Ресторан для попаданки "Мишлен" - Ника Цезарь

сон… – затягивая волосы лентой, я энергично стала умывать лицо холодной водой.

Лекарь вкачал в меня кучу энергии, думая, что я – трепетная лань, видно, оттого сна у меня не было ни в одном глазу, даже ленивое желание поваляться исчезло.

Через окно до меня доходил манящий аромат свежего хлеба, намекая, что жизнь никогда не останавливается. Мне казалось, что слышится шум волн… Когда я последний раз была на море? Городок-то находился на побережье, а я за ежедневной суетой не могла выделить и получаса, чтобы прогуляться по набережной или выехать за город, где были пара десятков уютных бухточек, где волны не бились о скалы, а ласково баюкали.

Идея возникла молниеносно, и я решительно приступила к её исполнению.

Накинув лёгкое платье и заколов волосы в простую причёску, сбежала вниз, по пути надев шляпку.

– Госпожа? – моя горничная с подносом, ломившимся от еды, выходила с кухни. – А я вам завтрак несу…

– Назад! У меня иные планы! – открыто улыбнулась я ей.

На кухне я сноровисто упаковала корзинку для пикника, положив свои любимые фрукты, сэндвичи из свежего багета, просто багет и нежный паштет из печени.

Я чувствовала на себе взгляды. Сотрудники строили догадки, кто-кто, а они знали много, а потому их предположения были близки к истине, но мне так не хотелось сейчас что-то кому-то доказывать. Мне срочно нужно было время для себя.

Потому, продолжая улыбаться, я подхватила корзинку и направилась к выходу.

– Леди д'Эбре, доброе утро! – управляющий радостно окрикнул меня.

– Бенни, я очень хочу побыть наедине с собой пару часиков! – взмолилась я. – Сделай вид, что ты меня не видел, а во второй половине дня вернусь, и мы займёмся делами! Я ушла!

– Я не могу вас отпустить!

– Что?..

– А вот так! К хорошему пикнику нужно вино! – жестом фокусника он достал из-за спины прохладную бутылочку игристого.

– Так это не просто вино, а шампанское… И весьма неплохое! – присмотрелась я к ней.

– Взял на себя смелость. Вам непременно нужно отпраздновать… уединение, – довольно протянул он, хотя мне так и слышалось – «отъезд супруга».

Перекинувшись с ним понятливыми улыбками, я протянула корзинку, куда он ловко положил бутылку.

– Такой напиток нужно пить непременно из красивых фужеров, – продолжил мужчина, подзывая официанта, что только вступил на смену, а уже нёс поднос. – Один или, может быть, два?

– Я буду одна, Бенни.

– Жаль, – вздохнув, он поставил назад один хрустальный фужер, второй же, завернув в льняную салфетку, добавил в корзину. – Хорошего дня, леди! Ваше ландо подано.

– Спасибо, Бенни, – искренне улыбнувшись, я выскочила на улицу. За моей спиной управляющий передал корзину мальчишке, что прочно установил её в моём экипаже.

Через полчаса залихватской езды я выехала за пределы города, ещё через десять минут, привязав лошадь в тени раскидистого дерева и удостоверившись, что она достаёт своей мордой до свежей травы, направилась на шум волн.

Мне пришлось спуститься к песчаному пляжу по узкой тропке. О ней я узнала совершенно случайно. Питер искренне любил своего пса, часто гуляя с ним, а уже тот умудрялся находить уникальные места.

Я даже немного пожалела, что выбралась сюда одна. Цепляться рукой на отвесной дорожке за редкие кусты, коряги и молодые деревца, при этом держа корзину и юбку, было сложно, но возможно. Женщины – создания всемогущие, порой мы можем осилить дорогу на одном лишь упрямстве, смешанном с энтузиазмом.

Когда я, наконец, спустилась, то победно улыбнулась, пряча в тени корзину и скидывая платье, оставаясь в тонкой укороченной сорочке. Это место трудно найти и практически невозможно увидеть, что делают здесь редкие гости, если не подойти вплотную к отвесному берегу или же не идти на корабле вдоль побережья, при этом специально направив сюда подзорную трубу. Потому я не волновалась, что меня кто-нибудь увидит, и радостно бросилась в воду.

Волн здесь практически не было, а вход был пологий. С радостным смехом я бежала по нежно-бирюзовой воде, а после рыбкой нырнула в тёплое зовущее море. Отплыв на приличное расстояние, легла на воду, раскинув руки. Я чувствовала себя беззаботной и лёгкой, выкинув из головы жужжащие мысли.

Вспомнив, что в юности любила плавать с сестрой наперегонки брасом, пару раз проплыла вдоль бухточки, а после, окончательно выбившись из сил, выбралась на берег.

Раскинувшись звездой, я, тяжело дыша, смотрела на небо, где бурно плыли белоснежные облака. Мокрая сорочка плотно облегало тело, а пятки щекотала набежавшая вода. Надо было бы спрятаться от солнца, ведь местные модницы ценили нетронутую им кожу, но мне было так хорошо… И только когда на меня набежала тень, я настороженно поднялась. Небо всё так же было чистым. Прикрыв глаза, я глубоко вдохнула воздух, что нёс с собой помимо солоноватого морского бриза густой смолисто-пряный аромат.

– Даже не буду спрашивать, как ты меня нашёл, – констатировала я.

– Ты мне обещала обед… – сказал мужчина, накидывая на мои плечи белый льняной пиджак. – Не думала же, что я упущу своё?

Глава 30.

Когда звала его на обед, я совершенно не думала, что потеряю счёт времени и окажусь с ним на диком пляже, где из продуктов будут фрукты, сэндвичи и паштет. Единственное, что меня радовало, – скрасит это всё бутылка шампанского. Пузырьки способны на многое!

Устроившись под сенью деревьев, я вытянула ноги и стала аккуратно раскладывать корзину, периодически посматривая на мужчину, что стоял на берегу, наблюдая, как к его ногам набегает вода, а после поспешно отступает.

Небольшая скатерть легла на примятую траву, а уже на неё – фрукты и багет. Баночка с паштетом расстраивала меня своим размером, тут было на одного…

– Может, отложим наш обед? Или переведём в разряд ужина? – с надеждой проговорила, когда через пару минут он подошёл ко мне.

– Нет. Сейчас идеально, – его взгляд медленно скользнул по моим вытянутым ногам, прошёлся по его пиджаку и остановился на моих глазах, не преминув задержаться на губах. Меня это не смутило, а, к моему стыду, разбудило дремлющее желание.

– Тогда открывай, – мне отчётливо слышалась хрипотца в собственном голосе. Отвернувшись, я устремила взгляд на линию горизонта, чтобы не видеть понимания в его бездне. Эти глаза замечают всё, и моё желание не останется незамеченным.

Хлопок, и пена фонтаном полилась на песок.

–