Дикие надежды (СИ) - Собран Энжи

- Бахх. Баххх. Б-ааа-хххх…

Жутковатая пустота подхватила Меррит, оплела ее своими тонковатыми щупальцами. И девушка вдруг ощутила исходящую от него радость, почти восторг. Тот самый, что испытывала она каждый раз, когда возвращался отец.

- Моя, - повторил удовлетворенно невообразимый в своей могущественности поток силы, стремительно оборачиваясь вокруг девушки.

Меррит вздохнула, ощущая присутствие неукротимой неизведанной силы, готовой подчиняться новому хозяину. Тому, кого она так невыносимо долго ждала и так давно искала. Это томительное ожидание и робкий восторг обретения настолько увлекли Меррит, что она ничего не замечала вокруг, поглощенная новыми для себя чувствами.

Произошедшее затем было сравнимо с воплем обиды и разочарования ребенка, протянувшего руку к яркому пламени и обжегшемуся. Тонкие щупальца, шипя и подвывая, отпрянули, откинутые от притягательного содержимого огненно-красной плетью...

Меррит сдавило так, что она не могла даже всхлипнуть. Закрутило, утягивая в огромный водоворот. Перед глазами все смешалось, поплыло, проносясь нечеткими картинками так быстро – не разглядишь.

- Не вкусно, - недовольно пробормотал голос и с характерным звуком пережеванная в комок плеть полетела обратно. В мага.

- Ди!

Краем глаза Меррит успела заметить, как на пороге вырос Сейл и рванулся к ней, поддерживая, окружая их плотным голубым потоком, и вместе с ней закружился в безумном хороводе.

- Наш, - удовлетворенно заклокотало бурлящее нечто и завертелось пуще прежнего, будто только и ждало появления приера.

Меррит закружило, завертело, увлекая в череду бесконечно мелькающих картинок. От нехватки воздуха у девушки пекло в груди, лицо покраснело, а ее глаза, казалось, вот-вот вылезут выдавленные из глазниц. Миг и ее расплющит.

И вдруг все пропало – невидимый поток выплеснулся грязной лентой и взорвался, отбрасывая их двоих в зияющую чернотой пустоту. Крепость содрогнулась. От резкого оглушительного хлопка на миг заложило уши. Последнее, что девушка успела увидеть, было черное пятно, летящее в спину, прикрывшего ее собой, Вершителя.

Очнулась Меррит уже на обдуваемой жарким ветром поверхности, на твердой каменистой почве, а рядом без сил распластался Сейл.

Глава 28

- Сейл!

Едва сдерживая ставшие комом рыдания, Меррит упала на колени и, жалобно всхлипнув, легко прикоснулась к небритой щеке.

- Сейл, - голос ее дрогнул и прозвучал слабо, беспомощно, сломлено.

По щеке потекла, срываясь вниз, слезинка. И с громким звонким в окружившей их тишине: «Кап!» упала на нахмуренный лоб. Девушка стерла ее, разгладила нахмуренный лоб. Но отклика не было – не дрогнули длинные черные ресницы, не шевельнулись, протестуя, губы.

- Сейл! Как же так-то, - пробормотала сбивчиво, оглядываясь по сторонам. Но в окружившем их белом, как парное молоко, нечто не было никого готового помочь. Лишь с двух сторон – впереди и за ними – всходили две луны: ледяной в своей искрящейся голубизне Рет и огненно-красный Рек.

Сумбуром в голове пронеслась мысль, что две луны одновременно можно увидеть только в Расколотых землях и этот их синхронный восход ничего доброго не сулил. Но разве это Расколотые земли? Тут же нет ничего. Один туман. Белесая дымка, за которой ничего не узреть. И ветер, то леденящий, то обжигающе-жаркий, ей не помеха.

Меррит прислонилась ухом к широкой мужской груди, затаила дыхание, вслушиваясь в каждый звук. И ничего не услышала. Только что-то внутри отказывалось верить, что мужчина мертв.

Она чуть подвинулась, вглядываясь в мертвенно-бледное лицо и тут же отпрянула с холодеющим от ужаса сердцем. Мертв. Точно мертв. Признавая этот факт, девушка всхлипнула и впервые за все время пожалела о том, что потратила зельем живительной силы на Йори. И тут же укорила себя за эти мысли. Ведь позволь ей выбирать, окажись перед ней сейчас Йори или Сейл вдвоем, и она не знала бы кого выбрать.

