Леголас и Атеистка - Наталия Романова

старшая, на вид лет тридцати, показала рукой на широкие двери, которые тут же раскрылись перед Сашкой, она вошла, и сразу десятки рук принялись её раздевать, хоть Сашка и сопротивлялась, одевать, хотя Сашка и брыкалась, и пару раз кинула платьем в лицо невозмутимой старшей. В конце концов, она была намыта, её волосы расчесали столько раз, что Сашка всерьёз опасалась полысеть, на ней было, действительно, лучшее платье из всех возможных — той сотни-другой, что показывали ей, откидывая непонравившиеся фасоны или забракованные цвета. Сашка даже начала получать удовольствие от происходящего.

Немного Сашка жалела, что не захватила с собой косметику, а альвы, похоже, оной не пользовались. Пирсинг на брови и в носу она трогать не разрешила, и без того, несмотря на тонкие кружева, что закрывали её от затылка и до пяток, прикрытая морем органзы и вышивки, Сашка ощущала себя голой без привычного макияжа. А глядя на лица довольных женщин-альвов — экспонатом выставки достижения народного хозяйства.

Та, что была старшая, показала в сторону широких дверей, которые послушно открылись, и Сашка прошла за высокой фигурой альвы.

Часть четвёртая

Так они проходили двери за дверями, пока, наконец, не оказались в огромном зале, таком огромном, что Сашка не видела его окончания. Откуда-то сверху лился солнечный свет, а зеркальная гладь стен светилась изнутри равномерным светом разных оттенков. Пол же был кобальтового цвета, и Сашка была готова поклясться, что там, в полу, были звёзды.

Дисней бы удавился от восторга.

Но больше, чем размер зала, видимо, для торжественных случаев, Сашку поразило количество людей, вернее — альвов. При этом мужчин было явно больше, чем женщин. Те были одеты в белое и выделялись сразу.

Если бы Бондарчук снимал батальную сцену, ему бы хватило народу без всяких дублей, и осталось бы ещё раз на двадцать.

Сашка уже было начала волноваться, где тот, с кем она связана нитями мироздания, как Леголас Семнадцатый, собственной персоной, возник перед ней и подал руку, которая только мгновение была ледяной, а потом стала комфортной для Сашки температуры. Сашка задержала взгляд на альве и увидела женщину, похожую на неё, та стояла на фоне зелени трав, в лёгком струящемся платье, и мужчину, высокого альва, который подошёл к ней и взял за руку, а потом поцеловал в губы. Долгим поцелуем. Очень долгим. Таким, что Сашка остановилась и даже приоткрыла рот в удивлении, разглядывая то, как Леголас Семнадцатый целует женщину, отрывая свои губы, одаривая лёгкими мелкими поцелуями щёки и шею, а потом снова возвращаясь к губам, когда Сашка переводила дыхание. Она чувствовала уже знакомый аромат и вкус лесных трав, спелых яблок и карамели, и её голова приятно кружилась, и хотелось как можно больше этого вкуса, аромата и сладости поцелуев.

Вдруг всё прервалось, и Сашка увидела Эарбримада Лифедода Канинейла Финлилира Лироса, того, что был Эрбадридом и жрецом. Он встал лицом к Сашке и Семнадцатому, что-то коротко произнёс, даже не сказал, настолько это было коротко, потом встал спиной к Сашке и Семнадцатому, ещё раз что-то произнёс.

— Он объявил, что ты та, с кем я связан нитями мироздания, — пояснил Леголас Семнадцатый, — ритуал окончен.

— Это был ритуал? И это всё? — Сашка никак не могла скрыть какого-то разочарования…

Интересно, а брачная ночь у них такая же длинная, как ритуал?

— Это зависит от многих факторов, — ответил Леголас Семнадцатый, — но мне ещё не приходилось разочаровывать женщин, — Семнадцатый улыбнулся. — Надеюсь, мне удастся не разочаровать ту, с кем я связан нитями мироздания.

— Хм, — Сашка ухмыльнулась.

— Ты голодна, — перебил её альв и повёл к столу с яствами, потому что едой это назвать было трудно.

Икра заморская, баклажанная.

Вспомнились слова из известного фильма, Сашка хихикнула и представила альва Леголаса Семнадцатого, объявляющего: «Танцуют все», и заметила удивлённый взгляд того, с кем она связана нитями мироздания.

Интересный эффект кино.

Тем временем альвы вовсю веселись, как оказалось, у них даже был свой оркестр, который исполнял приятные мелодии, они танцевали и даже играли во что-то типа чехарды или лапты. Сашка не была уверена, как выглядят эти игры даже в своём мире, что уж говорить про Девять Стран и Одиннадцать Государств, расположенных в Третьем Измерении из Семи.

Вообще, альвы были похожи на детей. Взрослых, внешне привлекательных детей. У них были открытые улыбки, и по их лицам всегда было понятно, что они думают.

— Мы не умеем врать, — пояснил Семнадцатый.

— Мы никогда не хитрим, — ещё раз пояснил.

Сашка уже почти засыпала, всё же день был длинным и насыщенным, а накануне ночью она спала отвратительно, когда вдруг все исчезли, словно их и не было. В одно мгновение зал был полон музыки, смеха и альвов, а в другое — стало тихо и пусто.

Остались только Сашка — в красивом платье из органзы, кружев и вышивки, на ней даже была небольшая диадема, может быть, с драгоценными камнями, и Леголас Семнадцатый, который посмотрел на Сашку, но видела она не его, а женщину, похожую на неё. Женщина была одета в яркое голубое платье, она медленно шла, и полы платья обнимали длинные стройные ноги женщины, когда она приближалась к огромной, очень огромной кровати, на которой сидел Леголас.

Она подошла и остановилась у ног альва, он взял её за руку, и Сашка только на мгновение почувствовала ледяной холод, а потом температура стала комфортной для неё.

К удивлению Сашки, альв не стал уже привычно целовать женщину в губы, он медленно, как будто сцеловывал сладость, проводил губами по пальцам женщины, поднимался губами к запястьям, останавливался там, чтобы позже подняться выше, к сгибу локтя, и ещё выше, к ключице, выемке, яремной ямке. Сашка видела, как длинные пальцы альва легко сдёрнули голубую ткань с плеч женщины, и она скатилась мягкой волной по спине и легла у ног, свернувшись покладистым зверем. Сама же женщина осталась обнажённой и дрожала, но не от холода или стыда. Сашка ощутила желание той женщины, даже вожделение, хотя до этого ей ни разу в жизни не приходилось ощущать чего-то подобного.

Сашка внимательно смотрела, как мужчина-альв легко притянул к себе женщину, прижав к себе, обнимая за талию и ягодицы, и тут же задохнулась от желания большей близости. Но не было похоже, что альв торопится исполнить желание женщины. Он медленно и даже сладострастно, хотя Сашка и не знала толком, как это, целовал женщину, и она ощущала уже знакомый вкус и аромат лесных трав, спелых яблок