Окрыляющая (СИ) - Никитина Анастасия

— А от болтов вы меня вылечите, в отличие от синяков.

— Нахал! — рассмеялась я.

— Я люблю вас, Аниселла. И если для этого надо быть нахалом, то я им буду.

— Вот этого точно не надо!

Мы перекидывались шутливыми замечаниями несколько минут. И я вдруг поняла, что так легко и спокойно мне уже давно не было.

— Вы так и не сказали, как вас зовут, шевалье, — проговорила я, вдоволь насмеявшись.

— Лео, Аниселла. Меня зовут Лео, — отозвался он, поднося к губам мою руку.

Нежный, почти невесомый поцелуй я узнала мгновенно. Именно его я почувствовала там, на холме, перед штурмом рудника. Тогда я гадала, не привиделось ли мне. Но сейчас мужчина не спешил выпускать мою ладонь, медленно обрисовывая кончиком пальца каждую линию.

— Мне стоило догадаться, что так просто вы не успокоитесь! — недовольный окрик заставил подскочить нас обоих.

Покраснев, как застигнутая за первым поцелуем девчонка, я выдернула руку и ненатурально улыбнулась:

— Энрико! Как я рада тебя видеть.

ГЛАВА 46

— Оно и видно, — проворчал братец в ответ на мою неискреннюю улыбку и громко добавил, — Ваша светлость, вы позволите своему духовнику ехать с вами? Мне хотелось бы поговорить о бедных невольниках.

— Да, конечно, — опешила я. — Кучер!

Энрико, заставив дракона потесниться, влез в карету. Игнорируя спутника, он обратился сразу ко мне.

— Что будем делать с бывшими рабами? Многие из них не в себе. Те, с кем я говорил, либо не помнят, откуда их привезли, либо несут какую-то ахинею.

— Я думала поселить их пока в пустующую казарму при замке, — посерьёзнела я. — Пусть отойдут от этого кошмара, отъедятся, вылечатся, если надо. А уж потом будем решать, куда их определить.

— Разумно, — согласился Энрико. — Грамотных можно будет приставить помощниками при храмовых школах. Заодно и приобщатся к милости Единого.

— Служитель всегда служитель, — хмыкнула я.

— Это моя святая обязанность, — парировал брат.

— А размахивать мечом тоже твоя святая обязанность? — усмехнулась я.

— А это уже для собственного удовольствия.

— То-то на холм ты лезть категорически отказался, зато твой коричневый камзол я имела удовольствие наблюдать в самой гуще схватки.

— Грешен, — развёл руками братец с наигранно постной миной на физиономии. — Но насчёт школ я серьёзно.

— Так я и не против. Если люди сами согласятся.

— А куда им деваться? Порталы, тем более межмирные, дело недешёвое. Кто им будет их оплачивать?

— Я буду, — нахмурилась я.

— Кто бы сомневался, — поморщился Энрико. — После смерти тебя точно включат в круг святых предстоятелей.

— Это вряд ли. Но, кстати, о школах. Ты мне напомнил. Нам же понадобится уйма книг. Где раздобыть печатный станок?

— Печатный станок? А что это? — удивился брат.

— Ну, как что. Складываешь буквы в слова, слова в предложения, и так пока не соберётся целая страница. Потом мажешь всё это дело краской и подкладываешь бумагу. Шлёп, шлёп, получаются оттиски, из которых потом делаешь книгу.

— Звучит интересно. Никогда о таком не слышал.

— В смысле? — настал мой черёд таращиться. — Нет, я понимаю, что тут больше ценятся книги рукописные. Но даже у нас в библиотеке есть одна напечатанная.

— Это какая же? Может, просто у писца почерк был хороший.

— Э, нет, — засмеялась я. — Такое от руки точно не сделать. Помнишь «Свод законов государства»? Толстая такая книжища?

— Ах, вот оно что! — Энрико просветлел лицом. — Так ты про множитель. Забудь.

— В смысле? Дорого?

— Не дорого. Просто невозможно.

— Я тебя не понимаю.

— Что тут понимать. Множители создают драконы. Это очень сложный артефакт. И очень дорогой. Какой-то там редкий кристалл работает, плюс куча магии. Штучная работа. Во всём королевстве есть только один такой. У короля.