Сдерживаемое рыдание рвалось наружу. Хотелось кричать и выть от бессилия. Только если бы это могло помочь. Что-то толкнулось в ее руку. Девушка испуганно дернулась.

- А это ты, - пробормотала она, узнав Призрака. - И как ты тут очутился?

Зверь фыркнул, будто она спросила что-то несуразное. Но Меррит было сейчас не до мантикора, она лишь качнула головой и вновь повернулась к мужчине.

- Знаешь, я впервые знаю, как бы я поступила, если бы не это все. Понимаю это так четко, словно с моих глаз спала завеса, мешающая мне видеть. Ведь даже если бы моим мужем оказался бы Зорен, я бы не смогла забыть про него. Что уж говорить про незнакомого Коула, которого боится Лисса? - Призрак сочувственно и понимающе вздохнул и навострил уши, будто подбадривая ее к продолжению, и Меррит не удержалась: - Осталась бы в крепости, дождалась бы пока исчезнет татуировка и…, - голос девушки вдруг оборвался: - Хотя у него же невеста…

Мантикор с негодованием мотнул головой, подтолкнул девушку.

- Эй! - воскликнула Меррит, силясь удержать равновесие. Но все что ей удалось это выставить руки и не упасть на мужчину, стукнувшись лбом о лоб, а лишь легонько коснуться губами теплых губ. Это ощущение теплоты и мягкости, легкой щекотки на подбородке было настолько ошеломляющим, что девушка застыла, моментально растеряв все связные мысли. И тут же отпрянула, ощутив, как обожгло легким ветерком дыхания.

- Сейл! - позвала она чуть слышно и уже громче: - Вершитель! - Девушка толкнула Дагьера, потрясла за плечо, но он так и не откликнулся.

Показалось?

Меррит вновь склонилась к его губам. Не слышно. Ниже. Еще ниже.

Прикоснулась и попала в плен неуловимо мягких губ, от которых кровь превращалась в огненную лаву. Горячее дыхание опалило кожу. Впечаталось в сознание ароматом свежей хвои на ледяном утесе в морозное утро…

Подушечки пальцев невесомо прочертили дорожку по ее щеке, стирая слезинку.

- Ди… Сладкая… Ди…

Последнее, что Меррит успела заметить перед тем, как подрагивающие губы коснулись ее губ – бирюзовое пламя, взметнувшееся в потемневших до черноты глазах.

Дагьер целовал томительно-нежно и так осторожно, будто боялся спугнуть ее, маленькую птичку, присевшую на окно, а потому чутко отслеживал каждую ее реакцию. И смаковал, наслаждаясь каждым мгновением. Запоминая ее аромат, вкус, запах и каждое мгновение, проведенное вместе.

Это трепетное, щемящее прикосновение рассеяло последние колебания в душе Меррит и она уже уверенней приникла к его губам, запуталась пальцами в длинных темных волосах, выпивая чужое дыхание с привкусом морозного ветра.

Сейл мгновенно отозвался, словно только и ждал ее ответа – прижал к себе, сильнее вжимая в грудь. Так крепко, что на вдох не осталось места, и от того он вышел судорожным всхлипом, а потом и вовсе перерос в рыдание.

Меррит стукнула его по груди маленькими кулачками. Отстранилась, пряча потекшие глаза.

- Так не понравилось? – он провел по ее щеке пальцами, вынуждая поднять заплаканное лицо, с ожиданием всмотрелся в темно-фиолетовые глаза.

- Я думала, ты умер, - сбивчиво пробормотала девушка, отворачиваясь от проницательных темных глаз, что казалось заглядывали в ее душу.

Она подскочила. Выпрямилась, натянутая, как струна – тронь и взорвется. Огляделась по сторонам, пряча за всей этой суетливостью испытуемую ей неловкость.

- Где мы? – спросила, вглядываясь в белое молоко. Но в белой дымке тумана не проглядывалось ни теней, ни очертаний – ничего за что мог бы зацепиться взгляд. Даже ноги тонули в ней из-за чего Меррит с трудом различала даже собственные ботинки.

- В центре бури, - он встал рядом и девушке сразу стало неуютно, словно он забрал все пространство, весь воздух вокруг нее и теперь нависал несокрушимой скалой.

Меррит отодвинулась, пряча за спиной руки, что так и норовили вернуться к изучению мягкости и густоты его волос и убрать прядь, упавшую на глаза.

- Туман стал гуще, - прошептала она, прикусывая язык, готовый задавать совершенно неуместные сейчас вопросы. - Ты бывал здесь?