Сердца мира - Анна Цой

Внутри что-то сжалось в узел и не отпускало. Я была точно не готова к такому повороту событий. И меня не прельщала мысль сидеть взаперти, когда Королева разгрызает Деймос на части. Но я молчала. Даже не от страха, скорее от обреченности. И как только Богиня могла надеяться на меня, когда я настолько безнадежна?

– Ну же. Хоть слово, – усмехнулся Лорд.

Храбро взглянула на него. И храбро промолчала. Я уже научилась держать язык за зубами. Наступать на одни и те же грабли было бы опрометчиво. Не скажу, что я такой не была. Но что-то во мне твердило об осторожности.

Почему эти чувства не посещали меня раньше? Может, я чувствовала, что мама защитит меня, где бы она ни была. А может просто была глупа. С чего только сейчас я считаю себя умнее других?

– Мне очень нужна помощь… – выдавила я, вновь закусывая губу.

Вольтер взглянул на меня как на бутылку воды в пустыне и произнес:

– А мне нужна ты.

Если быть с собой честной, я предполагала что-то подобное. Поэтому у меня был и план номер два. Меня он не впечатлял, но особого выбора у меня не было. Как и всегда, собственно говоря.

– М… м… мы перенесем свадьбу, и проведем ее сразу после окончания войны, – сдалась я и взглянула на свой ночной кошмар глаза в глаза.

Князь улыбался, но смотрел на меня как на маленького несмышленого котенка, что никак не может найти лоток. Вроде и нагадил, но ругать жалко.

– У меня другое предложение. Мы проведем обряд, что разделит вас. Алису и Алессу.

Я замерла. Странное предложение от того, кто совсем недавно стремился затащить меня под венец. Что-то успело измениться? Я ничего не замечала.

В прошлый раз в ответ на мой прямой вопрос он сказал, что ему нужна именно я. Может передумал. Или лгал мне. Слишком запутанно.  Не зря же я видела тот момент воспоминаний в сознании Вольтера. Он знал Алессу. Более того, они были близки. Еще и это странное обещание жениться на ней.

Я посмотрела на Феликса и поняла, что так будет даже легче. Как только нас разделят, мы сможем пойти каждая своей дорогой. И как бы мне не было тяжело прощаться со своей первой любовью, но… я отойду в сторону. Так будет лучше нам троим.

– Хорошо. Я согласна на этот обряд, – кивнула я, –  Но только если я не умру от него. И не причиню вред Алессе.

Точка была поставлена. Договор здесь был не нужен. Отказаться от слов мы не смогли бы, даже если хотели. Мужчина хмыкнул и щелкнул пальцами, пропуская на свою территорию портал отца. Золотое кольцо мигнуло и выпустило Вильгельма, тут же севшего на диван рядом и внимательно оглядывающего меня. Кажется, не одна я осознала, с кем мы имеем дело.

– Да ладно, Асгард. У меня нет причин причинять ей вред.

Папа взглянул на Князя, вновь оглядел меня и только после кивнул. Паранойя вещь суровая. И заразная.

– Совет Деймоса по вопросам войны будет проходить в Магистериуме через три дня.

Я опешила. Почему-то я думала, что отец не поверит мне. Да и глупо звучало: мне снятся сны про войну, давайте побьем Королеву. Видимо Вильгельм кардинально пересмотрел свое отношение ко мне, раз доверяет без сомнений. Это вселяло надежду на то, что я выбрала правильный путь исправления. Это было хорошо.

– Не думаю, конечно, что он что-то изменит… Но мы попытаемся, – продолжил папа, глядя на Вольтера.

– Я могу выделить пару-тройку человек.

– Ты в упор не хотел куда то лезть. Почему изменил решение? – удивился Вильгельм.

Князь в упор смотрел на меня, что вызывало нервную дрожь.

– Твоя дочь умеет убеждать, – произнес мужчина и как-то хищно улыбнулся, – меня интересует другой вопрос: что пообещали тебе, Алиса?

Я застыла, понимая насколько умело Лорд Вольтер бьет в точку. Что будет если сказать правду? Не запрут ли меня в четырех стенах, посчитав склонной к идиотизму?

– Грим всегда дает то, что нужно. Но сама всегда выходит сухой из воды, – между тем продолжил Князь.

С чем связано его второе замечание? Не мог же он догадаться, что я взяла на себя убийство Королевы. Ко всему прочему, откуда он, черт возьми, так много знает?

– Алиса, богов не существует, – успокаивающим тоном как ребенку сказал папа, – Грим лишь хранитель Деймоса. Она не всесильна. И Раю воскресить не сможет.

Я было удивленно дернулась, как на плечи упал камень, что висел с того самого дня. Я знала, что воскреснуть невозможно даже в магическом мире. Некоторые становились духами, при условии, что у их рода есть алтарь и склеп под замком. Но… ни того, ни другого у мамы не было. Тут в мою голову пришла идиотская мысль, которую я тут же решила выдать в массы:

– Мама была подселенкой. А разве подселенные души не переселяются в ближайшее свободное тело?

Все с интересом посмотрели на меня и покачали головами. Как это у них синхронно вышло?

– Свободное, значит ментально слабое. Поэтому как сосуд и выбирают младенцев, – отчеканил Вольтер, так же смотря на меня как на ребенка.

Я разочарованно опустила плечи. Исчезающие надежды – одно из самых тяжелых чувств. По крайней мере для меня. Так стоило ли надеяться вообще?

– Мы договорились, – я поднялась и подошла к отцу, – впереди только Совет.

Отец кивнул и открыл портал. Я натянуто улыбнулась и произнесла:

– Доброго дня, Лорд Вольтер.

Затем шагнула в портал и вышла уже в своей башне.

23

Марконтьяр оказалась превосходным учителем. Ну или мы мыслили одинаково, потому как за три ночи я научилась тому, что умела она из «лунной магии». Да, первые сутки ныло все тело, мышцы сводило судорогой, но на вторую ночь я могла сосредоточиться, абстрагируясь от тянущей боли, и пользоваться некоторыми простейшими бытовыми и даже боевыми заклинаниями.

Боль, как сказала мирида, была издержкой «не моей» печати. А значит, скорее всего эта печать была на Алессе.

Днем все так же в моих мыслях была лишь сжигающая душу война. Но теперь, когда солнце стояло в зените, в мои сны приходила мама, гладила меня по голове и говорила. Ответить я ей не могла, но очень внимательно слушала забавные истории из другого мира.

Я все еще надеялась на то, что она придет ко мне подселенкой в новом теле, обнимет или отругает, и никогда больше не исчезнет. Да и сны раз за разом вселяли в сердце надежду на счастливое будущее, где мы