— Если тебе так нужен множитель, то я тебе его подарю, — вмешался в наш разговор Розье. — Их, конечно, не раздают всем подряд, но у меня такая возможность есть.

— Да? Спасибо, — обрадовалась я. И как выяснилось, рановато.

— А пышный гроб, достойный баронессы, тоже вы подарите? — перебил восторги, готовые сорваться с моего языка, Энрико.

— Какой гроб? — воскликнули одновременно и я, и Розье.

— Пышный, — скривился братец. — Не знаете, о чём речь, лучше не советуйте. А то гроб понадобится гораздо раньше, чем нам всем бы хотелось. Указом короля запрещено иметь этот артефакт в собственности. Владельцы приравниваются к фальшивомонетчикам и караются аналогично.

— Как?! — возмутилась я.

— Казнь через повешение.

— Тьфу, чёрт, — меня передёрнуло. — Я не о том. Как можно было принять такой идиотский закон?! Он же не золото печатает, а книги!

— Вот именно, что книги, — кивнул Энрико. — Свод законов, например. Или королевские указы. В огромном количестве, чтобы всем хватило. А вдруг ты, заимев множитель, вздумаешь королевские указы подделывать и честной народ дурить?

— О господи! Мракобесие какое, — обозлилась я.

— И тем не менее, за это мракобесие вполне можно угодить на виселицу. Так что прости, сестрёнка, но книги придётся готовить по старинке, пёрышком.

— Ты представляешь, сколько времени это займёт?! — схватилась за голову я. — У нас около пятидесяти достаточно крупных посёлков. И при каждом школа. А еще города. Там одной школой не обойдёшься!

— Лучше долго, но верно, чем быстро и никак, — менторским тоном отрезал Энрико. — Или ты думаешь, что если тебя казнят, Мариса продолжит тратить деньги на школы и храмы?!

— Да всё, всё, молчу, — проворчала я.

— Не расстраивайся так, — Энрико взял меня за руку. — Есть у меня одна идея, как это немного ускорить. Не множитель, конечно, но всё же…

— У меня тоже есть одна мысль, — снова вмешался дракон.

— Хватит уже ваших идей, — буркнул брат. — Вы не владеете ситуацией.

— И тем не менее я хотел бы высказаться, — холодно парировал Розье, — а потом уже её светлость решит, владею или не владею.

— Её светлость сама…

— Прибыли, госпожа баронесса! — раздался крик сотника, остановивший зарождающуюся перебранку.

Я с облегчением выдохнула. Наблюдать, как грызутся два дорогих мне человека, было почти физически больно.

Мужчины один за другим выскочили из кареты. Я предпочла не заметить, как Энрико и Розье толкаются плечами в беззвучном споре, кто подаст мне руку. Проигнорировала обоих и просто спрыгнула на каменные плиты двора.

— Дома… — я с наслаждением потянулась. — В ближайшее время я умерла для общества. Хочу смыть с себя всю эту пыль. Шевалье Розье, ваша комната в вашем распоряжении. Брат, прикажи домашним, пусть разместят бывших невольников в казарме: помывка, одежда, обед и всё такое.

Не дожидаясь ответа, я улыбнулась и направилась к замку быстрым, сильно смахивающим на поспешное бегство шагом.

В последующие два часа я старательно гнала от себя все мысли. Тщательно отмокла в горячем источнике, понежилась в осторожных руках массажистки и наконец влезла в удобное платье вместо тесного алого кошмара. Жизнь снова заиграла яркими красками. А уж когда, спускаясь, я увидела у подножия лестницы улыбающегося Розье в чистом, не замаранном кровью камзоле, то и вовсе расслабилась.

Я оперлась на подставленный локоть.

— Аниселла, — едва слышно выдохнул дракон.

— Да, — я искоса посмотрела на спутника.

— Нет, ничего, — качнул головой он. — Просто рядом с тобой я чувствую себя счастливым.

— Знаешь, Лео, — начала было я. Но договорить не успела.

— Люди устроены, одеты и накормлены, — громко возвестил Энрико, подходя с другой стороны. — А я умираю с голоду. Посмотрим, чем нас сегодня побалуют повара.

Я усмехнулась и прошла в предупредительно распахнутую лакеями дверь малого зала.

— Как хорошо, что он так и не стал бароном, — шепнул Розье, провожая меня к креслу во главе стола.

— Почему? — фыркнула я.