Мара Вульф - Лунный серебряный свет

— Я хотела как лучше. Она выглядит напряжённой. Что при таком поводе не удивительно.

Я почувствовала, как исчезла эйфория, уступая место чему-то вроде печали. Я сильней прижалась к Кэламу, и он обвил руку вокруг меня.

Равэн посмотрела на нас.

— Если бы я знала, что ты сможешь заинтересоваться кем-то другим кроме Амии, я бы тоже подсуетилась, — она хитро улыбнулась, и было очевидно, что эти слова не имелись в виду всерьёз.

— Нам нужно идти в свои комнаты, — вмешался в разговор доктор Эриксон. — Питер и Эмма увидят достаточно за ужином.

Кэлам взял мою сумку и потащил меня к лестнице. По пути он указывал на разные маленькие группы, осматривающие нас с интересом.

— Там стоят фавны, там — оборотни. Существа, стоящие рядом с картиной — феи.

Мы поднимались по лестнице, когда я услышала, как заскрипели врата замка, и посмотрела на дверь. Группа мужчин с серебристыми длинными волосами вошла в зал. Шелликоты.

— Кэлам, только посмотри. — Но моего приказа не потребовалось. Питер, Кэлам и доктор Эриксон остановились.

Кэлам пристально смотрел на группу вошедших.

— Что-то страшное грядет, — процитировал он едва слышно своего любимого «Макбета».

Рядом с Аресом стоял Элин, глядя на нас со злобной ухмылкой. Арес тоже заметил нас и улыбнулся печальной улыбкой. Кэлам сжал мою руку крепче и повёл вверх по лестнице.

— Ты знал, что он сам тоже придёт, Кэлам? — произнесла я.

— Не знал, но опасался. Как правило, он дёргает за ниточки исподтишка. Но в этот раз он должен присутствовать лично. Он выдвинул обвинение против меня. Сейчас я отведу тебя в твою комнату. Не открывай дверь никому кроме меня, Питера и доктора Эриксона. Поняла?

— Это не сложно понять, — проворчала я.

— Я попрошу Корина, чтобы он позволил переночевать Рэйвен с тобой. Я не хочу, чтобы ночью ты была одна.

— Секундочку, — запротестовала я, — я думала, у нас будет общая комната.

Очевидно, позабавившись моим нелепым в его глаза требованием, он покачал головой и притянул меня в свои объятия.

— Ты ведь не думала об этом всерьёз, Эмма.

Я обижено отвернула голову, когда Кэлам захотел меня поцеловать. Не переставая улыбаться, он подтолкнул меня в комнату и взял с меня обещание запереть дверь.

Я заперлась и огляделась в комнате. Гобеленовые обои простирались вверх по стене. Посередине стояла белая кровать с балдахином, чьи подушки были обтянуты тёмно-зелёным блестящим шёлком. Помещение наполнял аромат повсюду расставленных цветов.

Я села на кровать, стянув с себя кардиган и обувь. С любопытством я подошла к двери в противоположной стороне. Посреди комнатки стояла ванна на львиных лапах. Я подошла к умывальнику, чтобы помыть руки. Без лишних колебаний я развернулась, но потом решила налить себе ванну. На подоконнике в чаше лежали душистые шарики для ванны различных цветов. Я окунулась в пену, чувствуя себя в гостинице-люкс. В таких удобствах легко забыть о поводе нашего здесь пребывания, подумала я, закрывая глаза.

Громкий стук испугал меня. Я в растерянности осмотрелась вокруг.

— Одну минуту! — крикнула я, после того, как собралась с мыслями. Я накинула мягкий белый халат, который висел на двери, и, оставляя мокрые следы на каменном полу, побежала к входной двери. — Кто там? — с осторожностью поинтересовалась я.

— Это я, Кэлам, открывай.

— Пароль? — шутливо спросила я.

— Эмма, да ладно тебе.

Я открыла дверь и посмотрела на его обеспокоенное лицо. Кэлам осмотрел меня, стоящую перед ним в халате и с мокрыми волосами.

— Ты просто неотразима. — Он заключил меня в свои объятия, одновременно закрывая позади себя дверь и зарываясь руками в мои волосы. Его губы нашли мой рот, и поцелуй лишил меня воздуха.

— Нам нужно идти на ужин, — напомнила я ему через некоторое время.

— Гм. — Его губы ласкали мою шею, скользнув за ухо.

— Сегодня я должна быть разумной за нас обоих?

— Похоже на то.

Кэлам не принял никаких попыток отпустить меня, так что я сама освободилась из его объятий.

— Ты сидишь здесь, — я старалась, чтобы мой голос прозвучал как команда, — а я одеваюсь.

Он кивнул, но всё же попытался схватить меня.

— Но у нас есть ещё полчаса. — Кэлам посмотрел умоляющим взглядом.

— Никаких возражений. В конце концов, Амели здесь нет, и мне придётся делать всю работу самой.

Я скрылась в ванной, чтобы одеться.

— Ты был у Ареса? — крикнула я. — Что задумал Элин?

Кэлам встал в дверях ванной комнаты, наблюдая за тем, как я пытаюсь накраситься, достигнув при этом того же результата, которого добилась Амели сегодня утром.

— Элин лично хочет выдвинуть обвинение против меня. Это его право. Кроме того, он привёл шестерых из его соратников, чтобы наверняка собрать голоса шелликотов против нас.

— Это не хорошо, не так ли?

Ко мне подкрался страх. Кэлам смотрел на меня серьёзным взглядом.

— Решение Большого Совета выносится всеми в равной мере. У каждого народа есть десять голосов. Я не знаю, кто в конечном итоге будет на нашей стороне. Но ты права, эта шестёрка будет против нас. Единственное, что меня успокаивает, так это обещание Корина, что ты сможешь вернуться домой.

Я закусила губу.

Пока я сушила свои волосы феном, мы оба молчали. Каждый находился в своих мыслях.

— Готова? — спросил Кэлам, после того, как я расчесалась.

— Готова, — ответила я, надеясь, что это прозвучало не слишком жалко.

Глава 20

Мы вместе спустились по лестнице в зал, где нас встретили нежные звуки пианино. На длинном обеденном столе стояли белый фарфор и огромные подсвечники.

Молодой эльф, вручивший нам ключи, проводил нас к нашим местам. Я обрадовалась, когда с одной стороны от меня сел Арес, а с другой — Кэлам. Арес одарил меня подбадривающим взглядом.

— Я так горжусь тобой, — тихо проговорил он. — Возможно, ты ещё прекрасней, чем твоя мать.

Я благодарно улыбнулась ему.

С тех пор, как я видела Ареса в последний раз, он изменился. Он больше не выглядел печальным, а его взгляд горел воинственным пламенем. Заметив это, я вмиг почувствовала себя лучше.

Питер сидел напротив меня и точно так же рассматривал до бесконечности странных гостей. Потом воцарилась тишина. Разговоры в зале стихли, и отзвучала музыка.

— Я бы хотел всех вас сердечно поприветствовать, мои дорогие друзья, — раздался бархатный голос во главе стола, — прежде всего, разумеется, гостей, которые почтили нас своим присутствием впервые. — Взгляд бледного, но привлекательного мужчины остановился на мне, затем на Питере и на других гостях, сидящих за столом. Этот пристальный взгляд я смогла выдержать лишь на одно короткое мгновение.