Бог Волков - Вероника Дуглас

я поднимала глаза, он наблюдал за мной, на его губах играла веселая улыбка. Даже когда я стояла спиной, жар его взгляда скользил по моей коже, воспламеняя мои нервы — оценивающий, желающий, безжалостно наблюдающий. Это было все, что я могла сделать, чтобы сосредоточиться на работе.

Это было его планом с самого начала? Провоцировать фейри, чтобы он мог обманом заставить меня увидеть другую его сторону? Жар пополз по моей щеке. Мне нужно было привести свою голову в порядок.

Через два часа я взмокла от пота, но гуляки и музыканты по-прежнему были на высоте. Когда лисы-оборотни начали отодвигать столы, чтобы освободить место для новых танцоров, Селена схватила меня за руку.

— Эй, деловитая пчелка. Я думаю, нам пора сделать перерыв. Когда ты в последний раз ела?

— Я не могу вспомнить.

Она заставила меня поставить кувшин, затем потащила к огромному столу, уставленному едой. Мой желудок застонал от насыщенных ароматов, и я наложила на тарелку горку черного хлеба, оленины, рыбы и еще нескольких незнакомых мне блюд.

— Пойдем, я хочу познакомить тебя с Сигрун, той провидицей, о которой я тебе говорила, — сказала Селена, доставая бутылку без этикетки из-под сервировочного столика.

Я последовала за ней сквозь нарастающий хаос к столу у очага, за которым сидела пожилая женщина, наблюдавшая за танцующими. У нее были длинные серебристые волосы, упругая кожа и темно-зеленое платье с замысловатыми оранжевыми и белыми узорами. Когда она повернулась к нам, я на долю секунды замерла. Шрам прорезал глазницу на том месте, где должен был быть ее правый глаз.

Селена сделала реверанс, на который я не осмеливалась, поэтому улыбнулась и опустила голову.

— Бабушка, это Саманта. Она спасла моего брата.

— Я не твоя бабушка, так что не называй меня так. Я Сигрун, — лицо женщины расплылось в широкой улыбке. — Что касается тебя, Саманта, я слышала, ты очень храбрая. Мы все обязаны тебе гораздо большим, чем можем отплатить.

— Не возражаешь, если мы присоединимся к тебе? — спросила Селена, поднимая бутылку. — У нас есть крепкий мед и вопрос.

Она жестом пригласила нас проходить.

— Садитесь, садитесь и откройте бутылку. Всегда пожалуйста.

Просто держать тарелку с едой было мучительно для моих вкусовых рецепторов, поэтому, как только моя задница оказалась на скамейке, я принялась за сочное мясо, пока Селена и Сигрун разговаривали.

— Мммм, — простонала я с набитым ртом. — Либо это настолько потрясающе, либо я навеселе и умираю с голоду. Или все вместе.

— Судя по всему, все три пункта, — Сигрун усмехнулась. — Я видела, что ты подходила к столу где Бог Волков. К настоящему времени ты могла бы быть гораздо более пьяна, гораздо менее голодна и измучена.

Моя вилка замерла на полпути ко рту.

— Мне и тут хорошо.

Селена откупорила бутылку и наполнила пустую кружку старой женщины. Сигрун понюхала медовуху, затем сделала большой глоток, все это время не сводя глаз с Селены.

— Это ты сварила, или твой отец?

— Мой отец… Хотя на самом деле мы работаем вместе.

Она негромко хмыкнула и поудобнее устроилась на сиденье.

— Все в порядке. И я уже в долгу перед Самантой, но я была бы не против, если бы ты принесла мне бутылку одной из своих партий. Всегда можно определить, когда в ней чувствуется женская рука.

Селена взглянула на меня.

— Она имеет в виду, что я варю ее покрепче.

— Это совсем не то, что я имела в виду, хотя это правда, — одноглазая женщина взглянула на меня и улыбнулась так, что у меня возникло ощущение, будто мы знаем друг друга десятилетиями. — Хорошо, тогда что ты хочешь знать?

— Она провидица, — напомнила мне Селена.

— Нет, — женщина поправила свое красивое платье. — Я отдала глаз судьбам, чтобы видеть будущее. Зачем, чёрт побери, судьбам глаз старой женщины — понятия не имею, но это уж не мне решать.

У меня отвисла челюсть, и вилка звякнула о тарелку. Она обменяла глаз? Я подыскала какой-то вразумительный ответ.

— Вау, это… Я имею в виду, спасибо тебе…

Позволив мне поерзать несколько секунд, Сигрун схватила Селену за руку и начала смеяться.

— О, посмотри на ее лицо, она купилась на это!

Мои щеки вспыхнули, хотя я не была уверена, что происходит.

— Эта старая история — чушь собачья, хотя именно это я рассказываю лисятам, когда они маленькие, — пожилая женщина усмехнулась. — Хорошо, когда рядом есть кто-то, кто не знает правды. Фейри забрали мой глаз давным-давно, потому что я много болтала, а то, что они забирают, они не возвращают. А история про сделку с судьбами звучит куда романтичнее — и помогает поддерживать имидж.

Я облизнула губы.

— Так ты провидица?

Сигрун сделала глоток медовухи.

— Нет. Просто я становлюсь очень проницательной, когда немного выпью. Спроси меня, что ты хочешь знать.

— Она провидица, — повторила Селена между глотками, и женщина нахмурилась.

Я наклонилась вперед.

— Я пленница Темного Бога. Как мне освободиться?

Она сцепила пальцы домиком и откинулась назад.

— Ну, это довольно неловко. Ты пробовала просить его отпустить тебя? Он дикий зверь, но время от времени может быть разумным — по крайней мере, со мной.

Я недоверчиво посмотрела на неё.

— Я просила, умоляла и требовала. Он говорит, что освободит меня, но только если я исцелю его или освобожу из тюрьмы магии Луны. Проблема в том, что я не знаю, как сделать ни то, ни другое, и не уверена, что хочу этого.

Она кивнула со всем вниманием человека, который вообще не слушал.

— Это неприятно, но суровая правда в том, что мы всегда пленники только самих себя, — Сигрун широко улыбнулась, затем сделала большой глоток медовухи, как будто она только что сбросила на меня потрясающую бомбу озарения.

Надежда в моей груди рухнула.

— Это чистая ложь.

Может быть, она каким-то образом заслужила большое уважение, но я собиралась указывать на чушь, когда слышала её.

Женщина махнула рукой.

— Не в буквальном смысле, дорогая. Но реальность такова, что быть его пленницей — наименьшая из твоих забот. Настоящая проблема в том, что ты — вулкан. Внутри тебя бурлит магия, и ты понятия не имеешь, как ею воспользоваться. Если бы у меня была такая сила, держу пари, что мой здоровый глаз сиял бы, как маяк.

Я моргнула. Откуда она это узнала?

— Послушай, я не понимаю, что происходит. Я не умела использовать магию до того, как попала сюда. Я всего лишь оборотень. Ты можешь помочь?

Сигрун протянула руки.

— Ну, у меня не было топлива, пока мне не исполнилось шестьдесят три, а потом в один