Соня Сэнь - Кошки не плачут

Она была довольно высокой, но очень стройной, и в каждом ленивом движении ее сильного, гибкого тела проскальзывала грация дикой пантеры. Обтягивающие кожаные штаны, заправленные в высокие сапоги на шпильке, и короткая серебристая шубка выгодно подчеркивали достоинства ее фигуры, равно как и намекали на богатство своей обладательницы. Смолянисто-черные, тугие кольца длинных волос рассыпались по плечам, а лицо… Лицо было белое, как алебастр, с кроваво-красным чувственным ртом, тонким хищным носом и выразительными глазами, которые, насколько позволяло разглядеть расстояние, отливали фиолетовым. Это нечеловечески прекрасное лицо я словно где-то уже видела, но, скорее всего, не в реальности — во сне. Смеясь над какой-то репликой кавалера, женщина запрокинула голову, и в прорези кровавых губ на миг блеснули острые кончики белоснежных клыков…

Вампирша!

Я вздрогнула — женщина, словно ощутив мой пристальный взгляд, обернулась и посмотрела прямо мне в глаза. Необъяснимый, мгновенный страх ледяной иглой кольнул мое сердце. Внезапно незнакомка, расплывшись в нехорошей усмешке, сбежала с тротуара и решительно двинулась в мою сторону, но Фэйт дернулся следом, ухватил ее за руку.

— Нет, Урсула! — расслышала я его сдавленный, странно напряженный голос.

И вот тут, не пойму, отчего, но мне сделалось настолько жутко, что я выронила букет и, едва переставляя ослабевшие ноги, бросилась наутек. Горящие фиолетовые глаза вампирши еще долго преследовали меня, словно прожигая насквозь мою душу, и лишь влетев в первый попавшийся на остановке автобус, я немного пришла в себя.

Господи, кто такая эта таинственная Урсула? И, черт возьми, почему я так ее испугалась?..

Едва я, растрепанная и едва соображающая от потрясения, вызванного встречей с Урсулой, влетела в квартиру, мне позвонил Вик. После моего последнего «приключения» он тоже обзавелся мобильником. Переодеваясь, я прижимала телефон ухом к плечу и рассеянно слушала обеспокоенный чем-то любимый голос. Причина тревоги полукровки выяснилась очень быстро.

— Анж снова слиняла в «Кусаку», представляешь? Она, конечно, не ребенок и может за себя постоять, но с ее нравом вляпаться в неприятности — раз плюнуть, — сетовал Вик.

— Ну точная моя копия, — мрачно пошутила я, с кряхтением вылезая из джинсов.

— Да уж… А мне, несчастному, за вами приглядывай! В общем, подумываю через часок туда заехать ненадолго, проверить, что да как.

— Так и будешь ее всю жизнь опекать? — возмутилась было я, но тут на ум мне пришла потрясающе хитрая мысль. — Вообще, конечно, я тебя понимаю… Слушай, можно я с тобой поеду, а? Ну пожалуйста! Я там давно не была, а ты ведь злишься, когда я одна шатаюсь по опасным местам, вот и присмотришь за мной… Арк сегодня не дежурит, отсыпается. Не тащить же мне с собой Рэй… Обещаю вести себя, как ангел!

— Как ангел? — усомнился любимый. — Ну уж нет, мне нужна чертовка, которую я полюбил! Ладно, уговорила. Собирайся, заеду через полчаса. Целую, малыш.

— Угу, — буркнула я и, улыбаясь, швырнула телефон на кровать. Лу, дремавшей на подушке, встрепенулся и негодующе фыркнул.

Глядя на свое отражение в зеркале, я уже предвкушала ночной визит в «Кусаку», и тут улыбка стремительно сбежала с моего лица. До меня дошло, что может произойти, столкнись Вик с Люцием лицом к лицу в этом притоне. А ведь непременно столкнутся…

Похолодев, я схватила мобильник, чтобы позвонить Вику и все отменить, но… Как велико было искушение поглядеть на заклятого врага в деле! Закусив губу, я пару минут стояла истуканом и думала, как поступить. В конце концов (как это обычно со мной и бывало), азарт пересилил голос рассудка. Это просто было сильнее меня.

С криком ярости запустив телефон в подушку, я обхватила себя руками и прижалась лбом к прохладной поверхности зеркала.

Что же ты делаешь, Шеба?..

… К приезду Вика я взяла себя в руки и встречала его «во всем блеске». На дне шкафа я отыскала почти новенький, очень стильный комбинезон, из которого слегка выросла, а потому давно не носила. Но «отдых» в больнице пошел на пользу моей фигуре — теперь комбинезон сидел, как влитой. Сшит он был из черной, очень мягкой замши, с прорезями на груди и открытой спиной — так, что совсем не скрывал предмета моей гордости — татуировки. Короткая «кожанка» и ботинки на шнуровке довершили наряд. Волосы я заплела в конский хвост, и, подумав, обвела губы яркой помадой Рэй. Заплывший кровью глаз смотрелся весьма к месту. Мне бы еще клыки — и от вампирши не отличить, невесело думала я, вертясь перед зеркалом. Как ни странно, отчетливо проступило сходство с мамой — она любила яркий макияж, который превращал ее и без того хорошенькое лицо в кукольно красивое.

Рэй ускакала на очередное свидание со своим белокурым атлетом, что мне было очень даже на руку. Уходя, я оставила ей записку, в которой объяснила, что уехала развлекаться с Виком (ведь так оно и было!) и напомнила покормить вечно голодного Лу.

Вик при виде меня одобрительно присвистнул, после чего сграбастал в объятия и долго целовал, словно не виделись мы по меньшей мере лет так пятьдесят. Сам он был затянут в черную блестящую кожу — штаны, жилет, длинный плащ. Волосы его в беспорядке разметались по плечам, словно он ехал без шлема, и слегка вились от сырости.

— Ты такой аппетитный, прямо съела бы, — пробормотала я, куснув его за мочку уха.

Он улыбнулся — широко, белозубо.

— Веди себя прилично, засранка. Давай, садись и не забывай…

— … крепче держаться, — со вздохом перебила его я. — Знаю, знаю.

Мне отчаянно хотелось добавить что-то глупое, вроде: «Как же я тебя люблю!», но вместо этого я сконфузилась и поспешно забралась на байк позади него.

… В «Кусаке» было по обыкновению шумно, воняло сигаретным дымом, алкоголем и потом. Бармен при виде меня осклабился и махнул рукой — небось, решил уже, что меня таки ухлопали в какой-нибудь подворотне… Я заняла привычное место за стойкой, с ходу потребовав «чего-нибудь мозгодробильного». Вик присел рядом, выискивая взглядом сестру.

Должно быть, за время моего «общения» с Люцием «нюх» на него настолько обострился, что я могла ощутить присутствие вампира, даже не успев увидеть. Вот и сейчас — едва войдя в бар, я уже знала, что он там. В мешанине всевозможных запахов я безошибочно выделила тонкий, практически неуловимый, аромат озона. Его бы я не спутала ни с чем на свете, даже с запахом настоящего дождя, того, что не переставая лил снаружи. Поэтому, что-то беззаботно рассказывая Вику, я тайком шарила взглядом по задымленному помещению. И почти сразу увидела всю компанию…