Муза для темного мага - Анна Сергеевна Платунова

– Люблю. Но только как друга, как старшего брата. Он всегда меня опекал, заботился, был моей жилеткой, в которую я плакалась, когда рассталась с Миком.

У меня глаза полезли на лоб: вот поворот так поворот.

– Ты встречалась с Миком?!

– Да, а почему ты так удивляешься? Мы дружили втроем с первого курса, но встречалась я с Миком. Он даже нарисовал мой портрет.

А я-то думала, что это Ларс. Художник-любитель явно рисовал модель с теплом и нежностью, и я решила, что это Ларс, кто же еще?

– Но вы жили вместе! – выдохнула я.

– Мы снимали дом вместе, – поправила меня Виктория, – это большая разница. И, если ты заметила, у нас с Ларсом разные спальни. Стали бы влюбленные жить в разных спальнях и даже на разных этажах?

Я покачала головой, все еще не веря.

– Он подарил тебе медальон, сделанный специально для тебя.

– Медальон, Шайни! Не кольцо ведь! Ну сама подумай! Он хотел меня поддержать после размолвки с Миком, мы с ним впервые так сильно разругались. Я думала, что мы расстались навсегда. Ларс принял мою сторону. В принципе я думаю, что он общался с Миком только из-за меня… Но мне очень хочется, чтобы теперь они помирились. Потому что мы помирились.

– Вы с Миком? – От волнения я очень плохо соображала.

– Мы с Миком, – повторила Виктория, глядя на меня улыбчивыми теплыми глазами, потом перевела взгляд на Ларса. – Не знаю, как тебе удалось за несколько дней стать для него и солнцем, и луной, и всем, что дорого.

– Неужели он так сказал?

Виктория едва заметно качнула головой.

– Он сказал, что ты свет его жизни, и поверь, в его устах это самое горячее признание в любви.

По моим щекам катились слезы облегчения, вымывая горечь из души.

– Почему он не признался сразу? – прошептала я.

– Когда? Столько всего навалилось. Сначала я. Потом обвинение в нарушении кодекса. Он не хотел подвести тебя еще сильнее.

– Шайни, кэб у ворот! – крикнул с лестницы мой куратор.

Мой куратор и, оказывается, человек, которого на самом деле любила Виктория. Жизнь все-таки совершенно непредсказуемая штука!

Я вскочила на ноги, но не могла двинуться с места. Виктория тоже поднялась.

– А что же теперь? – спросила я.

– Ты его любишь?

– Конечно! Очень сильно. Ты сомневаешься?

– Сейчас, когда вижу тебя и разговариваю с тобой, – ни капли. Просто я знаю, каким невыносимым человеком умеет быть Ларс. У него, знаешь, большие проблемы с доверием и с привязанностью. Это все из-за того, что его отец…

– Я знаю, – кивнула я: время уходило, а я так и не разобралась, что же мне делать дальше.

– Если ты его любишь, Шайни, пожалуйста, положись на него на комиссии. Я больше ничего не могу сказать!

– Шайни, кэб сейчас уедет!

– Беги, – сказала Виктория. – И еще раз благодарю, что спасла меня!

Мы обменялись улыбками. Пожалуй, мы с Вики сможем стать подругами. Жаль только, братец у нее окончательно сбрендил. Хорошо, никого не успел убить, но и того, что натворил, вполне достаточно, чтобы Вэлианта упекли за решетку до конца его дней. Заодно поймет, каково это – день за днем, год за годом сидеть на цепи!

Я наклонилась к Ларсу и поцеловала его в уголок губ. Что бы он ни задумал на комиссии, я доверюсь. Правда, я очень плохо представляла, как мы выкрутимся, так что заранее смирилась с потерей диплома. Главное, что Ларс жив. Что мы все живы!

Глава 61

Комиссию назначили через три дня. Луксур Навир лично принес мне коричневый конверт с распоряжением ректора. Конверт без подписей, лишь с сургучной печатью канцелярии, которую я должна была сломать в присутствии куратора.

Я приняла из его рук распоряжение, и меня затрясло.

– Тихо-тихо, Шайни, все хорошо. – Мик коснулся моего плеча, приободряя. – Мы ведь знали, что комиссия состоится. Ларс настоял, чтобы ее собрали как можно раньше. Чем быстрее все закончится, тем лучше.

– Ларс настоял? – Я вглядывалась в лицо куратора, надеясь прочитать на нем ответ на мучивший меня вопрос: вслух спрашивать ничего нельзя. – Я бы подождала хотя бы неделю, чтобы он набрался сил.

Ларс очнулся той же ночью: луксур Навир, как обещал, прислал мне зов, чтобы сообщить об этом, а уже на следующий день принес конверт.

– Я пробовал его уговорить, – хмыкнул Мик. – Но это бесполезно, ты ведь понимаешь. Не переживай, мы его поставим на ноги. Вики приковала его к постели. Не в прямом смысле, не смотри так! Сказала, что, если он посмеет встать, она с ним больше не разговаривает. Триста кормит как на убой. Нас всех. На мне скоро перестанет застегиваться рубашка!

Я благодарно улыбнулась: луксур Навир шутил, чтобы поддержать меня.

– Постарайся не волноваться, Шайни. Хорошенько выспись, побольше гуляй в парке, читай книги. Три дня пролетят быстро. Я как твой куратор написал на тебя положительную характеристику, упомянул о твоем непосредственном участии в раскрытии преступления.

– Что-то известно о Вэлианте?

– Ему предъявлено обвинение в похищении человека и в покушении на убийство. Вас с Ларсом и Викторию привлекут в качестве потерпевших и свидетелей, но постарайся пока об этом не думать. Будем решать проблемы по мере их поступления!

Хорошее предложение. Беспокоиться одновременно о самочувствии Ларса, о будущей комиссии и о суде над Вэлиантом было выше моих сил. Поэтому я поступила, как советовал Мик: просто жила. С утра прогуливалась по тенистым аллеям, заходила в столовую, чтобы выпить чаю с булочкой, шла в библиотеку и там, в тишине и покое, спрятавшись между стеллажами и забравшись с ногами в старенькое кресло, читала книги о приключениях и любви до самого вечера, неторопливо ужинала в одиночестве и ложилась спать пораньше.

Прошло три дня и вот в дверь моей комнатки постучали. На пороге стоял мальчишка-первогодка, проходивший практику в академии: двух-трех первокурсников оставляли здесь, чтобы поручать им мелкие дела. Этот пришел, чтобы сопроводить меня в главный корпус, где с минуты на минуту начнут разбирать мое дело.

Всклокоченный парнишка глядел на меня квадратными глазами, как на преступницу. Еще бы, не каждый день увидишь студентку, ради которой собирают комиссию. Да к тому же студентку, заподозренную в связи с преподавателем. Я себя не обманывала: слухи об этом наверняка разнеслись по академии, как моровое поветрие. О нас с Ларсом знали все.

– Камми Луан? – Я кивнула. – Вам нужно надеть это и следовать за мной!

Парнишка протянул мне серую мантию, которая якобы должна была уберечь меня от любопытных взглядов. Летом академия пустовала,