Хлоя Нейл - Опустошенная

— Я же с ним уже разговаривала.

— На неформальные темы. А сейчас ты говоришь о том, чтобы он отчитался перед вампирами за свои действия. Это другое.

Мое терпение к магам, включая Катчера, подходило к концу. Я вылезла из мобиля и обернулась.

— Раз я не могу с ним встретиться, значит, это сделаешь ты.

Катчер стиснул челюсть. Он забарабанил пальцами по рулю, очевидно ожидая, когда я уйду.

По крайней мере, хоть кому-то я окажу одолжение.

Воспользовавшись очередным перерывом, поскольку мне не светило допросить Саймона без Катчера, я позвонила Келли и изложила последние новости. Рассказала ей о Малефицие и нашу новую теорию, согласно которой причиной проблем в городе стало воссоединение добра и зла.

Еще я позвонила Линдси, которая подтвердила, что киномарафон с Брюсом Кэмпбеллом уже идет. Мне сейчас было не до фильмов, однако я перенервничала, устала, и мне нужно было хорошо поесть. А поесть можно и перед фильмом. С мыслями об ужине по пути в Гайд Парк я остановилась у фургончика, торгующего мексиканской кухней, и попросила, чтобы пакет до отказа заполнили едой. Один пакет, подумала я, вряд ли разгневает Фрэнка. Другое дело, если он поймает меня украдкой проносящей продукты быстрого питания в Дом.

Я вернулась назад, припарковалась и направилась в Дом под ритмичное скандирование протестующих и мимо стойких мужчин и женщин в форме. В Доме было тихо. Лишь несколько вампиров слонялись по гостиной. Под руководством Малика в Доме царила атмосфера серьезности. Не знаю, было ли отражением его серьезной личности, или потому, что вампиры продолжали оплакивать предыдущего мастера, или же из-за того, что мы до сих пор находились под надзором ГС.

А может, и из-за всего вместе взятого.

Без медальона, но зато с контрабандой, я поспешила на третий этаж в комнату Линдси. Я даже не стала стучать, а просто тихонько приоткрыла дверь: обычно комната была битком набита вампирами, и если неосторожно открыть дверь, можно было нечаянно кого-нибудь стукнуть по голове.

В темной комнате, как обычно, было полно вампиров, и громко работал маленький телевизор. Линдси, Марго и Катерина устроились на кровати, а остальные вампиры, которых я знала только в лицо, расположились на полу. В общей сумме человек пятнадцать. Конечно, это было грубое нарушение правила Фрэнка, согласно которому вампирам запрещалось собираться в группы более десяти человек.

Да здравствует революция!

Я пробиралась между Послушниками, попутно раздавая завернутые в бумагу тако, подобно кулинарному Санте, и, наконец, остановилась в дальнем углу комнаты, где осталось пустое местечко для меня. Вампир рядом улыбнулся и предложил мне одну из своих подушек, которую я взяла, прошептав «Спасибо».

По окончанию вульгарно-претенциозного ужастика я сделала два вывода.

Первый: Я люблю своих друзей.

Второй: Суть фильма я не уловила.

Только мы собрали по комнате обертки от тако, и все вампиры разошлись, как наши с Линдси пейджеры одновременно запищали.

Достав свой, я посмотрела экран: «СПОРТЗАЛ», и далее «В СПОРТИВНОЙ ФОРМЕ».

Я посмотрела на Линдси.

— Это еще что?

— Уверена, Франкфуртер хочет преподать нам жизненно важный урок.

— Жалко только, что Франкфуртер не спросил совета у нас, — ответила я. — Я всеми руками за Франкфуртеры в Доме.

— Ну, еще бы, — ответила она, направляясь в ванную, вероятно, чтобы переодеться в штаны для йоги, как того потребовали. — Две продвинутые городские вампирши могли бы его многому научить.

— Ты там что ли придумала сценарий к собственному ситкому?

— Ага. Буду писать остроумные реплики и подростковые передачи. Ну знаешь, если накроется наша карьера охранников.

Я промычала в знак согласия и прошла к двери, чтобы переодеться.

— Фрэнк все еще здесь, — отметила я, — так что велика вероятность, что нам обеим не повезет на поприще охранников.

Она не возразила, что сказало о многом.

Переодевшись в черный спортивный топик и штаны для йоги, я спустилась в спортзал, где присоединилась к Линдси, Джульетте и Келли.

Мы стояли босиком с краю матов, ожидая, когда Фрэнк скажет нам приступать к спаррингу, или что он там задумал. Он стоял посреди зала на матах, все еще в костюме и модных туфлях.

Линдси цокнула языком:

— Люку явно не понравится, что Фрэнкфуртер ходит в туфлях по его татами.

— Точно, — прошептала я, соглашаясь, — Хорошо он это не воспримет, правда, сделать тоже ничего не может.

Малик с Люк стояли в другом конце комнаты. Их раздражения отдавалось по комнате магией. Балкон, окружающий комнату, заполнялся вампирами Дома. На лицах некоторых читалось любопытство, у других — озабоченность. Они явно доверяли Фрэнку не больше нашего.

Когда балкон заполнился, Фрэнк откашлялся и свирепо уставился на вампиров, пока те все не расселись. Затем он угрюмо посмотрел на нас четверых.

— Я решил, что в интересах Дома, провести ваши полугодовые физические испытания сегодня.

Все были ошарашены, о чем свидетельствовала тишина в комнате, по крайней мере, пока не начался шепот. Послушники тихо озвучивали мои собственные мысли: сейчас не то время, чтобы снимать охранников Дома с работы для проведения испытаний. Даже если бы мы их провалили, то кто же тогда нас бы заменил?

Налицо все признаки того, что он пытался обвинить нас в некомпетентности, или заставить меня показать себя с еще более худшей стороны, чем уже считал Фрэнк.

Первым заговорил Люк.

— Вы хотите подвергнуть их испытанию? Это же просто глупо. Они должны защищать Дом снаружи, а не заниматься формальной чепухой.

— К счастью, — сказал Фрэнк, — Я не спрашивал, и не нуждаюсь в твоем мнении. Как ГС неоднократно пытался втолковать этому Дому, ваша главная и единственная забота — это Дом и его деятельность.

— Вам и ГС прекрасно известно, — выплюнул Люк, — что город разваливается, постепенно, камень за камнем, и вы не думаете, что нам следует об этом беспокоиться? Вы не считаете, что мы должны быть снаружи и наводить порядок?

— Люк, — Малик дотронулся до руки Люка. — Не сейчас.

Своими словами он намекнул Люку проявить уважение к Фрэнку, но Малик явно был раздражен. Об этом свидетельствовала морщинка на лбу, напряженная поза и напряженная вибрация магии из его угла.

Внутренняя борьба Малика была очевидна: заступиться за своих охранников и своего зама, или же подчинится органу, который ответственен за существование его Дома и защиту его вампиров.

Иногда нужно проиграть битву, чтобы выиграть войну.