по центру напротив столов, за которыми они разместились, и с профессиональной дикцией недурно поставленного командного голоса представился: — Добрый вечер, детективы. Я назначен руководителем первой экспериментальной группы раскрытия межвидовых уголовных преступлений особо тяжкого характера — капитан Николас Бак. А это мой заместитель, старший детектив — Эрвин Грос.

И представленный детектив перехватил эстафету, заговорив на странном языке. То был однозначного всё ещё саларунский, но с каким-то ленивым произношением и жутко исковерканными словами, из-за чего Вел понимала его речь урывками.

— Прежде, чем… много работы… с разных стран… предстоит…

— Среди нас присутствуют те, кто испытывает сложности в общении на саларунском? — спросил капитан, возвращая её в реальность из мира загадочных слов.

Она высоко вскинула над головой руку и огляделась по сторонам. Никто больше не признался в своей маленькой слабости.

— Это что же выходит… я тут самая тупая? — проворчала себе под нос она на родном языке. После чего прочистила горло, и так громко, что на соседнем ряду поморщился мужчина интеллигентного вида, отчиталась уже на саларунском: — Я хорошо пониматъ, но плохо говоритъ!

— Представьтесь.

— Валери Вульф, тридцать восемь лет! Закончила первую военную академию вооруженных сил объединенного Ираша, по специальности: служебно-прикладная физическая подготовка. Освоила на отлично все факультативы боевых искусств, не входящих в обязательную учебную программу!

— Имени было бы достаточно, — растерянно, как показалось Вел, отметил капитан, но тут же придирчиво добавил: — Впрочем, ваше имя многое объясняет… Итак, стажёр Валери Вульф, вы всё поняли, что до этого было сказано мной и детективом Гросом?

— Нет! Что сказано детектив Грос, я не поняли!

До её чуткого слуха долетел гаденький смешок, на которой она обернулась скорее рефлекторно, чем осознанно. Встретилась глазами со смазливым блондином и зеркально ему скривилась в отвращении при виде всевозможных побрякушек: серёжек в ушах, губах и бровях, колец на каждом костлявом пальце. Даже базарные шаманки так усердно не обвешивались мишурой, чтобы привлечь к себе внимание. До чего же у вампиров странные мужики…

— Грос, дай ей синхронный переводчик, — приказал капитан, и Вел повернулась обратно прежде, чем он успел её одёрнуть. — Стажировка в нашем отделе длится месяц. За это время ты либо бегло заговоришь на саларунском, либо поедешь домой. Я достаточно ясно выразился?

— Да! Я бегло заговоришь на саларунском!

Старший детектив подал ей портативный аудио переводчик с двумя беспроводными наушниками и, дождавшись, когда она засунет в ухо одну из затычек, помог настроить само устройство с сенсорным дисплеем и встроенным приёмником автоматической записи и перевода живой речи.

Подобные приспособления не пользовались популярностью в Ираше. Они продавались лишь в самых крупных и развитых королевствах, куда заглядывали иноземцы с гостевым визитом из интереса к чужой культуре, да немногочисленные родственники послов. В их Волчьем королевстве, находящемся на приграничных землях с империей Тайра, в переводчиках не было никакой надобности. Туристов если и занимала глубинка, то в зоны повышенной боевой готовности они соваться не хотели. Зря трусили. Псы мирно жили рядом с кошками. Да и в целом почти все королевства, входящие в империю Урса, под управлением медведей процветали. Это кошаки между собой никак власть поделить не могли и бесконечно воевали. Воевали не только королевствами, но и мелкими прайдами за локальное господство на небольшой территории. Временами казалось, что они за каждый клочок земли были готовы друг другу глотки порвать.

— Теперь вы меня понимаете? — спросил старший детектив на своем кривом саларунском, но из наушника с десятисекундной задержкой его речь повторил механический мужской голос уже на родном языке.

— Да, я всё пониматъ!

— Похоже, мы можем продолжить, — подытожил он с тонкой улыбкой, предавшей его лицу неуловимое сходство со змеёй. Возможно, этому способствовала короткая стрижка и сильно выдающиеся вперёд большие скулы, а может необычный разрез глаз с острыми внутренними уголками. Тем не менее Вел чётко ощущала, что пахло от него самым обычным человеком. — Как вам всем известно, наша группа — вынужденная мера по урегулированию ксенофобских взаимоотношений между оборотнями и вампирами. Поэтому наш отдел будет расследовать все спорные случаи на территории Ксоры. В том числе будем поднимать старые дела и проводить повторное расследование, если защитники смогут добиться для уже отбывающих срок подсудимых пересмотра дела.

— Как вы нас разбивать на пары собрались? — бесцеремонно спросила очередная смазливая рожа из вампирской братии, не выпуская изо рта леденца на палочке. Их, что ли, на одном заводе печатают, где в стандартную комплектацию входит красивое лицо и тощее тело? — Напарники типа прикрывать друг друга должны.

— Вы не единственный, Фабиан де Дюбуа, кто здесь работать не хочет. Открою вам секрет: нас всех сюда силком перетащили. Поэтому, желаете вы того или нет, но с напарником, в вашем случае — оборотнем, вам придётся поладить.

— Тут ты ошибаешься, Грос, — мелочно поправил его капитан и посмотрел на Вел с осуждением: — Здесь присутствует парочка, что приложила определённые усилия для того, чтобы оказаться в нашем отделе. Надеюсь, они не рассчитывают на особое отношение из-за своей титулованной семьи, потому как никто с ними сюсюкаться не собирается.

— Мы с брат не рассчитыватъ особо отношения! — ничуть не смутившись, бодро откликнулась она и широко улыбнулась начальнику. Ей казалась абсурдной сама идея, что искреннее и страстное желание чего-либо добиться может кем-то восприниматься в отрицательном ключе.

Ведь, по факту, чего плохо они сделали? Они никого не подсиживали. Старики всего-то выдвинули их кандидатуру на собрании, а остальные с радостью отозвали своих претендентов. Почему они должны были стыдиться того, что родились в побочной ветви правящей стаи и имели небольшие привилегии, которыми иногда пользовались?

— Вы верно заметили, капитан. Мы единственные из присутствующих находимся здесь по собственному желанию, а следовательно переполнены энтузиазмом работать вне зависимости от условий труда, — ехидно подчеркнул Рикки и многозначительно повёл бровями.

— Я приму это к сведению, стажёр Рикард Вульф, — холодно рубанул капитан и обратился к старшему детективу. — Грос, давайте проведём небольшое знакомство коллектива, разобьём их на пары